— Одно другому не мешает. Я вполне способен осилить две мысли.

Вообще-то, Ренци оставалось только позавидовать, потому что после осознания встречи с императором моя мыслительная деятельность остановилась. Даже в столовой я зависла над тарелкой, забыв про еду.

— Чаргетто, прекрати паниковать, — подпихивал блюдо с кроличьим рагу поближе ко мне Дориэн. Ну, Кассиан. Рано или поздно, вы бы все равно встретились. Что в этом такого? Меня больше интересует, зачем он дал тебе маску? Вряд ли император на самом деле был на побегушках у Фаджио. Хорошо, если тот вообще в курсе, для чего эта штука тебе нужна.

Верное замечание, но годных идей у меня не было, и я предпочла переключиться на более понятную тему. Под неодобрительным взглядом Ренци я отложила вилку.

— Итак, коробка с папиными вещами. Нам осталось выяснить, что за непонятные часы мне достались, и как у моего отца оказался артефакт вашей семьи. С первым мы вряд ли разберёмся без посторонней помощи. В лучшем случае сведения сохранились в тех записях отца, что не изъяли во время расследования, так что остаётся запонка. Твой выход, Ренци.

Дориэн побарабанил пальцами по столешнице.

— Это штучная работа, делается под заказ для конкретного члена семьи. Родовые артефакты предков хранятся в семейной сокровищнице. Большинством из них уже невозможно пользоваться. Они все стоят на строгом учёте, и если бы имела место кража, это бы быстро обнаружили, и сделали соответствующую запись в реестре. Стало быть, запонка была отдана добровольно и, скорее всего, еще до того, как была создана сокровищница. В пользу последнего говорит факт, что после того, как изготовили запонки для меня, больше заказов не было. И отцовские на месте. К тому же мне они сразу показались слишком вычурными и старомодными.

— А до создания — это когда? — заинтересовалась я.

— Лет сто пятьдесят назад, — пожал плечами Дориэн.

Что-то было такое в голове. Какое-то событие связывавшие наши кланы в то время. Вот сейчас… Мне показалось, что я нащупала нужные воспоминания, но громко засмеявшийся за соседним столиком адепт спугнул мысль.

Проклятье! Это никуда не годится!

Может, уже и не имело смысла пытаться разгадать тайну вещей? Мы ведь уже и так знаем, кто настоящий преступник. Но внутренний зуд не давал мне отступиться. Чутье подсказывало мне, что это очень важно. А мэтр Стонце всегда утверждал, что чутью нужно доверять. Главное, не путать его с иллюзиями.

Мимо нашего стола проскользнули две адептки, обсуждавшие свои наряды к балу, и окончательно сбили меня с мысли. Я опомнилась, что мне тоже необходимо подготовиться. Вообще, чем больше у меня будет дел, тем меньше я буду переживать по поводу предстоящего вечера.

Ренци же волновало, Проклятый знает что.

Когда я сообщила ему о своих планах, он настоятельно потребовал:

— Надень что-нибудь приличное! Закрытое! В первую очередь очередь мы идём на экзамен. Никакого разврата!

Я даже комментировать это не стала, хотя очень хотелось сообщить Дориэну, что контроль за моими пуговицами откладывается, потому что на выбранном мной платье их нет. И по возвращении в покои я, еле выпихнув Ренци из спальни, не позволила ему «утвердить форму».

Когда я уже собиралась заняться волосами, услышала стук в дверь. Открыв, я обнаружила на пороге Дориэна, держащего в руках большую коробку, перевязанную бантом.

— Что это? — сегодняшние подарки определённо меня настораживали.

Ренци протянул мне маленькую картонку, оказавшуюся визиткой ателье Алессии Лирди, на обороте которой идеальным почерком было выведено: «Второй год мои платья носят самые перспективные адептки. Кажется, это стоит сделать моим девизом».

Я догадалась, что внутри, и была благодарна Алессии за заботу, но гордость не позволяла мне принять у нее еще одно платье. Первое пришлось взять вынужденно, но это я уже не приму.

— Поставь там, — я указала на место у порога. — Завтра верну.

— И даже не посмотришь?

— Нет, — отрезала я. Зачем бередить душу? Я была уверена, что платье чудесное. Так стоит ли плодить сожаления?

Ренци оказался недоволен моим решением, но ничего не сказал.

С таким же пасмурным видом Дориэн вернулся за мной спустя два часа.

— Ну как тебе? — неожиданно для себя спросила я. Мне вдруг захотелось, услышать от него, что прекрасно выгляжу.

Но Ренци такой Ренци.

— Твои жуткие ночнушки выглядят намного приличнее, — он хмуро разглядывал мое скромное декольте. — Наверняка в той коробке, — он мотнул головой в сторону посылки от Алессии, — все намного скромнее.

Да, а вот галантность леди Ренци своему сыну не привила.

— С чего ты взял? — удивилась я. Мне Алессия не показалась занудой, да и ее собственные наряды не выглядели скучными.

— У меня есть на то основания, — буркнул Дориэн и предложил мне свой локоть.

— Пора? — мой голос прозвучал неожиданно жалобно.

— Да, — Ренци взял меня за руку, и стало теплее на душе. Я почувствовала, что не одна.

Я подхватила маску, и мы вышли в коридор и смешались с нарядной толпой, которая прогуливалась в ожидании приглашения в бальный зал. Мы протискивались между смеющимися группками адептов, и меня не покидало ощущение нереальности происходящего.

Но с каждым сделанным шагом, моя тревога угасала, уступая место азарту.

Через десять минут мы стояли около третьей оранжереи, на дверях которой висело объявление «Идёт обработка ядовитыми веществами». Мы переглянулись и толкнули створки.

Началось.

Глава 128. Началось

— Все запомнили? — в сотый раз переспрашивал Фаджио, доводя нас с Дориэном до белого каления.

— Перестань, они адепты, а не идиоты, — остановил его Натори.

— А это не одно и то же? — сердито уточнил дознаватель. — У меня ещё не было провалов, и я не горю желанием узнать, каково это, на собственном опыте. — Он посмотрел на нас сурово — Вы, детки, даже не представляете, о артефакте какой мощи идёт речь.

Ренци фыркнул:

— Вы даже не представляете, на что мы способны.

Это он сейчас про карьер вспомнил?

— Так, а вы что столбом встали? — продолжал нагоняй Фаджио, но уже своим подчинённым. — По местам! — скомандовал он, и около двадцати человек буквально растворились у нас на глазах.

Слово взял ректор:

— Драгоценные адепты, в обычной ситуации сейчас я должен был бы сказать речь о том, что вы должны выложиться на полную и показать, на что способны, но, мне кажется, в этом нет необходимости. Каждый из вас знает, какова цена его победы или поражения.

Я сжала кулаки так, что заскрипели атласные перчатки, под которыми прятался упрямый артефакт, по-прежнему не желавший сниматься.

— Помните, что вы должны пройти испытание вдвоём.