знаю, что делаю, – спокойно изрек Эдвин, направляясь к ржавому забору, окружающему ангар. – И мне известно, кому принадлежит вышка.

Ворота ограды вдруг распахнулись, и навстречу Эдвину вышел невысокий мужчина с длинными тонкими усами, свисающими ниже узкого подбородка. Он был одет в короткую кожаную куртку, темно-коричневые брюки и грубые ботинки на толстой ребристой подошве. На голове у незнакомца был шлем летчика с очками, почти такой же, какой любил носить Пигмалион.

Позади него во дворе ангара работали два крупных кота – белый с рыжими пятнами и серый в черную полоску. Вся внутренняя территория была завалена ржавыми железками, крупными пружинами и мотками проволоки. Белый кот, вооружившись увесистым гаечным ключом, разбирал некий механизм, а серый тащил куда-то небольшую канистру с керосином.

Увидев Эдвина и Пиму, коты испуганно замерли.

Глава одиннадцатая, в которой Финдус Аполло лезет в драку

– Финдус Аполло! – громко воскликнул Эдвин, радушно раскидывая руки. – Лучший пилот из всех, кого я знаю! Сколько лет, сколько зим! Как же я рад нашей встрече!

Он явно не собирался уходить, поэтому Пигмалиону пришлось заглушить двигатель и тоже спуститься с паровой машины.

– Черт! – испуганно выдохнул Финдус и попытался захлопнуть ворота перед носом у Эдвина, но тот успел всунуть ногу между створками и не дал ему это сделать. – Проваливай отсюда, Эдвин! Не желаю тебя больше видеть! Никогда!

– Ну вот, – демонстративно обиделся леший. – Разве так встречают старых добрых друзей?

Финдус попробовал вытолкнуть Эдвина, но тот уже протискивался между ржавыми створками ворот.

– Добрых друзей? – не на шутку рассвирепел Финдус. – Да чтоб тебе сквозь землю провалиться! Чтоб тебя раздавило моей кривой вышкой! Кажется, я предупреждал тебя, чтобы ты никогда больше не попадался мне на глаза.

– Не слишком-то он рад тебя видеть, – заметил Пима, приближаясь.

– Он слегка застенчив, – пропыхтел Эдвин, зажатый между створками. – Так-то мы с ним старые дружбаны.

– Что? – возмутился пилот Финдус, побелев от злости. – Брат Апулей! Тащи сюда ружье, и поскорее! Сейчас я покажу этому гаду, какие мы застенчивые! Как мы встречаем старых дружбанов!

Бело-рыжий кот отшвырнул гаечный ключ и с готовностью ринулся к двери ангара.

– Ружье? – перепугался Пима. Дело принимало серьезный оборот. – Эдвин, может, нам и правда лучше уйти?

– Точно! Уйти как можно дальше отсюда! Эй, брат Никодимус, – позвал Финдус. – Помоги мне вышвырнуть этих проходимцев вон!

Серый в полоску кот тут же отставил канистру и бросился к воротам.

– А ну, пошли прочь! – угрожающе зашипел он, выставив когти. – Мы все тут очень злые и негостеприимные. Это вам не шутки!

– Это мы уже поняли, но нам нужно только поговорить, – ничуть не испугавшись, возразил Эдвин.

Тогда Финдус схватил с земли длинный кусок ржавой трубы и замахнулся на Эдвина, но тот проворно отскочил, и конец трубы пролетел мимо. Кот Никодимус зашипел и прыгнул на Пиму. Пигмалион едва успел отпрянуть, и кот шмякнулся на землю.

– Вы что, с ума сошли? – на всякий случай уточнил Пигмалион.

– Это вы спятили, раз явились сюда, – выдохнул Финдус, размахивая трубой. – Ну, сейчас полетят клочки по закоулочкам!

Он едва не огрел Эдвина по уху, но тот ловко пригнулся, а затем попытался выхватить трубу из рук пилота.

