зацепить вас? — раздраженно рявкнул Джафар. — Сначала Малика по нему сохла, а теперь вот ты. Не понимаю, что вы в нем находите?

— Ты не поймешь, брат, — тихо ответила я, стараясь скрыть свои чувства.

— Не пойму? — взбесился он. — Да что там понимать?

— Он добрый. У него золотое сердце. Ты бы стал готовить своему сыну суп, пока твоя жена болела? — с горечью спросила я.

— Зачем? — фыркнул он брезгливо. — Ведь у нас есть слуги! Для чего мы им платим деньги?

— А он готовил. Он все делал для своей жены. И именно он первым закрыл ей глаза, когда она ушла ко Всевышнему. Я хорошо понимаю, за что Малика полюбила его, — сказала я, вспоминая рассказы Эдгара о своей жене.

Джафар злобно выругался.

— Это все сантименты. В твоем понятии мужик должен быть тряпкой? Бегать перед бабой на задних лапках? Готовить? Стирать? — возмутился он, не понимая моих чувств.

Я отвернулась и не стала больше говорить об Эдгаре. Брат не поймет. Он не понимал Малику, не поймет и меня. Она ведь бросила, по сути, богатого мужа. Я не знала, насколько богат был Эдгар, но, судя по машине, достаточно. Вот только брат мой был еще богаче, и по логике Джафара она должна была выбрать его. Но не выбрала. И тот до сих пор не мог успокоиться ненавидя всех и вся.

Спустя минут десять езды я почувствовала, что мне нужно в туалет. Я попросила брата остановить машину и вышла.

Обернувшись я увидела, как брат взял в руки телефон и кому-то звонил. В этот момент я почувствовала неясную тревогу в душе.

Бросилась к машине назад, подбирая края длинного платья.

— Вы где? На развилке? Спрячьтесь. А потом вернитесь назад и сожгите там все дотла! — услышала я обрывок его фразы.

Мое сердце бешено заколотилось. Я поняла, что имелось ввиду. Он собирался поджечь дом Эдгара и Дени! Уничтожить все следы и наконец отомстить врагу.

Зря я поверила брату! Задрожав всем телом, я сжала кулаки и решительно открыла дверь машины. Я должна была что-то предпринять чтобы спасти их.

Глава 14

Открыв дверцу машины, я вскочила на заднее сиденье и, обезумев от ярости и отчаяния, решительно вцепилась руками в волосы брата. Мои пальцы сжимались крепко, словно когти хищной птицы.

Тот громко выругался, пытаясь урезонить меня. Его голос был полон раздражения и злости.

— Ты обещал! — кричала я, захлебываясь слезами и пытаясь расцарапать брату глаза. Я ненавидела его за ложь, за предательство, за ту боль, которую он мне причинил.

— Альхамдулилях. Сестра! — Джафар отбивался от меня, словно от бешеной собаки. — В тебя будто Шайтан вселился! Успокойся!

— Хватит всю вину валить на шайтана. Ты во всем виноват! Ты обещал не трогать Эдгара, — выпалила я с горечью.

— Я свое обещание выполнил. Как видишь, я не убил его, — спокойно ответил Джафар.

— Тогда зачем ты приказал все сжечь дотла? — с ненавистью спросила я.

Сам он не убивал, зато послал своих людей совершить это грязное дело. Джафар был хитрым и коварным, как змея. И почему я сразу не подумала о том, что он решит обвести меня вокруг пальца?

— Откуда…, — Джафар осекся, поняв, что сказал лишнее.

— Думал, я не узнаю? Думал, я не услышу, как ты приказывал своим людям по телефону? Звони и говори, что все отменяется! Иначе я тебе больше не сестра! — кричала я, не контролируя свой гнев.

— Ты с ума сошла, женщина! Это твоя благодарность? Столько лет я растил тебя, заботился о тебе. Ты должна быть рада, что я вырастил вас с сестрой, и вы не остались сиротами, — возмутился Джафар.

— Иногда не знаю, как было бы лучше… Ну же! Звони! — настаивала я, не обращая внимания на его слова.

— Нет! — упрямо ответил Джафар.

— Нет? — из моих глаз вырвались слезы. Я чувствовала себя преданной и обманутой.

— Тогда ты мне больше не брат! — сказав это, я выскочила из машины и побежала по дороге назад, в сторону того дома, где меня ждал Эдгар и маленький Дени.

Джафар поехал за мной, но я свернула на бездорожье и, спотыкаясь о камни и корни деревьев, спряталась за густыми зарослями, чтобы он меня не нашел.

Местность была дикой и живописной. Мы находились в предгорье, где дорога петляла между зелеными холмами и скалистыми утесами. Вокруг росли вековые деревья, воздух был наполнен ароматом трав и цветов. Но я не замечала этой красоты, все мои мысли были заняты Эдгаром и Дени.

Джафар долго рыскал по окрестностям, искал меня, звал по имени. Его голос то приближался, то удалялся, но я оставалась непреклонна. Я не могла простить брату такой жестокий обман.

В душе теплилась надежда, что я успею спасти малыша Дени и Эдгара. Я полюбила их всем сердцем. И только с ними буду счастлива. Они должны остаться в живых.

* * *

Эдгар очнулся, чувствуя стойкий, едкий запах дыма, проникающий в легкие и вызывающий удушающий кашель. За руку его отчаянно тряс проснувшийся Дени, испуганно тараща на него свои большие глаза. Эдгар мгновенно вскочил с места, чувствуя, как адреналин вскипает в крови, заставляя тело действовать. Кинулся к двери, но та оказалась заперта снаружи. Сердце бешено заколотилось в груди.

Джафар решил избавиться от него самым бесчеловечным способом — поджег дом, оставив их с малышом заживо гореть.

Скоро в доме будет нечем дышать, и они задохнутся в этом огненном аду. Отчаянно пытаясь найти выход, он вспомнил, что в коридоре есть вход в подвал с выходом на улицу с задней части дома. Только бы у него были ключи от этого подвала. Эдгар обвел взглядом дом и увидел висящий на стене фонарик. В голове промелькнула мысль, что это может быть их единственный шанс на спасение.

Схватив фонарик, Эдгар кинулся в коридор, продираясь сквозь густой дым. Дверь в комнату вовсю уже горела, выбрасывая языки пламени и клубы черного дыма. Жаром опалило лицо и руки, но он не обращал на это внимания, двигаясь вперед, словно одержимый.

Ключи висели на гвоздике у входа в подвал. Он схватил их дрожащими руками, чувствуя, как пальцы немеют от страха. Заткнув нос и рот тряпкой, чтобы хоть немного защититься от дыма, он отпер замок подвала и распахнул дверцу, ведущую в темноту.

Схватив плачущего Дени на руки, он спустился вниз, освещая себе путь тусклым светом фонарика. Они пробирались сквозь запасы солений и консервов, обходя стеллажи и полки, стараясь осторожно ступать, чтобы ничего не разбить