— Вот уж заботливый принц. Даже умереть не даст, пока не решит все свои вопросы.

— Даже не думай. Ты не умрешь. Не позволю. Не сейчас, не здесь, не так. Я уже сегодня видел, как ты падаешь в эту проклятую воду и этого хватило. Второго раза не будет, слышишь? Если ты еще раз исчезнешь из-под моих рук, я…

Договорить он не успевает. Лошадь под нами вздрагивает, резко отбивая копытами по тропе — мышцы у нее дрожат под моей ногой. Принц натягивает поводья, сдерживая ее, но та не слушается. Она чует опасность, мотая головой и отступая.

В этот же миг вдалеке раздается протяжный вой. Лошадь рвет поводья, резко подаваясь на дыбы. Каин пытается удержать меня, но мы оба соскальзываем и падаем на траву, из моей груди вырывается болезненный стон. Лошадь рвется в сторону, позади слышно, как Теоден уже спешивается, ругаясь сквозь зубы.

— Селина, дыши, — слышу рядом голос Каина. Он опускается на одно колено, поддерживая меня, чтобы не дать завалиться набок. — Не двигайся.

Я сжимаю зубы, пытаясь взять себя в руки. В голове вдруг всплывают слова Лаэра — он всегда твердил, что если трудно справиться с болью, надо направить имфирион туда, где хуже всего. Нельзя доходить до той грани, когда уже ничего не поможет.

Собираю остатки сил, стараясь сосредоточить холод внутри, направляю его в то место, где колет сильнее всего — в ребра и спину. Имфирион разливается под кожей, как ледяной поток. Он притупляет боль, отдаляя ее. Дышать становится легче, и проще не застонать при каждом движении.

Сбоку в траве резко трещит кустарник. Я вскидываю взгляд и вижу, как между стволами к нам пробираются волки.

Каин поднимается на ноги, заслоняя меня собой. Я осторожно поднимаюсь следом.

— Нож, — хриплю я, цепляясь за руку Каина. — Дай мне нож. Быстро!

Он смотрит на меня, в глазах мгновенно вспыхивает сомнение, но она тут же сменяется решимостью. Он достает короткий клинок из-за пояса и вкладывает мне в ладонь.

— Только не вздумай… — начинает он, но не успевает договорить, как первый волк бросается на меня, целясь в бедро. Я едва успеваю вскинуть руку, но меч Каина проходит по шерсти зверя, разрывая кожу на боку, но зверь не уходит, только отскакивает в сторону в сверепом оскале. Второй кидается сбоку и Каин перехватывает зверя на лету, ударяя по морде рукоятью меча, и отшвыривая его к кустам. Третий обходит нас кругом, прижимая уши к голове.

Теоден становится к нам спиной, волк напротив него крупнее, чем остальные, с клочьями темной шерсти на груди. Он не спешит нападать, двигается неторопливо, специально показывая свою силу. Зверь делает шаг вбок, не сводя с меня взгляда, тянет носом воздух, рыская вокруг Теодена, ища угол, чтобы обойти.

— Они за мной охотятся, — выдыхаю я хрипло, с трудом удерживая нож.

Теоден косится на меня через плечо.

— Тогда держись крепче, Селина, — бросает он. — Здесь никто бросать тебя не собирается.

Волк с клочьями шерсти кидается на меня, но Теоден перехватывает его мечом. Слышу, как лезвие с силой врезается в кость, по траве летят алые капли. Остальные звери не отступают, только сильнее давят кольцо. Я не успеваю оглянуться, как еще один волк бросается сзади. Заношу нож и режу его по боку, но зверь успевает схватить меня за руку. Каин сразу оказывается рядом, его меч режет зверя по шее, тот взвывает и оседает на землю, приминая траву под собой. Я едва держусь на ногах, пальцы скользят по ножу, ладонь уже вся в крови.

— Держись, — устало выдыхает Каин. — Если упадешь — подниму.

Я молча киваю, хотя рука горит от боли. Каин снова становится стеной между мной и волками, сжимая меч. Теоден замахивается клинком и еще один зверь отпрыгивает с порезанным горлом.

Круг хищников сжимается, волки становятся все злее, подбираясь к нам почти вплотную. Морды уже прямо передо мной, я вижу клыки, их шерсть мелькает сбоку. Земля уже мокрая от крови — не знаю, моей или их.

В этот момент раздается свист. Стрела с шумом рассекает воздух, вонзаясь в бок ближайшего волка, тот взвывает, отшатывается и падает на бок. Следом еще одна стрела попадает прямо в шею следующего зверя, который уже рвался к моей ноге. Вой сменяется хрипом, и зверь оседает.

Стрелы не останавливаются, продолжая срываться одна за другой находя цель. Мы сбиваемся плотнее. Еще один зверь падает с хрипом, остальные начинают пятиться. Один волк бросается в кусты, другой валится набок, оставляя за собой алый след. Через минуту лес снова наполняется тишиной.

Между деревьями появляется силуэт. Белые волосы стянуты в косу, на щеках иней, губы потрескались от холода и голода. В руках у нее лук, стрелы торчат из колчана за спиной. Лицо знакомое: вытянутое, с резкими скулами, губы сведены в жесткую линию. Я сразу узнаю этот взгляд — прямой, немного надменный, с той бледной мутью в глазах, которая бывает у тех, кто давно не питался.

Это Эсса.

— Да чтоб тебя… — Теоден уже готов броситься на нее, но я резко хватаю его за руку, едва не падаю сама, но все равно встаю между ними. Поднимаю ладонь, чтобы он не лез.

— Стой. Не трогай ее.

Эсса направляет на нас следующую стрелу.

— Селина? Что за… что за тряпье на тебе?

Она смотрит на меня, так словно весь этот лес, все волки, вся наша кровь сейчас не так важны, как мой вид и то, с кем я стою. Узнаю эту эриду. Она только что уложила стрелами полдюжины волков, но ее удивляет вовсе не стая, не кровь на моих руках и даже не тот след зубов, который пульсирует болью до локтя. Нет, первое, что она видит — тойриса, человеческая одежда, прилипшая ко мне после воды.

— Ты с ними? — тихо, почти сквозь зубы шипит она. — С Веларроном? Ты жива, а теперь рядом с… — она кивает на принца, потом на Теодена. — Объясни, быстро. Иначе мне не хватит сил держать стрелу дальше.

Каин, не дожидаясь объяснений, резко хватает меня за руку, становясь между мной и Эссой, свободной рукой выставляет меч, как предупреждение.

— Отойди, эрида. Еще шаг и ты лишишься руки. Селина пойдет со мной.

Эсса реагирует мгновенно. Тетива натягивается, стрела