успел — Лабель взмахнул руками, пытаясь удержать равновесие, Вася охнула, Григорий крякнул, и вся эта конструкция из трех взрослых людей рухнула прямо на меня.

— Твою ж дивизию! — выдохнул я, придавленный чьим-то локтем к каменной стене. — Вы чего творите⁈

— Он поскользнулся! — возмущенно заявила Вася, пытаясь высвободить ногу из-под Григория.

— Я не поскользнулся, — обиженно отозвался Лабель. — Здесь камень шатается.

— А потом решили на меня наступить, — добавил Григорий.

Ли с моего плеча наблюдал за этим цирком с философским спокойствием. Кажется, он уже привык, что любые перемещения нашей компании превращаются в балаган.

— Встали! — рявкнул я, выбираясь из-под общей кучи. — Быстро!

Они кое-как поднялись, отряхиваясь и переглядываясь с виноватыми лицами. Я оглядел тоннель — стены держались на честном слове, потолок обещал рухнуть от малейшего чиха, а впереди темнел узкий проход, уходящий куда-то вглубь.

— Так, — сказал я, вытирая лицо от пыли. — Давайте сразу договоримся: здесь не прогулка. Здесь магия, древние твари и черт знает что еще. Если мы сейчас начнем падать друг на друга каждые десять метров, то до источника доползем только к Новому году.

— Ну, Леша, чего ты начинаешь? — протянула Вася. — Мы же просто…

— Просто, — перебил я. — Я знаю твое «просто». В прошлый раз твое «просто» закончилось тем, что мы чуть не утонули в подземном озере.

— Но мы же не утонули!

— Чудом!

Я вздохнул и поднял руку, сплетая первое заклинание. Рыжеватое свечение окутало стены, укрепляя камень, связывая его невидимыми нитями. Потолок перестал угрожающе скрипеть.

— Даже дышать стало легче, — кивнул Григорий, прислушиваясь к своим ощущениям. — Не давит.

— Идем, — скомандовал я. — Только осторожно.

Мы двинулись дальше. Шахта была старой, очень старой — судя по следам на стенах, здесь работали еще при первых Розенхранах. Инструменты оставляли грубые борозды, кое-где виднелись остатки деревянных креплений, давно сгнивших и осыпавшихся трухой.

— Смотрите! — воскликнула Вася через пару минут, тыча пальцем в стену. — Золото!

Я присмотрелся. Действительно, в толще камня тускло поблескивала желтая прожилка. Мелкая, тонюсенькая, но настоящая.

— Самородок, — подтвердил Лабель, восхищенно цокая языком. — Только крошечный. Таким даже шахту не отобьешь.

— А вытащить можно? — Вася уже тянула руки к стене.

— Подожди, — остановил я ее. — Сначала проверю, нет ли ловушек. А то силой до сих пор все пропитано.

Магией здесь действительно пахло. Не атарангов, не той древней, что я видел в колодце, а какой-то слабой, остаточной. Будто когда-то здесь прошла мощная волна, но схлынула, оставив только отголоски. Неужели эти стены помнят, как этот тоннель прокладывали?

Безопасно.

Я легонько ковырнул стену, и кусочек породы отвалился вместе с самородком. Вася подхватила его на лету и поднесла к глазам.

— Какой красивый! — завороженно выдохнула она. — Леша, смотри, он правда золотой!

— А ты сомневалась?

— Ну мало ли… — она спрятала самородок в карман и довольно улыбнулась. — Это мне на память.

— Там дальше, наверное, еще есть, — заметил Григорий. — Шахта-то золотая.

Я огляделся прикидывая. Идея пришла неожиданно, но понравилась сразу.

— Слушайте, — сказал я, — а ведь если мы найдем новое месторождение, жители деревни смогут снова работать. Им же нужен заработок, не колодцами же чистыми жить.

— А хорошая мысль, — оживился Лабель. — Розенхраны разорились, шахты забросили, а золото-то, может, и осталось. Просто не там искали.

