не знал, что скажет именно эту фразу, и сам удивился её появлению. Но долгожданное ЯВЛЕНИЕ – светящаяся отражённым светом напарница солнца – явно НЕ удивилась.

– Точно! Ты жадно схватываешь на лету. Похоже, в одиночном плавании ты по мне ужасно соскучился, и… Может, тебе всё-таки присесть, Большой?! Тебя так водит, что я за тебя пережива…

– Это хорошо… когда во Вселенной есть хоть один человек, который переживает. Я всё-таки… постою пока. Я не упаду… надеюсь. Ты же рядом…

– Точно. Я рядом. Больше никуда не денусь. Кто ж ещё за тебя будет ПЕРЕЖИВАТЬ… Знаешь, прежде чем тебя окликнуть, я чуть-чуть, пару минут всего, позволила себе испытать шпионское ощущение незримого присутствия… Мне не понравилось. Жить незамечаемой ТОБОЙ мне не по душе. Более чем… Я стояла, смотрела, как ты разжёг огонь, как встал с колен, выпрямился, как поднимаешь лицо к небу… Мне вспомнились стихи Ольги Швец, которые ты когда-то цитировал. Правда, память моя их немного подредактировала, невольно адаптируя к…

– Я… слушаю… Я так давно хотел услышать наяву твой голос. Кажется, десять тысяч лет…

– Примерно так… Слушай же, я чту:

Я чувствую святую бесконечность

Я слышу ритм дыхания Вселенной,

Когда смотрю на неба безупречность…

Но хочется мне счастья в жизни бренной.

Вот оно как, Солнышко. Захотелось вдруг простого женского счастья. Видимо, женщина остаётся женщиной, даже когда волею Мироздания вынуждена играть роль богини.

– Мужчина ничем не отличается… поверь мне. Правильная формулировка: Человек остаётся Человеком. Раз уж ты упомянула эту часть Наследия… Послушай.

По морю жизни плыли корабли,

И каждый на борту имел немного счастья,

Но шторм им помешал достичь земли,

И груз ушёл на дно морское большей частью.

…………………………………………………………………..

А мы стоим на берегу и ждём,

И бредим ослепительными парусами,

И может быть, когда-нибудь уйдём

На поиски утраченного счастья сами.

– А может быть, когда-то на восходе мой взгляд сверкнёт в ответ небесным краскам! И будет всё во сне счастливом вроде… Мы так привыкли верить детским сказкам, – не сговариваясь, вместе, слаженным ДУЭТОМ завершили они цитату.

– У нас отлично получается без репетиционной считки.

– Более слаженную парочку в Сети не сыскать… – согласился Иван.

– В многотрудной миссии нашей иначе никак…

– Ты всё ещё веришь, что спасение мира возможно? Вряд ли. Можно лишь попытаться…

– Согласна. Это грязная работа. Но кто-то же должен её выполнять… «Попитка не питка», как говорил товарищ… гм, неважно кто, далеко не святой. У нас хорошо обеспеченный тыл. Будущее – это сотни тысяч тонких нитей, но прошлое – ткань, которую уже никому не соткать по-новому.

– Бывают исключения. У меня будущее – одна-единственная нить, и та кровавая. Цепь смертей. Чтобы жить, хоть впроголодь, мне минимум раз в декаду нужно убить разумное существо. Без разбору, кто подвернётся – детей, стариков, женщин… Я питаюсь смертью. Если я этого не сделаю, не заберу очередную жизнь, моя собственная жизнь истощится, все призраки убиенных мною разом накинутся на душу… и я от вселенской боли превращусь…

– Извини, вынуждена тебя прервать. Терпеливо ознакомившись в который раз с печальной историей твоей жизни, я всё же хочу внести срочную поправку. Раньше ты был ОДИН. Теперь у тебя есть я. Один плюс одна. ДВОЕ. Разницу где-то как-то ощущаешь?

– Сейчас – да-а… Ох, как мне было без тебя хреново, Маленькая, до меня только начинает доходить… больше не исчезай, ладно? Ты мне потом расскажешь, куда пропала и зачем, я пока не готов выслушать объяснение этого кошма…

– Не надо тебе выслушивать, ни сегодня, ни потом. Прошлое не изменить. Главное, что мы вместе. Ты лучше вот что послушай, Солли… Я покуда там летала, отбившись от твоих дружеских рук, надыбала обалденную частицу наследия. Жил в начале космической эры гениальный музыкант, поэт, певец Виктор Цой…

– Я… тоже… А ещё он художник, и скульптор, и резчик…

– Что? А… Ну вот, разве не ярчайшее подтверждение, что мы с тобой параллельными векторами прокалываемся, даже врозь пребывая, и никуда нам не деться друг от дружки?

– Это уже не нуждается ни в каких подтверждениях… ТОЧНО.

– В самую точку! И продолжим на этой оптимистической ноте…

Это наш день, мы узнали его

По расположению звёзд,

Знаки огня и воды, взгляды богов.

И вот мы делаем шаг

На недостроенный мост,

Мы поверили звёздам,

И каждый кричит: «Я готов!».

Попробуй спеть вместе со мной,

Вставай рядом со мной.

Ну что, рискнёшь наконец-то повернуться к своему тылу, отвлечься на время от поедания врага уничтожающим взором? Враг ждал тысячи лет, подождёт ещё одну ночь… Хотя нет, похоже, давай-ка лучше я зайду со стороны… гм, врага. Заслоню тебя… Точно, обойду-ка я костёр. А то если ты развернёшься, то свет окажется позади тебя, и ты превратишься в чёрный силуэт, а мне чёрных силуэтов пока что ВПОЛНЕ достаточно.

Маленькая

ВРЕМЯ И ТОЧКИ

[шестое-одиннадцатое декабря (по UNT); Новая Рязань (Русь005 III) – Новая Венера (Скво II)]

Она обогнула пошатывающегося напарника и огненный цветок, расцветший у его ног. Ощущая, как у самой внутри всё сжалось в предощущении зрелища его ЛИЦА, она остановилась, глубоко вдохнула и РАЗВЕРНУЛАСЬ.

Лицо у Солнышка оказалось застывшим. КРАСНОРЕЧИВО окаменевшим. Челюсть не висела, глаза не выпучились, но плотно сжатые губы, сдерживающие крик, без всяких слов сообщали, что творится в душе…

Костёр вообще-то потрескивал достаточно громко, но в эту минуту затих, словно почуял её значительность. Огонь был маленьким, не очень ярким, но с задачей освещения круга диаметром в пяток шагов справлялся. Разделённые костром и полутора метрами расстояния, стояли ДВОЕ.

Один плюс одна…

Ирá смотрела на Сола, жадно впитывая его черты, быстро меняющиеся в отблесках пламени. Что-то в нём ИЗМЕНИЛОСЬ. Это было видно даже при слабом освещении. Не суть важно, что именно, но! И она жадно впитывала образ этого обновлённого Сола. Смотрела глазами. Слушала ушами. Обоняла ноздрями… В эту минуту она хотела воспринимать его обычными «человеческими» чувствами, поэтому заблокировала «шестое», «седьмое» и так далее.

За исключением канала, по которому гнала дезинформацию на приёмник виртуоза-наблюдателя, который всадил в мозг её напарника шикарного «жучка»; эту вредную «насекомину» задетектить было почти невозможно, но ведь и она не просто детектор. Царица «детектирования», можно сказать… По другому каналу она сканнула параметры источника, в