утром мне придется пройти эту горную трассу, нарастало с каждым часом. Я едва ощущала вкус еды, мысли о завтрашнем дне не давали мне покоя.

Чтобы хоть как-то унять нервозность, я вспомнила о методичке, которую изучала на днях. И остаток вечера провела вместе с Анитой в библиотеке боевого факультета, готовясь к завтрашним лекциям. Не хотелось ударить в грязь лицом ещё и там.

Я выбрала учебники, следуя рекомендациям в методичке, и села в уголке читать.

— Я отойду, — сказала куратор. — Надо проверить, что тебе доставили теплую одежду и спортивную форму. А ты сиди тут и никуда не уходи.

В ответ я лишь коротко кивнула, стараясь не отвлекаться.

— Аннабель, я серьезно. Сбежать тут не выйдет.

Я удивленно подняла на нее глаза.

— Не говори, что не думала об этом. Тебя привезли сюда с разбитой губой и в кандалах, — дернула бровью Анита.

Погладив на указательном пальце кольцо, которое не снять, я лишь ответила:

— Боюсь, что мне не простят глупостей вроде попытки побега.

— Это верно. Разочаровать его довольно легко, а вот завоевать доверие практически невозможно, — бросила напоследок куратор и двинулась к выходу из библиотеки.

Невозможно завоевать доверие… Что же означали тогда те слова про шпиона на факультете? Меня не отпускало ощущение, что я пешка в какой-то серьезной игре. И да, от этого очень хотелось сбежать. Домой, к родителям. А потом куда-нибудь дальше… вглубь королевства, чтобы нас больше никто не трогал.

“Теория разрушительной магии и основы стихийных потоков” были жутко скучными. Я старалась удержать внимание, но мысли возвращались к завтрашним урокам на той проклятой горе. Однако я упорно продолжала читать. Задержавшись на стихии огня. Безопасное использование этой стихии было прежде всего основано на тонкой грани понимания того, где твоя магия питается огнем, а где пламя уже вырвалось в реальный мир и стало опасным. Описание приемов было довольно простым, но слишком поверхностным.

На меня поглядывали другие студенты, но никто не смел подойти или подсесть ближе. Вскоре библиотека начала стремительно пустеть, а за огромными окнами стало совсем темно. За мной вернулась и Анита, сообщив, что всё хорошо и что мне выдали учебники, форму и новую одежду, которые уже доставили в мою комнату.

Уже на выходе из библиотеки, в дверях я вдруг столкнулась со своим недавним знакомым.

— Ты опять, — выдохнул он испуганно и тут же отошел в сторону, взглянув на Аниту. — Я тут по делу, я к ней не лез.

Тот самый студент-творец, имени которого я всё ещё не знала.

— Мало тебе одного выговора, Грейвс? — прорычала куратор.

— Я шел за книгой о формировании магических сущностей, — вздернул тот голову. — На нашем факультете всё разобрали, а мне досталась рваная. Тут должно было остаться ещё две. Иначе я просто так не пришел бы на факультет разрушителей, куратор.

— Лгать бы тебе ещё поучиться, — отозвалась Анита.

Было видно, что ему есть, что ответить, но вместо этого парень повернулся ко мне и протянул руку.

— Я Леопольд Грейвс, факультет создателей фамильяров и боевых машин. Я, если что, на направлении фамильяров. Создавать живое куда лучше, чем бездушные магические механизмы.

Я пожала ему руку, под молчаливое одобрение куратора.

— Аннабель Флёри, факультет боевой магии... — я осеклась, когда мой новый знакомый вдруг начал смеяться.

— Кондитерской боевой магии, я ещё помню розовую глазурь, в которой ты была измазана в дирижабле — хохотал он, утерев слезу. А потом вдруг сощурился: — Тот здоровенный ураган в первый день у восточного крыла академии - это ведь была ты?

— Нам пора, — оборвала Анита и подтолкнула меня к выходу.

— Ты просто отвратителен, Грейвс, — бросила я через плечо.

— Ты недостойна учиться в Растаре, — прорычал он мне вслед.

— Выговор, Грейвс! С отработкой после лекций! — строго отрезала куратор и я увидела, как зло этот парень на меня взглянул, а потом отвернувшись ушел вглубь библиотеки.

Пока мы шли обратно к моей комнате Анита постаралась меня подбодрить.

— Дело не в тебе. Вступительные испытания в Академию очень сложные, порой слишком. А иногда ты узнаешь о себе то, чего знать не хотел бы.

— Нет, дело во мне, я попала сюда без испытаний, — тихо заметила я.

— И это не значит, что тебе легче, чем им, — заметила Анита. — А срывать злость и завидовать девушкам, вообще последнее дело. Я ему придумаю что-нибудь задорное на отработку, не переживай.

Мы обе рассмеялись и у меня немного отлегло от сердца.

И тем сложнее был следующий день. Наутро, вместо одиночных занятий, я оказалась в окружении сверстников под их недобрые, оценивающие взгляды. Легкий ветер обдувал всех стоящий на площадке, многие ежились, потому что было довольно прохладно.

Ко мне никто не подходил и я стояла чуть в стороне. Анита оставила меня на попечение местных преподавателей. Но из толпы студентов вдруг выступила девушка, та самая, что упала вчера у меня на глазах в страховочную сетку и тут же вновь пошла на гору.

— Меня зовут Элайза Фэйвуд, я с факультета целителей, у нас тут сегодня практика, — она улыбнулась мне широкой белозубой улыбкой. У девушки были короткие рыжие волосы и добрый зеленые глаза. — Я видела тебя здесь вчера, ты та самая девчонка на обучении у ректора, верно? Ой, прости, тебя о таком, наверное, не положено спрашивать… Не бойся, если поранишься, то попрактикуюсь на тебе, царапины я хорошо заживляю, — она опять заулыбалась. — Кстати, перчатки обязательно надень.

— Я Аннабель, приятно познакомиться, — скромно ответила я, ожидая, что меня опять тут будут оскорблять.

— Удачи, Аннабель, это не так сложно, как кажется на первый взгляд. Тут есть свои хитрости, — подмигнула Элайза и отошла в сторону, где толпились студенты с её факультета. Я только теперь заметила у нее белую повязку, с нашивкой лисицы - знаком её факультета.

Я поскорее, послушав её совета, надела перчатки с обрезанными пальцами, что шли со спортивной формой.

— Итак! — грозно окликнул всех мрачный учитель физподготовки. — С похожей полосой препятствий все уже знакомы! Разве что эта выше и длиннее. Сегодня начнем с первого уровня! Стройся!

Студенты выстроились в шеренгу и я поспешила тоже встать с краю. И как назло, этот сухопарый преподаватель подошел именно ко мне. Он смотрел на всех, но