две недели же. А на сколько дней их хватит, притом что гости продолжают к нам ездить едва ли не каждый день? Кристал считает, что я не люблю гостей. Она ошибается. Я люблю гостей. Но кто такие гости? Это люди, которые приезжают по праздникам. Или я не права? Но как назвать гостей, которые приезжают каждый день?

Никас задумчиво и неприлично ткнулся подбородком в кулаки – поставив локти на стол. Онора с тревогой смотрела на Аню. А та задала последний вопрос:

- Скоро осень. Зима. Мы готовы встретить холодное время года? У всех ли, не считая меня, есть тёплые вещи? Так вот. Скажите мне, пожалуйста: что делать? Как жить дальше, если к нам будут ездить каждодневные гости? Пока я вижу только одно: ночами я шью кукол только для того, чтобы кормить наших гостей! Даже не нас самих, если вы вспомните, что вы сегодня ели со своих тарелок. Никас! Что скажешь?

- Я согласен, что у нас есть проблема. Сегодня же спрошу в суде мою хорошую приятельницу… - Он взглянул на Кристал, которая низко склонила голову. – Спрошу, как быть в такой ситуации.

- Спасибо тебе, Никас, - вздохнула Аня. – Идите собираться на работу и на учёбу. Кристал, не забудь переодеться к приходу твоей учительницы по магии. Посуду я помою сама.

- Можно, я помогу тебе? – предложила Онора.

- Буду очень благодарна, - кивнула Аня и первым делом подошла к Никасу, чтобы отдать деньги. И тревожно спросила: - Обычно ты ездишь в выходные. Сумеешь доехать до рынка сегодня? Иначе на завтра у нас нет хороших продуктов.

- Сумею, - заверил её старший брат и, улыбнувшись Оноре, которая собирала посуду со стола, вышел из столовой залы. За ним потянулись мальчики. За ними – Кристал, которая старалась быть незаметной, как мышка.

Глава 3

Провожая братьев на работу и в школу, Аня заметила, что вместе с ней на крыльцо вышла только Онора. А вот Кристал, обычно любившая этот утренний ритуал провожания по будним дням, куда-то пропала. Но её отсутствие Аня отметила мельком. Слишком много дел до обеда надо переделать. Пятница же… Хоть Аня и чувствовала, что говорит не на родном, не на русском языке, впечатления, что она говорит на каком-то ином языке, не было. Ведь основные понятия в её восприятии остались те же, например: год, месяц, неделя и названия дней недели… Итак пятница... В сумрачной по-летнему гостиной, в которой, кажется, почти навсегда угнездилась летняя тень и только по утрам и вечерам её пронизывает солнце, сейчас, учитывая приближающуюся жару, уютно. И так хотелось бы посидеть здесь немного, глядя в открытые оконные рамы на густую зелень сада…

От раздумий отвлекла Онора, которая вдруг жалобно сказала:

- Агни, прости меня, пожалуйста! Я за последние дни так привыкла, что ты берёшь на себя все хозяйственные заботы, что забываю тебе помочь. Давай я что-то по дому буду делать каждый день?

Неожиданная и взволнованная речь Оноры была слегка косноязычна, но Аня поняла её и улыбнулась:

- Спасибо, Онора. Как тебе мытьё посуды после завтрака? Ты ведь понимаешь, о чём я? Не побоишься?

- Понимаю, - ответно улыбнулась Онора. – Ты говоришь о Бридин и Сайл. Но наши служанки уже давно говорят со мной вежливо и почтительно, едва только узнали о моей помолвке с Никасом. – И снова не удержалась – радостно посмотрела на колечко, сияющее на пальце. – Нет, я их больше не боюсь.

- Ладно, беги! – засмеялась Аня. – И не забывай: если они там, на кухне, всё-таки начнут ворчать, дай им отпор!

- Я только сбегаю в комнату переодеться для работы! – пообещала Онора, торопясь к лестнице наверх.

«Жаль, что Таеган всегда занят до обеда, - подумала Аня, машинально наблюдая за бегущей по ступенькам девушкой. И встрепенулась. – Хм… А то, что я ночью видела и слышала странное?.. Сейчас-то вроде всё тихо и спокойно. – Она ещё раз огляделась и, забыв о чудных ночных непонятках, вздохнула: - От мытья посуды меня сегодня освободили. Надо посмотреть учебную комнату Кристал, готова ли она к занятиям. Потом сбегать в огородик – что-то я вчера не заметила, чтобы Кристал или Лисса пожелали грядки полить… А потом шитьё или куклы…»

И внезапно поймала себя на мысли, что уже с минуту машинально прислушивается к странным звукам, приглушённым и почему-то всё-таки отчётливо заунывным. Недоумевая, сначала открыла дверь в учебную комнату – точней, в комнату, в которой впервые очнулась в этом мире уже в теле Агни, а теперь переделанную под учебную для Кристал. Но здесь никого не нашла.

И вдруг сообразила. Поспешила в мастерскую, благо рядом. Чуть не вбежала – и сразу увидела Кристал. Подобрав под себя ноги, девочка сидела в кресле, обнимая двух кукол, пошитых ночью, и рыдала. Покачав головой, Аня бросилась к ней и немедленно втиснулась в то же кресло, чтобы Кристал не сбежала. Обняла девочку, прислонила к себе.

- Что случилось, Кристал? Успокойся!.. Ты плачешь, потому что я так плохо отозвалась о наших гостях?

- Не-ет! – прорыдала девочка, пряча лицо в её плечо и трясясь от плача. – А-агни-и… Ты всю ночь… Ты сказала – шьёшь кукол, чтобы корми-ить… Агни-и… Чтобы корми-ить… О-ой, Агни-и!.. А я думала-а…

Едва успевая вставлять вопросы в сплошное слезливое заикание, а потом и вовсе перестав говорить, Аня слушала откровения Кристал и сама чуть не плакала. Выяснилось: с преображением Агни после магической болезни Кристал решила, что попала в сказку и что теперь всегда (как дети говорят – во веки веков!) дома будет только праздник!

И вдруг – внезапно и жёстко Кристал узнала, что мытарства семьи не закончились! Оказалось, что старшая сестра продолжает искать деньги – и не для семьи, а для чужих. И всё происходящее в глазах Кристал перевернулось!

- Я её ненавижу! Агни-и! Она такая назойливая! Почему она к нам приходит?! И родителей своих тащит! Она говорит – у нас вкусно, а у них до сих пор только одна служанка! А у нас ведь настоящей служанки и не-ет! Только Бридин и Сайл! Ты всё сама, сама-а! И днём, и ночью-ю!.. А они приходят и едят! Пусть они не приходя-ят! Не хочу-у!

А когда Кристал начала затихать, успокаиваясь, Аня сделала глупейшую ошибку, задумчиво припомнив:

- И огород