сама галантность, чем сильно меня забавлял, и я, вдоволь наплескавшись и украсив лесовика котелками, как новогоднюю елку, отправилась обратно в лагерь.

Но, как оказалось, притопать в лагерь вместе с лесовиком была плохая идея. Поняла я это, правда, слишком поздно. Увидев меня, чинно вышагивающую перед лесовиком, стражи сначала замерли. Кто с вещами, что укладывали на расстеленную на земле толстую ткань, кто у костра присевшие отдохнуть. Но центром внимания, как по команде, оказалась я, нет, опять ошиблась, центром был лесовик. Но с моей глупостью, я не сразу это поняла.

Прошагав с ним практически через весь лагерь, я сняла все котелки перед кухней, и польщенная вниманием всех, решила поиграть в повелителя лесовиков и хотела озадачить его очередной просьбой, как стихийник повара тоже проявил внимание к моему сопровождению. Мирх, правда, сразу предупредил, что лесовики для стихийников огня большое лакомство, так как это не только топливо, но и энергия, которой они питаются. Что оставалось делать?  Я не знала, как остановить стихийника, потому встала между ним и лесовиком и громко рявкнула:

-Даже не думай его тронуть!

Огненный кошак мотнул головой в сторону повара и, заметив, что тот не возражает ему, снова двинулся к моему помощнику.  И я растерялась. Попросила лесовика уйти в лес, но смотря на плотное кольцо стражей, которое нас начало окружать, поняла, что этого сделать не удастся. 

-Почему?!

--Ну, лесовики по своей природе считаются лесной редкостью, а мирных лесовиков, как твой, стражи вообще не встречали. Жалко его, уйти ему не дадут. Как они скажут: «во избежание последствий», – пояснил Мирх на мой немой вопрос.

Это были печальные новости, но вот давать стражам убивать того, кто помог мне носить тяжести! Не на ту напали! Вернее, не на того. Он, в любом случае, не один, и вернется к себе домой целым и невредимым.

Сначала я решила разобраться со стихийником. Под тихие охи и ахи Мирха я вытащила из кухонной утвари, что лежала рядом, большую ложку и, когда кот сделал очередной шаг, смело шагнула к нему навстречу и, выставив вперед мое горе-оружие, еще раз повторила уже тише и грознее, как мне показалось:

-Даже не думай его тронуть!

Кошак недовольно фыркнул, раскидав вокруг себя несколько сотен искорок, и недовольно начал обходить меня, цель свою, впрочем, не меняя. За что получил ложкой по лбу. Тишина встала гробовая. Только я в запале защиты лесовика не сразу обратила на это внимание. 

Кот зло зашипел, будто в огонь тонкой струйкой стали заливать воду.  И сощурившись приготовился к броску, на меня. 

-Шип, не смей! –рявкнул повар, бросаясь к нам, но было поздно. Кошка уже бросилась на меня.

Все остальное происходило, как в замедленной съемке. Я видела летящую на меня кошку с огненным оскалом, которая не простит мне такого унижение, как шлепок ложкой, видела, как к нам бросаются несколько стражей вместе с поваром, но также понимала, что они не успеют и навряд ли смогут его остановить.

Увидела, как рванули со своих мест дракон и его стража. Тоже мне спасатели. Лесовик протянул ко мне ветви в попытке то ли схватить, то ли прикрыть меня от стихийника. А у меня во всей этой катавасии вспыхнула мысль, разве может мне причинить вред элементаль огня, если сама стихия заключила со мной союз? Оказалось, не может, в нескольких сантиметрах от меня кошак вдруг дернулся, как будто его с другой стороны кто-то дернул за хвост, и, неестественно изогнувшись, он рухнул у моих ног. Все его многочисленные огненные волосинки вспыхнули алым цветом и в один миг стали синими и тонкими и медленно начали гаснуть. Повар дико закричал, как будто его смертельно ранили, и стражи бросились уже к нему. Кот остался лежать неподвижно.

-Мирх!

- Стихия огня не позволит своим детям причинять тебе вред, - тихо сказал дух, – стихия отозвала свою силу у элементаля, и он умирает.

-Я, я что убила его?

-Нет, Киани, не ты. Сама стихия встала на твою защиту и отвела свою силу от тебя, последствия этого ты видишь.

-Но, но, -  я чуть не разрыдалась, видя истаивающий голубоватый остов когда-то бывший живым огнем.

–Мирх, пожалуйста, помоги! – я рухнула к умирающему стихийнику и боялась к нему прикоснуться и тем самым развеять остатки от духа огня. 

-Попроси стихию огня, если откликнется, то поможет.

И я позвала. Все костры в лагере полыхнули на пару метров верх, с каждого слетел небольшой сгусток красно-оранжевого пламени и закружились над телом стихийника. Мирх сказал, что я должна каждый шарик самостоятельно вернуть в тело кошака, тем самым, подтверждая стихии, что хочу его возрождения. Эти комочки оказались очень горячими, и если первые два я спокойно могла удержать в руках, то третий и последующие уже причиняли ощутимую боль. Но повар перестал стонать, а голубые волоски начали светлеть и приобретать рыжеватый оттенок. Последний седьмой сгусток я уже опустила, еле сдерживаясь, чтобы не застонать от того, как горели руки. Но результат меня обрадовал, стихийник открыл глаза и приподнял голову. Стражи расступились, давая подойти еле державшемуся на ногах повару. Он был очень бледен. Видимо, его сильно тряхануло из-за потери союзника. Я коснулась лба кошака и тихо прошептала ему:

-Извини, просто я не люблю, когда обижают моих друзей. – И, поднявшись, пошла к лесовику. –Пойдем, я провожу тебя домой, - тихо сказала я моему помощнику, и тот тихо прошелестев листьями вдруг ветвями поддел мои ладони, поднимая их так, что покрасневшая кожа стала видна всем. Я попыталась вырвать и скрыть их, но лесовик держал крепко, а в следующую минуту лесовик покрылся маленькими белыми цветочками, которые стали ронять на мои ладошки свой нектар, и боль прошла, и краснота исчезла.

-Спасибо, - прошептала я ему и улыбнулась, тот, отпустив мои руки, тихо шурша корнями двинулся вон из лагеря, и все стражи расступились, пропуская его.

Все было вроде хорошо, но темная аура дракона разлилась по всему лагерю. Я затылком чувствовала, как он смотрит на меня, но оборачиваться и проверять это совсем не хотелось. Да он и ждать не стал.

-Ребенка ко мне в палатку. Сейчас!

И я услышала его удаляющиеся шаги. Ну вот, а утро так хорошо начиналось.

лава 12

Мирх шуршал в голове, что все будет хорошо. Братья с тревогой смотрели на меня, но я махнула им рукой и улыбнулась, сделав вид, что все в