тебе больно. Правда. Мне нужна только информация. Ты расскажешь мне все, что знаешь об этом парне, и мы с тобой расстанемся друзьями. Ты поедешь домой, выпьешь виски и забудешь этот разговор. Но если ты будешь упрямиться…

Томазо кивнул в сторону, и двое в плащах шагнули ближе.

— У нас есть лопаты. Пустыня большая. Тебя здесь никто и никогда не найдет…

Купер сломался. Слезы потекли по щекам.

— Да! Да, я знаю его! Он приходил ко мне, просил устроить бой! Сказал, что хочет заработать. Я поставил его на турнир, он выиграл, я отдал ему деньги. Все! Больше я ничего не знаю!

— Как его зовут?

— Мэйсон. Он называл себя Мэйсоном Гриффином.

— Откуда он?

— С восточного побережья, кажется. Говорил, что из Нью-Йорка, но я не уверен. Акцент у него был… странный. Не похоже.

— Он говорил что-нибудь о себе? Где живет? С кем общается?

Купер замотал головой.

— Нет! Он ничего о себе не рассказывал! Очень закрытый тип. Приходил в зал, тренировался и уходил.

Томазо вздохнул, выпрямился и отошел на пару шагов. Достал сигарету, прикурил, глядя в темноту. Потом обернулся:

— Ты что-то не договариваешь мне, Джонни. Я это нутром чувствую. Давай колись иначе… Сам понимаешь… Что ему от тебя нужно было?

Купер весь побелел.

— Деньги! Только деньги! Его выигрыш!

— Врешь. — Томазо подал знак своим людям.

Один из охранников подошел к Куперу, схватил его за волосы и заставил запрокинуть голову. Второй достал нож, провел лезвием по щеке. Легко, не разрезая, но оставляя холодный след.

— Клянусь! Клянусь матерью, ему нужны были только деньги! — Во всю глотку заорал Купер. — Поэтому он и стал драться на турнире.

— А документы? — Томазо подошел ближе и наклонился испытывающе смотря в лицо пленника. — Ты ведь делаешь документы, Джонни. Все это знают. Ты можешь достать хорошие фальшивки. Может, ты и ему их сделал?

Купер дернулся, и в этот момент лезвие чуть надавило, оставляя на щеке тонкий кровавый порез.

— Да! — выкрикнул он. — Да, я делал ему документы! Он просил! Он сказал, что ему нужно исчезнуть!

— Какие документы? На какое имя?

— На имя… Господи, я не помню точно… Джон Картер, кажется. Или что-то такое… Не помню уже… Он принес фото, я передал мастеру. Потом на турнире я отдал ему готовые бумаги и деньги. Все! Это все, что знаю!

— А деньги? Он заплатил тебе за документы?

— Да, наличными. Две с половиной тысячи, потом еще две с половиной. Всего пять.

— Откуда у него столько денег?

— Не знаю! Не говорил. Но он был не бедный. Хорошая одежда, уверенный. И… — Купер запнулся.

— Что? — Глаза Томазо сузились.

— У него были шрамы. На груди, на плече. Пулевые, я такие видел. Он бывший военный, или полицейский, или что-то такое. Дрался как профессионал, а не как уличный боец.

Томазо кивнул. Это уже что-то.

— Кто еще с ним общался на турнире? Кого он знал?

Купер лихорадочно соображал, пытаясь выудить из памяти хоть что-то, что спасло бы ему жизнь. Надо поступить точно так же, как тогда в микроавтобусе, где его допрашивали те другие.

— Там… там были латиносы. Он с ними разговаривал после первого боя. Я запомнил, потому что они выглядели… ну, в общем серьезно. Бандиты, похоже. Один из них был главный, его звали… Габриэль, кажется. Я слышал, как его так называли. Они из Уилмингтона.

— Габриэль? — Томазо переглянулся с охранниками. — Давай, говори дальше, раз уж начал…

— У них там банда, я слышал. Контролируют порт, или что-то такое.

— Ты знаешь, где их найти?

— Нет! Богом клянусь, не знаю! Я только слышал разговоры. Они не мои клиенты, я с ними не работаю.

Томазо выпрямился, и небрежным щелчком пальцев выбросил сигарету в темноту. Несколько секунд стоял, глядя на мигающие звезды, потом повернулся к Куперу.

— Ладно, Джонни. Ты был полезен. — Он кивнул громилам стоявшим неподалеку. — Отвезите его обратно. Живого и желательно невредимого.

Купер облегченно обмяк, чуть не упав лицом в песок. Охранники подхватили его под мышки, потащили к машине.

— Но, — голос Томазо заставил его вздрогнуть, — Если ты кому-нибудь расскажешь об этом разговоре, если я узнаю, что ты с кем-то поделился… то мы вернемся. И тогда тебе самому придется копать для себя яму… Понимаешь?

— Да, да, сэр. Клянусь, я буду молчать. Никому ни слова.

— Умный мальчик. — кивнул Томазо Джонни и обратился к мужчине, стоявшему чуть позади. — Поехали, Алонзо.

Все присутствующие разошлись по машинам. Уже через пару минут обе машины, поднимая тучи пыли, унеслись в ночь, оставив после себя только тишину пустыни.

В салоне второй машины Томазо достал блокнот, записал несколько слов: «Мэйсон Гриффин, Джон Каттер, пулевые шрамы на груди, бывший военный, Габриэль, Уилмингтон, банда». Потом убрал блокнот и обратился к водителю.

— Найди мне этого Габриэля, Алонзо. И разузнай все, что можно, про его банду из Уилмингтона. Обратись к семье Питера Милано, если понадобится. Он должен Дино за одну историю…

— Сделаю, Томазо. — послушно кивнул тот.

* * *

Лос-Анджелес, район Сан-Педро. Ресторан «Il Giardino Segreto». Восемь часов вечера.

Ресторан прятался в глубине тихого переулка, вдали от известных туристических троп. Ни вывески, ни яркой рекламы, только скромная табличка у двери да приятный аромат свежей пасты и базилика, доносящийся из приоткрытого окна. Внутри было уютно: белые скатерти, свечи в тяжелых бронзовых подсвечниках, подернутых зеленой патиной, на стенах — картины с видами Тосканы. За столиками сидели немногочисленные посетители. Все как на подбор в дорогих костюмах, с хорошими манерами.

Томазо Мессина сидел в дальней кабинке, откуда открывался отличный обзор на вход и на весь зал. Перед ним стоял бокал с «Бароло». Он едва пригубил вина, больше для вида. Ровно в назначенное время в дверях появился человек, которого он ждал.

Сальваторе Рицци, капореджиме семьи Милано из Лос-Анджелеса, был мужчиной лет пятидесяти, с густой проседью в тёмных волосах и открытым, дружелюбным лицом. Он был одет в безупречный темно-синий костюм, в петлице свежий цветок гардении. Рицци улыбнулся, заметив Томазо, и уверенно направился к его столику.

— Томазо! — Рицци протянул руку, сидящему. — Рад видеть тебя в нашем городе. Как добрался?

— Спасибо, Сальваторе, все отлично. — Томазо немного привстав, в знак уважения, пожал его руку и указал на место напротив. — Присаживайся. Выпьешь?

— С удовольствием. — Рицци щелкнул пальцами, подзывая официанта. — Мне как обычно, Джузеппе. И передай шефу, что у меня сегодня особый гость.

Официант почтительно кивнул и исчез. Через минуту на столе появились тарелки с закусками — прошутто, маслины, свежий хлеб с оливковым маслом, а перед Рицци