время можно было поставить крест. Дмитрий кривился и чесал макушку; пегас бил копытом и тревожно ржал; только что определившийся отчим отыскавшихся великовозрастных детей стоял с отвисшей челюстью, разглядывая почти одинаковых по возрасту женщин; и только Крафа, как всегда, оказался наиболее сообразительным:

– А давай прямо вот так, сейчас и прыгнем ко мне все вместе?

Гривин тут же поднял челюсть и шагнул к отцу:

– Я с вами! – И, словно предвидя возражения, добавил: – Тут и без меня справятся.

– А дочек моих… то есть своих сестричек баловать не будешь?

– А когда я их баловал? – сделал невинную физиономию сташестидесятилетний император.

Гегемон пожал плечами и, перекрикивая женский гомон и рыдания, предложил:

– Поехали?

Межмирское пространство здесь оказалось небольшим. Три секунды – и вся группа уже стоит в еще большем зале другого дворца. И там уже тоже все было готово для встречи.

Причем встречи неоднозначной. Если Анастасия с дочерью только-только стали понимать, что их куда-то перенесли, то Дмитрий Светозаров вдруг понял, что он находится в отдельно стоящей… клетке.

И глаза его стали моментально загораться от бешенства:

– Ах ты подлый!.. – И руки уже собрались выплеснуть на преграду энергию разрушения.

Глава двадцать первая

Дары приносящий

Но тут к клетке бросилась Александра:

– Дима, остановись! Это шутка! Причем дурацкая! Я предупреждала, что она может закончиться трагически! Но меня Крафа не послушался…

С этими словами она легко открыла почти невесомую дверь в клетке, хотя та смотрелась внушительно из-за навешенных на нее замков. Но на самом деле тускло поблескивающий металл оказался неким подобием легчайшего бамбука, да и всю шатающуюся от сквознячка постройку можно было перевернуть, словно картонную коробку.

Графиня прильнула к груди своего супруга, говоря что-то скороговоркой и явно успокаивая, а Трибун Решающий так и корчился от смеха. И его слова в первую очередь относились к сыну Гривину да к стоящей в сторонке здешней супруге Кассиофии:

– Ну как было не оправдать надежд моего союзника?! Как?! Он ведь до сих пор ждет от меня пакостей. И лицо! Вы видели, какое у него было лицо? Как хорошо, что все эти моменты зафиксированы для истории. Еще смешней получилось бы, начни Дин ломать клетку в ярости голыми руками. Жаль, что его Саша остановила! Вот тогда уже все точно померли бы от смеха!

Но местная императрица не разделяла веселости своего мужа и соправителя:

– Шутка и в самом деле получилась рисковая. Ведь твой гость мог сразу пустить в ход свое оружие! А здесь не военный полигон, здесь дети твои проживают…

– Как раз и верил в его сообразительность, – продолжал посмеиваться Крафа, оглядываясь по сторонам. – Куда детвора подевалась? Даже младших не видно.

– Сейчас примчатся… Тоже всякие шутки с сюрпризами устраивают… – проворчала Кассиофия. – Наследственное у них… И, может, нас все-таки познакомят?

Конечно же, она имела в виду новых для нее женщин, которые, так и держа ребенка между собой, продолжали обмениваться восторгами по поводу встречи. Несмотря на резкую смену обстановки, они не слишком-то и по сторонам осматривались.

Гегемон не стал деликатничать, а довольно просто и быстро всех перезнакомил. Пришлось и Александре оторваться от своего супруга и не просто познакомиться со своей свекровью, но и вступить в оживленный разговор между женщинами. Прибежали две дочери Крафы, Марианна и Ксения, представились и, забыв про всех людей на свете, стали переговариваться образами с Дивой. Хорошо, что занятая разговором Елена не видела, как, обещая морковные горы, шустрые девчонки уводят ее любимого пегаса в ближайший сад. Иначе ревности было бы не избежать.

Стоял шум и гам, и за дело взялась хозяйка дворца.

– Не будем же мы здесь стоять! – воскликнула она и жестом пригласила женщин к столу. – Давайте все присядем! Попробуете наши лучшие соки! – И, пока дамы рассаживались, обратилась к мужчинам: – Ну а пока мы тут секретничать будем, вы можете своими делами заняться.

Мать Дмитрия и его сестра были не против, а вот графиня Светозарова-Свирепая нахмурилась и вознамерилась вскочить со стула. Но тут Дин просительно расставил руки: мол, пообщайся, а то как-то некрасиво получится. И обратился к союзнику с первой пришедшей на ум мыслью:

– Тут мне только что доложили, живой дракон у тебя в одном из миров обитает. Покажешь?

– Да хоть сию минуту! – воскликнул Крафа. – Прыгаем, пока дочки не примчались.

Дмитрий посмотрел на недовольную супругу. Та не решалась возражать, хотя очень хотела оставаться возле любимого. И согласно кивнула. Тем более что, по ее понятиям, прыжок в Хризолитовую долину ни опасным, ни долгим не окажется. Зато будет интересным и познавательным.

И вскоре трое мужчин стояли в центре изумительно подсвеченной долины и любовались чудом природы, над которым потрудились управляемые песчаные бури. Гегемон не делал паузы в своих описаниях окружающего ландшафта, напоследок перейдя к характеристике хорошо видимого людям дракона, который, почти не шевелясь (вроде спал), лежал у своей пещеры:

– Мне кажется, что он жуткий мизантроп, оглохший от старости и собственной вредности. Причем дряхлеет прямо на глазах, вряд ли ему остались многие годы беззаботной старости. Ни на какие контакты не идет, а когда ему начинают мешать или надоедать, довольно агрессивно атакует.

– И многих слопал? – спросил Дмитрий.

– Нетушки, разумных созданий он не ест. Но в его собственной разумности мы не уверены.

– А подходить к нему вплотную пробовал?

– Пробовал, и не раз, – признался Трибун. – Когда нет никого… Одного человека он вроде всегда подпускает… Хотя я об этом молчок! Иначе дочки бы уже на нем катались.

– Может, и стоило разрешить?

– Вот у тебя будут дети, ты им и разрешай! А мне хватило нервного срыва, когда моя меньшенькая Ксения без спроса к этому гиганту прикасалась.

Светозаров задал кучу вопросов, но, так как ответы ничего нового не прибавили, решился:

– Попробую и я с ним на контакт выйти. Может, удастся как-то пообщаться?

– Пробуй, – не стал возражать Крафа. – Но щит держи постоянно. Мало ли что…

И, оставшись на месте, принялся обсуждать с сыном некую проблему мира Фиолетового Наваждения. А гость неспешно двинулся к исполинскому существу, о котором до сих пор знал только по сказкам да легендам. При этом посматривал как в саму пещеру, где виднелось огромное телепортирующее устройство, так и на прикрытые глаза разлегшейся летающей рептилии. И когда до головы осталось всего метров пять, один глаз наполовину приоткрылся. Сомневаться не приходилось, человек был замечен давно, и теперь только демонстрировался этакий беззвучный вопрос: «Ну? И чего надо?» А кончик хвоста, вблизи казавшийся еще более устрашающим, лениво шевельнулся. Таким если прихлопнет, от обычного человека только мокрое место останется.

Но страха Торговец не испытывал, только возрастающее любопытство. Прошел еще дальше и, остановившись возле самой морды