увольте. Так что пусть мои тварюшки вроде как и не ставили себе задачей «вырезать всё живое», но и гномьи воители стояли насмерть и прорваться дальше можно было лишь через их трупы. И это не говоря о подразделениях берсеркеров – те натурально бились, пока просто не падали замертво от истощения, забирая с собой, порой, по несколько сотен моего рядового мяса.

– А если в цифрах?

– У нас осталось чуть больше девяти тысяч воинов, – тяжело вздохнул пожилой бородач, – таких потерь Орзамар не нёс с момента падения Боннамара восемнадцать лет назад.

– А что скажешь ты, Риордан? – повернулся я ко второму Стражу, присутствующему на «заседании». Вообще, по идее, в Совет должны входить представители всех знатных домов Орзамара, но Белен, воспользовавшись военным положением, едва ли не распустил его, пожалуй, если бы не Пирал – так бы и случилось, но в итоге принцу пришлось «потесниться» и «соображать на троих» – с благородным деширом и доблестным Серым.

– Поведение Порождений Тьмы очень странное, Командор, они лезут вперёд слишком бездумно, но, одновременно с этим, очень целеустремлённо. Никогда с таким не сталкивался.

– Может ли это быть новый Архидемон?

– Нет, – решительно покачал головой воин, – даже если бы эти твари нашли нового спящего дракона в тот же день, в который вы убили Уртемиэля, у них должны были уйти десятки лет, чтобы создать из него нового Архидемона. К тому же, как я говорил, их поведение слишком бездумно, словно их гонит вперёд какой-то инстинкт… или… да нет, глупость полная, – отмахнулся Страж.

– Мы живём в такое время, когда даже полный бред может оказаться правдивей вчерашних истин, так что изложи своё видение, всё-таки ты сражаешься с тварями куда дольше меня.

– Хорошо… но это – просто предположение, – ещё раз предупредил мужчина. – Я уже видел такое поведение раньше.

– Эй, ты же только что сказал, что никогда с подобным не сталкивался! – возмутился принц Орзамара.

– Не сталкивался в поведении Порождений Тьмы, – поправил его Риордан, – зато видел на поверхности.

– Где?

– Во время лесного пожара. Гонимые страхом, лоси, бараны-августы и дикие кони сметают всё на своём пути. Очень похоже на то, как сейчас ведут себя порождения.

– Эти штуки разве чего-то боятся? – удивился Белен.

– В том-то и дело, что нет, – покачал головой Страж, – иначе, я даже боюсь себе представить, какое зло пробудилось на Глубинных Тропах, что даже твари Мора в страхе разбегаются перед ним, – ничего, когда ты встретишь моих дроу, у тебя определённо появятся мысли на этот счёт.

– Боятся они или нет, – вмешался в беседу Харроумонт, – это не отменяет того, что полчища этих уродов осаждают Нижние Врата и с этим нужно что-то делать. Какие силы вы можете предоставить, король Кусланд?

– Со мной отборные части егерей, тяжёлой пехоты и магов. Общим числом – в десять тысяч бойцов, – на деле – несколько больше, но войска своих дворян я считал отдельной категорией, да и новобранцы, пусть их гоняли в хвост и в гриву, оставались новобранцами, которых я планировал распихать по западным крепостям сторожить перевалы и продолжать оттачивать свои навыки в относительно комфортных и безопасных условиях. Так что на деле, десять тысяч – это изрядное преувеличение, тем не менее, их выставить я вполне мог. Заодно и немного прорежу дружные ряды ребят Логейна, а то их количество меня всё-ещё огорчает.

– Это немало, – приободрился Пирал, а вот принц, глядя на моё лицо, начинал мрачнеть, видимо, уже понял, что не всё так просто.

– Да, но вы уже потеряли столько же. И это были привычные к подземной войне гномы, а не люди и эльфы, ни разу не сражавшиеся в тесных тоннелях до этого. К тому же, мы не знаем, каковы силы противника. Не говоря уже о том, что, при всём моём уважении к жителям Орзамара, я просто не имею права бессмысленно тратить жизни моих людей, защищая позиции, которые будет невозможно удержать.

– Что это значит? – нахмурился дешир, а вот наследник Дома Эдукан просёк фишку сразу.

– Что вы хотите за свою помощь? И что конкретно предлагаете?

– Помощь я оказываю в рамках наших старых и плодотворных дружеских отношений, – принц чуть скривился, прекрасно понимая, что никаких особых «отношений» между Ферелденом и Орзамаром никогда не было. Торговля – да, но на этом всё – гномы не лезли к людям, а люди – к гномам, – мы поможем удержать Орзамар, но… снабжение моих воинов оружием и бронёй ляжет на плечи ваших мастеров. К тому же, это не решит вопрос противостояния с Порождениями Тьмы, а держать свои войска в подземельях долго я не могу – война с Орлеем может начаться в считанные месяцы, если не недели. Потому… я предлагаю подумать об эвакуации города.

– Эвакуации? – выпучил глаза Харроумонт, да и его товарищ-конкурент выглядел не многим лучше. – Куда? Нас и так отрезали от глубинных троп.

– Но не от поверхности.

– Стать наземниками? – мне показалось, что сейчас он просто задохнется от негодования. – Оставить нашу родину врагу?

– Это лишь крайний случай, но к нему нужно быть готовым. Да, вы рискуете стать наземниками, лишиться касты или иным способом нарушить традиции. Вот только в противном случае, может уже не найтись тех, кто эти традиции будет хотя бы помнить.

– Это немыслимо… – продолжал возмущаться Пирал.

– Что именно вы предлагаете? – а вот Белен не был настроен столь категорически против.

– Собрать всё ценное и необходимое, предупредить людей, заминировать своды Орзамара. И, в случае, если сдержать тварей не будет возможным, отступить и обрушить на них гору.

– И куда мы пойдём, лишенные дома?

– Земли Ферелдена обширны, тем более, сейчас часть из них опустела, а кузнецы, ремесленники и ваши воины всегда смогут найти себе достойное занятие.

– Идти под руку к наземнику?! – теперь уже возмущался и негодовал Эдукан.

– Я не собираюсь оскорблять вас предложением вассалитета, – нахрен мне такие централизованные и сплочённые подданные не упали, – лишь помощь друга и союзника. Вы сможете жить согласно своим традициям и уложениям, торговать и создавать. Всё, что я потребую взамен – вставать со мной плечом к плечу в защите Ферелдена, – идея им явно не нравилась, –