запах путешествий.

Он ничего не ответил. Наверное, потому что был со мной согласен.

Перед нами возвышался белоснежный лайнер Ассоциации Стражей Порядка. Именно на нём нам предстояло провести семь дней, прежде чем утром двадцать третьего марта увидеть холодный Бостон.

Я поправил рюкзак на плече.

— Ну что?

Лун поставил чемодан на трап и посмотрел на меня.

— Пора.

Я улыбнулся.

— Домой.

Ассоциация никогда не экономила на своих судах. Внутри всё больше напоминало дорогой отель, чем обычный лайнер — светлое дерево, большие панорамные окна, мягкий свет магических кристаллов и едва слышный шум волн за бортом.

Мы быстро нашли каюту. Я бросил дорожную сумку возле кровати.

— Потом разберу.

Лун аккуратно поставил чемодан у стены.

— Ты никогда не изменишься.

— Конечно. Зачем тратить время на вещи, когда за дверью целый океан?

Через несколько минут мы уже снова стояли на верхней палубе. Корабль медленно отходил от причала, берег Ганы постепенно становился всё меньше. Я подошёл к перилам, широко раскинул руки и закрыл глаза. Прохладный морской воздух заполнил лёгкие, ветер ударил в лицо, волосы растрепались сами собой.

— Вот... — тихо сказал я. — Теперь путешествие действительно началось. Лун подошёл и поставил локти на перила. Несколько минут мы молчали, просто слушая океан. Иногда молчание между друзьями говорит гораздо больше любых разговоров.

Потом Лун неожиданно улыбнулся.

— Ну что...

Я даже головы не повернул.

— Начинается.

— Значит, с Юной всё серьёзно?

Я тихо рассмеялся.

— Пока только переписываемся.

— А по твоему лицу я решил, что свадьба уже завтра.

— Очень смешно.

— Я стараюсь.

Я покачал головой.

— Мы просто знакомимся. Она удивительная. Спокойная. Воспитанная. Всегда внимательно слушает. Даже через экран телефона...

Я замолчал. Сам не заметил, как улыбнулся.

Лун сразу это увидел.

— Всё понятно.

— Что тебе понятно?

— Ты уже пропал.

Я хотел возразить. Но почему-то не смог.

Перед глазами неожиданно всплыло лицо Юны, и вместе с ним — тёплый аромат спелого персика. Каждый раз, когда я думал о ней, моя магия почему-то вспоминала именно этот запах. Странно. Но очень приятно.

— О чём задумался?

— Да так...

— Опять о ней?

Я только тихо усмехнулся.

— Может быть.

— Она знает, что ты раньше был куратором?

Я покачал головой.

— Не хочу, чтобы она сначала увидела бывшего куратора Африки. Хочу, чтобы сначала познакомилась с Аджеем. Просто с Аджеем. С парнем, который любит путешествовать, смеяться и иногда слишком много болтает. Если однажды сама спросит — тогда расскажу.

Лун понимающе кивнул.

— Думаю, это правильно.

Я посмотрел на него.

— А ты?

Он сделал вид, что не понял.

— Что я?

— Когда Лейле признаешься?

Он едва заметно вздрогнул.

— Аджей...

— Что?

— Не начинай.

Я тихо рассмеялся.

— Каждый раз одно и то же.

Лун опустил взгляд на океан.

— Мне неловко. Иногда кажется, будто я не имею права приходить к вам домой так же легко, как раньше — из-за того, что остался куратором.

Я удивлённо посмотрел на него.

— Лун. Ты приезжаешь к моей семье уже много лет. Для мамы ты почти второй сын. Для отца — человек, которому он доверяет. Для меня — лучший друг.

Я хлопнул его по плечу.

— И никакая должность этого не изменит.

Он долго молчал. Потом впервые за весь день улыбнулся по-настоящему — и где-то глубоко в памяти снова всплыл нежный аромат орхидей. Тот самый, который всегда появлялся рядом с Лейлой Менса.