– Да что на тебя нашло?! – негодующе воскликнул Эдвин. – Откуда столько агрессии?

– И ты еще спрашиваешь? Каждый раз, когда ты являешься ко мне поговорить, происходит что-нибудь ужасное! – Финдус снова попытался треснуть Эдвина трубой. – От одного твоего вида все мои инстинкты самосохранения кричат: «Беги!»

– Да всего-то пару раз случилась неприятность, – пожал плечами Эдвин.

– И больше не повторится, – отрезал пилот.

Кот Никодимус снова полез с когтями на Пиму.

– Я думал, все коты добрые и умные! – крикнул толстячок, отмахиваясь от Никодимуса.

– Только не по отношению к врагам хозяина! – последовал ответ.

– Да я твоего хозяина впервые в жизни вижу! И вообще, я думал, что в наших краях только один говорящий кот. Акаций!

– Брат Акаций? – ахнул Никодимус и втянул когти.

Тем временем из ангара выбежал Апулей с коротким ружьем. Прицелившись в Эдвина, он спустил курок. Ружье с грохотом бабахнуло, отдачей кота отшвырнуло назад, и он врезался в жестяную стену ангара.

Заряд дроби просвистел над головой у Пимы, и тут он не выдержал.

– А ну, хватит! – рявкнул Пигмалион и пальнул в брата Апулея молнией из своих перчаток.

– Уа-а-а! – истошно завопил кот, а затем, пару раз перекувырнувшись через голову, свалился на землю.

Драка тут же прекратилась.

Пилот Финдус с уважением посмотрел на перчатки Пимы.

– А вы это… – пробормотал он, тщательно подбирая слова. – …Сразу мне понравились. Разве я вам не сказал?

– Давно бы так! – грозно кивнул Пима, поправив на голове съехавший шлем с очками.

– Откуда вы знаете брата Акация? – прищурился кот Никодимус.

– Мы пережили вместе немало опасных приключений, сначала в Белой Гриве, а затем и в других городах, – важно сообщил Пигмалион. – Но его похитили, и мы хотим отыскать Акация и моих друзей. А ты что, с ним тоже знаком?

– Конечно! – выпятил пушистую грудь Никодимус. – Я ведь когда-то состоял в братстве говорящих котов Белой Гривы! Потом судьба занесла меня в эти края.

– Земляк! – просиял Пима. – Я ведь тоже из Белой Гривы!

И брат Никодимус степенно пожал протянутую ему руку.

– Так что, это не враги? – спросил Апулей, поднимаясь с земли. От его шерсти валил сизый дымок. – А чего же я тогда на них патрон тратил? Патроны денег стоят, между прочим, и немалых.

– Это мы еще посмотрим, враги или нет! – угрожающе процедил Финдус.

– Но патроны надо беречь! – не унимался кот.

– Какая тебе разница? Все равно за них плачу я, – отрезал пилот.

– И что ты так на меня взбеленился? – не понимал Эдвин.

– В первый раз, когда ты обратился ко мне за помощью, нам пришлось удирать от пилотов имперского флота!

– А, ну да, – вспомнил Эдвин. – Я тогда случайно обчистил один из столичных банков Всевелдора Первого…

– Случайно? – вытаращил глаза Пима. – Как можно случайно ограбить банк?

Леший лишь развел руками в ответ.

– А в другой раз за нами гнались имперские Эсселиты на своих проклятых летающих посохах! – воскликнул Финдус. – Потому что твой остроухий напарник стащил у них какой-то артефакт и они хотели его вернуть! Насилу от них отбились, а мой корабль едва не сгорел прямо в воздухе! Куда ты дел потом эту безделушку?

– Да я уже и не вспомню, – пожал плечами Эдвин. – Продал кому-то.

– Продал? Меня чуть молнией не убило, а ты мне даже не заплатил! Мог бы и поделиться выручкой!

– Да, непростые