— Или не так глубоко, — добавил Григорий. — С другой стороны, если Марьяна Михайловна права, то деревенских не заставишь работать уже.

Я пожал плечами и сосредоточился. Заклинание поиска минералов — штука сложная, требует концентрации и точного расчета. Но силы у меня было достаточно, а желания помочь людям — еще больше.

Рыжая магия растеклась по стенам, уходя вглубь породы, прощупывая каждый сантиметр, каждый пласт. Я чувствовал пустоты, чувствовал воду, чувствовал остатки магии первых горняков, что давным-давно ушли отсюда.

Но золота не было. Совсем.

— Пусто, — открыл я глаза. — Здесь все выбрано подчистую. Ни одной приличной жилы. Все же, тогда работали тоже не дураки.

— А мелкие самородки? — спросила Вася, доставая свой трофей.

— Остатки, — объяснил Лабель. — Когда основную жилу выбирают, в стенах иногда остаются такие крохи. На любителя.

— Жаль, — вздохнула она. — Деревенские бы обрадовались.

— Ничего, — утешил я. — Может, дальше повезет.

Мы пошли дальше. Я укреплял стены, разгребал завалы, очищал воздух от затхлости и пыли. Шли легко, несмотря на глубину — магия делала своё дело, превращая опасный спуск в приятную прогулку.

— Алексей Николаевич, — подал голос Григорий, когда мы миновали очередной поворот, — вы не задумывались, что мы очень хорошо идем?

— В каком смысле?

— Обычно на пути к источнику нас кто-то жрет — задумчиво сказал он, — пытается убить или хотя бы пугает. А тут — тишина. Только мы идем и разговариваем.

Я остановился и огляделся. Действительно, слишком спокойно. Хотя я уже слишком устал от всех нервотрепок со странными тварями и загадками, что даже просто радовался простому пути.

— Ли, — позвал я, — что чувствуешь?

Кот на плече завозился, принюхался.

— Истоучик блиуско, — ответил он. — Оучень блиуско.

— Ловушки есть?

— Неу знаую.

Странно. Очень странно.

— Ладно, — решил я. — Идем дальше. Но все настороже. И не падать!

Через полчаса мы уперлись в плоский камень. Огромная плита перегораживала проход полностью, от пола до потолка, без единой щели.

— Как я понимаю, — выдохнул Лабель, — источник за этой плитой.

Я подошел ближе, провел рукой по поверхности. Камень был теплым, почти горячим, и на нем проступали символы атарангов. Любопытно, что на этом месте тоннель заканчивался, и я нигде не видел попыток пробить его в обход.

— Что там написано? — спросила Вася, заглядывая через плечо.

— Не знаю, — честно признался я. — Я больше по основным символам, а это старая вязь. Ли, что тут написано?

Кот спрыгнул с плеча, подошел к плите, долго водил носом по символам.

— Стаурые слоува, — наконец сказал он. — Ещеу до моуего роуждения. Смысула не поунимаю, ноу знаую — эуто предупреуждение.

— О чем?

— Таум, — Ли ткнул лапой в камень, — не тоулько истоучик.

— А что еще?

— Неу знаую, — повторил кот.

Мы переглянулись.

— И что делать? — Григорий оглядывал плиту, ища хоть какую-то зацепку. — Может, отодвинуть?

— Не получится, — покачал головой Лабель. — Она весит тонн десять, не меньше. И явно заклинанием держится.

Это я и сам видел: толстые канаты магического плетения, которые не давали плите рухнуть за столько лет. Признаться, я бы сейчас не рискнул даже рассеивать их — вдруг рухнет все?

— А если символы расшифровать? — предложила Вася. — Вдруг там пароль или что-то такое?

— Времени нет, — отрезал я. — Да и словаря, подходящего рядом. А Ли слишком молод, чтобы помочь в этом.

Я ещё раз оглядел плиту. Красивая, монументальная, с правильными рядами символов. Сделано на совесть,