Корабль уверенно разрезал волны, оставляя за собой длинный белый след. Берег Африки давно растворился в дымке, уступив место бескрайнему океану.

Мы ещё долго стояли у перил, каждый думая о своём. В такие минуты даже молчание становится уютным. Первым нарушил тишину я.

— Знаешь...

— М-м?

— Иногда мне кажется, что я впервые по-настоящему влюбился.

Лун тихо усмехнулся.

— Я это понял ещё час назад.

— Да перестань.

— Не перестану.

Он посмотрел на меня с привычной спокойной улыбкой.

— По тебе видно.

— Настолько?

— Настолько.

Я опустил голову и рассмеялся.

— Даже обидно. Думал, хорошо скрываю.

— Ты никогда ничего не умел скрывать.

— Неправда.

— Правда.

— Ладно... — Я поднял руки. — Сдаюсь. Мы снова рассмеялись. Мимо нас прошёл матрос, вежливо кивнув. Где-то вдалеке дети бегали по палубе, восторженно наблюдая за дельфинами, которые сопровождали корабль. Жизнь вокруг текла спокойно, без спешки и тревоги — именно такой я её и любил.

Лун улыбнулся такой улыбкой, которую я видел редко.

— Вот скажи честно... — начал я.

Он насторожился.

— Что?

— Если бы Лейла сама призналась тебе — ты бы согласился?

Несколько секунд он молчал. Потом очень спокойно ответил:

— Да.

Без единого сомнения. Просто — да.

Я довольно улыбнулся.

— Значит, проблема только в тебе.

Он тяжело вздохнул.

— Наверное.

— Тогда решай её.

— Легко сказать.

— А кто говорил, что любовь бывает лёгкой?

Он тихо покачал головой.

— Ты сегодня слишком мудрый.

— Это море. — Я похлопал ладонью по металлическим перилам. — Оно всех делает немного честнее. В этот момент корабль едва заметно качнулся — совсем слегка, почти незаметно, если бы мы не стояли у самого борта.

Я нахмурился. Лун тоже почувствовал.

Мы одновременно посмотрели на воду. Океан был абсолютно спокойным. Но под самой поверхностью будто мелькнула длинная зелёная тень.

Я прищурился.

— Видел?

— Да.

Через несколько секунд из воды показалась женская фигура. Она не выпрыгнула и не всплыла резко — появилась так плавно, словно океан сам осторожно поднял её на поверхность. Длинные зелёные волосы почти сливались с водой. На руках и шее серебристо-зелёной дымкой переливалась чешуя. Большие изумрудные глаза с вертикальными зрачками спокойно смотрели на корабль.

Она подняла голову, увидела нас и едва заметно кивнула.

— Лирис... — тихо произнёс Лун.

Я тоже узнал её сразу. Куратор Океана сопровождала наш корабль.

Лирис плыла рядом — спокойно, будто сопровождала нас уже много часов. Волны сами расступались перед ней. Длинные зелёные волосы свободно качались в воде, а изумрудная чешуя мерцала в лучах вечернего солнца.

Она подняла голову.

— Добрый день.

Голос оказался неожиданно мягким.

Я улыбнулся.

— Добрый день, Лирис.

Лун слегка склонил голову.

— Рад видеть вас.

Она ответила небольшой улыбкой — совсем маленькой, но искренней.

— Как проходит путешествие?

— Пока спокойно, — ответил я.

— Надеюсь, так будет до самого Бостона.

Она посмотрела на горизонт, и в её голосе прозвучало что-то странное — будто она сказала гораздо больше, чем вместили эти несколько слов.

Мы с Луном переглянулись.

— Что-то случилось? — осторожно спросил он.

Лирис несколько секунд молчала, потом медленно покачала головой.

— Пока нет.

Слово «пока» прозвучало особенно отчётливо.

— Вода сегодня беспокойна, — добавила она, снова переводя взгляд на океан.

Я удивлённо посмотрел вокруг — лёгкий ветер, чистое небо, спокойные волны.