— Новенькая могла бы рекламировать форму чирлидерш.

Я скашиваю глаза и смотрю туда, куда он кивает. Саммер поднимается по трибунам, после чего находит свободное место, садится в одиночестве и достаёт учебник. Её задница едва не вываливается из плиссированной тёмно-синей юбки. У неё округлые формы, и меня бесит, что мои товарищи по команде это замечают. Я стискиваю челюсть, запуская мяч обратно Уиллу с гораздо большей скоростью. Уилл — один из моих лучших друзей, ещё со средней школы.

— Ой. Полегче. Это разминка. Эй, а тебе в итоге привезли ту новую мачеху и сводную сестру?

Я провожу языком по передним зубам, слегка кивая.

— И как оно? Отстой, чувак. А в какую школу она ходит?

Он ухмыляется, зная, что старшая школа здесь всего одна.

Я не отвечаю, пока он бросает мяч обратно.

— Приберегаешь её для себя? Она на домашнем обучении?

Он расплывается в ехидной ухмылке.

Я бросаю мяч обратно — сильно.

— Ха! Я всё понял. Значит, она горячая? Ты зовёшь её «сестрёнкой»?

Если бы на нём не было ловушки кэтчера, я бы смог бросить мяч достаточно сильно, чтобы повредить ему руку.

— Дейтон, — я слышу милый голос позади себя. — Твой папа хочет, чтобы ты подвёз меня домой.

«Блядь».

У Уилла отвисает челюсть, после чего он начинает ржать. Я игнорирую её, швыряя ему мяч обратно. Он улыбается, ловя его перчаткой, и направляется к ней.

— Привет. Я Уилл. Я могу подвезти тебя. Я вожу машину лучше, чем Дейтон.

Жар покалывает мне затылок, когда я поворачиваюсь, чтобы посмотреть, как он подходит к Саммер, которая перегибается через перила трибуны. Она покусывает нижнюю губу, переводя взгляд с его лица на моё, пока длинные волосы развеваются на островном ветру, а сама она играет с их золотистыми кончиками.

— Хорошо, — наконец говорит она.

Я свирепо смотрю в затылок Уиллу, когда он протягивает руку вверх, чтобы пожать её руку.

— Рад познакомиться. Как тебя зовут? Или мне просто звать тебя «деткой»?

Она наклоняет голову, щёки вспыхивают румянцем, когда она пожимает ему руку.

— «Детка» — не очень оригинально.

— Лучик солнца? Красотка? Милая?

Она улыбается.

— Ты можешь продолжить работать над этим.

Она разворачивается, и её слишком короткая мини-юбка взлетает от дуновения ветра.

Уилл провожает взглядом то, как она поднимается обратно по трибунам, прежде чем повернуться ко мне.

— Блядь, чувак, кажется, я запал на твою сводную сестру.

Я никогда раньше не осознавал, насколько же, блядь, Уилл раздражающий.

Глава 8

Саммер

Настоящее время

После того как я почувствовала странное, нежеланное влечение к Дейтону, я начинаю понимать, что, возможно, у меня слишком давно не было секса. Мы с Акселем разговариваем по телефону несколько раз в неделю. Из-за его плотного графика и моей привычки отстраняться от людей, когда мне грустно, это никогда не длится дольше пятнадцати минут и полностью лишено близости — эмоциональной или какой-либо ещё.

Вернувшись домой со дня рождения, я упираю руки в бёдра и оглядываю свой шкаф. Из Калифорнии я привезла с собой один прозрачный розовый тедди3 на случай возможного визита моего парня на выходные. Поскольку, похоже, в ближайшее время этого не случится, я снимаю платье и надеваю сексуальный наряд. У меня никогда раньше не было секса по телефону. Когда мой бывший муж, Эндрю, ездил в командировки, он едва поддерживал со мной связь. Конечно, позже выяснилось, что причина была в его привычке соблазнять замужних женщин, с которыми он оказывался вдали от дома.

Я осматриваю своё отражение в зеркале в полный рост, прислонённом в углу комнаты. Моя грудь красиво заполняет прозрачную ткань, обрамлённую кружевными оборками. Я никогда не ношу бельё. В порыве смелости я фотографирую себя в зеркале. Смотрю на снимок и хмурюсь из-за неловкой позы. Тело выглядит слишком прямым — не видно изгибов, которые появляются, если встать удачнее.

Я продолжаю пытаться, поворачиваюсь и изгибаюсь, чтобы грудь выглядела как можно лучше, а попа — заметнее. Я почти взмокла, прежде чем наконец делаю несколько снимков, которые мне действительно нравятся.

Мы с Акселем переписывались всего за несколько минут до того, как я начала эту фотосессию с автопортретами. Я нажимаю на недавнюю переписку, добавляю фотографии к сообщению и быстро отправляю их, пока не потеряла смелость. Я никогда не была уверена в своём теле, особенно после того, как мне изменил первый муж. Я несколько секунд прикусываю нижнюю губу, затем выключаю экран и выдыхаю.

Будет весело. В тумбочке у меня есть вибратор. Он позвонит, скажет, что я выгляжу сексуально и что он правда по мне скучает, и, может, я тоже начну по нему скучать.

Я смотрю на экран блокировки, гадая, почему он так долго не отвечает. Он же только что прислал мне сообщение несколько минут назад.

Громкий стук в дверь заставляет меня вздрогнуть. Сердце подпрыгивает к горлу, пока я иду за своим шелковистым халатом с цветочным узором. Накидываю его, завязываю пояс и заглядываю за занавески, чтобы увидеть у двери Дейтона. Я стону, отпираю засов и резко распахиваю дверь.

— Что?

Я даже не успеваю закатить глаза, прежде чем он врывается своим огромным телом в мой дом.

Он проводит дрожащей рукой по волосам, а затем останавливает на мне пристальный, дикий взгляд.

— Что ты, блядь, творишь?

Он выглядит не просто злым. Он в абсолютной ярости. Я судорожно перебираю в голове, что могло произойти на этой неделе в доме, что он увидел и из-за чего его могло так взбесить.

— Я не знаю, о чём ты...

Я запинаюсь.

Он поднимает телефон. Мой взгляд падает на экран. Язык внезапно кажется слишком большим, а во рту пересыхает. Жар покалывает грудь и щёки, когда я вижу сексуальные фотографии, которые отправила своему парню в Калифорнию. На телефоне Дейтона.

— Ты взломал мой телефон? — выдавливаю я.

Мои пальцы крепче сжимают края халата вокруг тела. Глаза Дейтона темнеют, пока его взгляд скользит по мне. Вены на шее проступают более отчётливо. Он едва себя сдерживает.

— Ты отправила их мне, — выдавливает он сквозь зубы.

Кровь полностью отливает от моего лица. Кружится голова, когда я, заикаясь, пытаюсь объяснить.

— Я отправила их Акселю.

Он облизывает губы, затем закрывает глаза и глубоко выдыхает.

— Нет.

Его глаза открываются, вспыхивая злостью.

— Ты отправила их мне.

Он стоит так близко, что я чувствую запах его мускусного сандалового одеколона. Мне настолько стыдно, что я могла совершить такую ошибку, что хочется исчезнуть.