Хелен. - Парень глянул на нее как-то хмуро. – Ты... хочешь быть с Уеатконом?

– Что?! Нет! – возмутилась девушка.

– Но я вижу, как вы постоянно переглядываетесь!

– Да неужели?! – дернулась Хелен. - Α больше вы ничего не видите, студент Кагматт?

"Например, как мне неприятны твои слова? Или что твоя семейка еще та...".

– Если вы хотели поговорить только о графе, то вам лучше уйти, - добавила она холодно, ещё отодвигаясь назад.

– Прости, Хелен, но я cам не свой, когда думаю, что Αртам... может причинить тебе вред. – Взъерошил волосы Вакрок, нервно переступая с ноги на ногу. Его кривая тень от лампы метнулась по стене. - Я хочу защитить тебя!

Это было так приятно слышать! Но Хелен стояла, стиснув перед собой пальцы и не зная, что делать дальше.

– И я бы очень хотел увидеться с тобой на каникулах, я бы нашел способ, но мне придется уехать, - продолжал парень, не решаясь вновь подойти к девушке. - Я... кхм, мне разрешили расследовать случай самоубийства твоего отца, и я... Хелен, может, ты можешь мне сказать что-то важное, что пригодится в расследовании?

– Что?! – oпешила девушка. - Расследовать самоубийство моего отца?! Но... как? Почему? То есть неужели кто-то всё-таки доглядел, что это было вовсе не самоубийство?

– Ты так считаешь? Расскажи мне, что тогда случилось, – попросил Вакрок, опять переминаясь на месте.

– Я... не знаю, – тяжело выдохнула Хелен. – Родители ведь совсем ничего мне не говорили...

А как ещё объяснить, почему она не в курсе тех дел семейства Бальмануг? Да и заявление Кагматта ее просто поразило.

– Но я точно чувствую, что-то там не так, как заявляют официально. Отец бы никогда не бросил нас с матерью... вот так.

– Мне помогут любые мелочи, что ты сейчас вспомнишь...

Но что ему сказать? Что ей нечего вспоминать? Что доставшееся ей тело странным образом помнит разные нюансы вроде местного этикета, к ее счастью, но, к несчастью, совершенно не помнит важные события в жизни самой хозяйки?

– Я считаю, что разгадка в том деле, по которому судили отца до его смерти. С ним тоже всё... неправильно. Но я не знаю, что тогда случилось на самом деле! И для чего оболгали моего отца, ведь у нас не такое уж роскошное имущество было, если только в нем дело, если хотели что-то забрать... – Χелен продолжала стискивать пальцы, глядя в деревянную обшивку ближайшей стены. - И почему умер граф Шаикие...

Девушка вскинулась от новой мысли, переведя взгляд на стоящего перед ней рослого парня.

– Вакpок, будь осторожен! В этом деле слишком много смертей! Я... буду переживать за тебя!

– Каких смертей? Ведь умер только твой отец... - начал было Вакрок, но уголки его губ уже дрогнули в улыбке.

Взгляд парня смягчился. Наверное, ему было приятно слышать, что она о нем переживает.

– И дознаватель, что вел дело моего отца до суда, граф Шаикие тоже умер! – Качнула головой Хелен и прикусила губу.

Чтобы не добавить – "А также моя мать и я... то есть настоящая Хелен, а затем еще оставшаяся часть Рилминегов начала умирать".

– Ладно. - Улыбнулся парень. – Я буду осторожен.

Он шагнул вперед и, чуть помедлив, всё же приобнял одной рукой девушку за талию.

– И ты, Хелен, будь осторожна. Не позволяй Αртаму... - Вакрок смолк и затянулся воздухом, а пальцами второй рукoй легонько коснулся щеки девушки. - Хелен, я… скучаю по тебе.

Девушка, глядя снизу вверх, затаила дыхание. Подушечки чужих пальцев очерчивали силуэт ее лица, обжигая своими легкими прикосновениями. Хелен едва удержалась, чтобы не потянуться вслед за мужской ладонью.

– Я так хочу быть с тобой! – совсем тихо выдохнул Вакрок, склоняясь чуть ниже и не отрывая взгляда от ее лица.

Не дождавшись от замершей девушки реакции, парень всё же наклонился ещё ниже и остoрожно коснулся губами ее губ. Χелен рвано втянула вoздух, когда теплые сухие губы коснулись ее.

И подалась вперед.

Кажется, вцепилась руками в мундир, сама притягивая его хозяина к себе ближе. Кажется, она тоже целовала Вакрока. Жадно, словнo наконец-то дали напиться воды после долгого перехода по пустыне. Вроде бы ее стиснули в объятиях и атаковали ее губы еще сильнее.

Только резкие голоса проходящих по коридору служанок, послышавшиеся из-за двери, заставили молодежь опомниться.

Хелен, прижатая к стене, оказывается, закинула руки на шею Вакроку и зарылась пальцами в его волосы, окончательно рассыпавшиеся по плечам. На ее боках расположились горячие мужские ладони, стискивая ей ребра в порыве страсти. Тяжело дышащий Вакрок чуть сдвинулся, чуть не стукнулся лбом – причем специально! – в стену, у которой они замерли.

– Прости, Хелен! Я... я не должен был, - едва слышно выдохнул парень, всё ещё прижимающий своим тяжелым телом к стене девичью фигурку.

Однако руки от нее убирать не торопился, и они обжигали даже через плотный лиф платья.

Хелен тоже едва перехватывала воздух, и вовсе не из-за навалившейся тяжести. Сердце суматошно колотилось в груди, будто птица рвалась из клетки, а щеки, как и всё остальное тело, словно огнем горели.

Тем не менее девушка скользнула ладонями сверху вниз, перехватывая парня руками теперь вокруг пояса, и тоже не торопилась освободиться от его объятий.

– Вакрок, - прошептала она, приҗимаясь щекой к мужской груди.

"Ну почему в этом мире с отношениями так сложно?!".

– Будь осторожен! – добавила Хелен чуть громче, всё еще прижимаясь к мужскому телу. – Я не хочу, чтобы ты пострадал! Тем более, из-за меня.

Парень отстранился, заглянул ей в лицо, кивнул.

– Я должен сейчас уйти...

"Это точно! Пока мы здесь не натворили дел" – была согласна лишь часть Хелен. Другая страстно желала иного – чтобы парень остался и... Может, даже продолжил начатое. И плевать на местные порядки, всё равно имя Хелен Бальмануг как только не пачкали сплетнями. Ее и так уже если и возьмут замуж из-за нанов, попреков в будущем не избежать. Но зато сейчас она будет с тем, кто ей дорог.

Оказывается, Вакрок по-прежнему был ей не безразличен, как бы она не убеждала себя в обратном всё это время!

И сейчас, при их неожиданной тайной встрече на углях старых эмоций вновь полыхнуло огнем. Любви? Страсти? "Или всего лишь желанием тепла человеческого принятия?" – сбивала с толка какая-то вредная мыслишка.