— искренность в голосе Лукиани немного отрезвила, вот только я не сводила глаз с Дениса. И никак не могла понять, о чем он думает. А главное, удалось ли мне его зацепить чувством вины? Все же комбинация оказалась многоходовая, и он мог не прочувствовать всю важность момента.

Холковский выглядел, как нерушимая скала, которая появилась задолго до моего появления и простоит еще много лет после. Но, как известно, вода камень точит. А потому и в его несокрушимость можно вбить клин, чтобы после расколоть. На все нужно время и терпение.

Что же, если египтяне с помощью деревянных клиньев и воды умудрялись откалывать огромные блоки от скал, чтобы подготовить строительный материал для своих пирамид, то почему у меня не получится? У них были топоры, молотки и киянки, а у меня — все знания семейства Роговых и Прометея.

Надеюсь, что сегодняшний сон связан именно с этим греческим титаном. Однажды сны помогли мне заглянуть в тайны прошлого. Почему бы теперь им не помочь опять, но чтобы разобраться уже не с прошлым, а с настоящим? Было бы отлично.

— Я так понимаю, что вы все решили, и Аннет дала свое благословение. — Украдкой бросила взгляд на запястья и выдохнула. На рукавах блузки никаких капель или разводов крови не было. — Так, Энрико? Тогда зачем интересоваться моим мнением, если все решено? Катерина, вы с нами?

Девушка несмело кивнула и попросила обращаться к ней на ты.

— И то верно, — согласилась я. — Мы же все тут как большая дружная команда, — сдерживать сарказм не стала. Ни к чему. — Надзиратель, интриган, стукачка и преступница, — я по очереди посмотрела на присутствующих.

— Риджи, — начал было Энрико, — не стоит все так негативно воспринимать.

— Ты нас провоцируешь. — Денис лениво откинулся на спинку дивана и закинул ногу на ногу. — Провоцируешь и проверяешь.

— Как и вы меня, — в тон ответила я и попыталась отзеркалить позу Дениса. — Ты пытаешься понять, не слетела ли я с катушек за те месяцы, что провела у твоих коллег в гостях. Ты, — я выразительно глянула на итальянца, — пытаешься понять, как много я знаю и готова ли делиться информацией. А что до тебя, Катерина, — мысленно прикинув насколько наглой и дерзкой могу быть с этой девушкой, — ты ведь была близка к Егору и должна понимать, что простую девушку он бы не выбрал себе в спутницы. А значит, я могу быть полезна для твоей карьеры. Столько идей для репортажей не будет ни у кого.

То, что Ветрова нервно облизнула губы и бросила быстрый затравленный взгляд на Лукиани, мне импонировало. Получалось, что эмоционально я ее зацепила. А где один заинтригованный маг, там и остальные. Главное, начать. Потом остальные сами подтянуться и будут внимать моим словам.

— Хватит, — первым не выдержал итальянец и вскочил на ноги. — Хватит вести себя так, будто вокруг тебя одни враги. Мы в одной команде. Ты не такая. Ты же совсем другая.

— Я изменилась. Выросла. — Каких же титанических усилий мне стоило держать маску равнодушия, не знает никто. — Я больше не та девочка, которая вместе с лучшим другом подглядывала за тобой и очередной твоей девушкой на вилле на Сицилии. — Краем глаза заметила, как дернулись губы Катерины в недовольной гримасе. — И не та наивная дурочка, верящая, что огромный мир открыт для нее. — Подниматься с дивана было тяжело. Голова гудела, спина и запястья ныли от постоянной боли, но хуже всего было чувствовать, что никому в этой комнате я доверять не могу.

— Каждый из нас кого-то терял, — тихо заметила Катерина. — Но это не повод злиться на весь мир.

— Кого-то, но не всех. Я потеряла всех: лучшего друга, возлюбленного, родных, мужа, связь с родителями, товарищей, даже магию, дважды… И вы говорите мне о поводах? — не знаю как, но всю фразу мне удалось вымолвить на одном дыхании. Да и голос не дрожал, хотя внутри нервы вибрировали от злости и возмущения. — И кто говорит о мире? Сохранить мир и согласие — его прерогатива. — Взгляд прошелся по мужественному лицу Дениса. — Он — безопасник. Это его детище. А мне пора отдохнуть перед переездом в Вечный город.

Аккуратно, стараясь никого не задеть, я направилась в спальню, надеясь, что сегодня также получится выспаться. А перед этим у меня хватит сил, чтобы поменять повязки. Еще пару дней, ну может, неделя, и их можно будет вообще не использовать.

В Риме мы почти уже неделю. И каждый день похож на предыдущий. Завтрак в столовой семейства Лукиани, накрытый на четыре персоны. Неспешные разговоры, обсуждение очередного культурного марш-броска по столице Италии. Потом несколько часов тишины в библиотеке, где вдали от всех можно спокойно изучить те события, которые произошли за полгода. Финансовые отчеты, данные по недвижимости и прочие вопросы, которые требовали от меня внимания. Несмотря на участие консультантов и поверенных, необходимо было тщательно следить за собственностью, которая мне принадлежала. Раньше я довольно много играла на фондовой бирже, так почему бы не возобновить это хобби?

Еще Денис и Катя каждый день приносили сферы с информацией по магическому миру. Тут тоже требовалось быть в курсе событий уже за более долгий срок. Почти одиннадцать лет. И хотя я понимаю, что сведения преподносятся те, которые выгодны безопасникам, но и их много.

После полуденного зноя, Энрико пытается вытащить меня погулять, но не интересно. Я вообще стала замечать, что меня мало что волнует в последнее время. Раньше я обожала Рим. До Афин, Питера или Парижа ему далеко, но с Буэнос-Айресом можно смело ставить рядом.

В детстве мы с Лукой часто сбегали из дома, чтобы побродить по улочкам Вечного Города. Не зря Рим так называют и туристы, и местные жители. Памятники археологии на территории города датируются чуть ли не XII веком до нашей эры. И пусть сам Город был основан значительно позже, но все же Ромул знал, где возводить свое поселение. Столько войн, значимых событий, взлетов и падений видели старинные узкие улочки. Здесь разбивались мечты и воплощались планы дерзких захватчиков. Мы тоже с Лукой воображали себя войнами Гая Юлия Цезаря или знатными сеньорами.

Помнится, однажды друг даже собирался стащить Колизей, но не получилось. Зато нам удалось подменить Уста Истины. Нам было очень весело до