проверкой. Весна хотела услышать хоть что-то в ответ, но в машине повисла тишина. Весна так и не дождалась заветных слов. Сомнения боролись с ее уверенностью в том, что она все правильно сделала, что все ее усилия и стремления оправдаются, что она будет счастлива.

— Вот мое жилище! Проходи! — сказал Йован, ставя ее чемодан в прихожей. Квартира состояла из двух комнат, одна из которых была оборудована под студию. Везде стояли холсты, краски, тумбочки с кистями. На стенах висели картины. Весна никак не могла определить стиль, в котором пишет ее мужчина, но так как познания ее не отличались совершенством, то пришла к мнению, что это абстракционизм. У него спрашивать Весна не стала, не желая показывать свое невежество.

— А где домработница? — спросила она.

— Какая домработница? — удивился Йован.

— Которая мне ответила по телефону. Это разве была не она?

— У меня нет прислуги, это мои родители шикуют. Мне приходится все делать самому.

— Ты не ответил на мой вопрос.

— Это натурщица. Я же сказал тебе, что мы работали всю ночь. Ты обещала не удивляться моему образу жизни. Помнишь? Это моя работа.

— Да, конечно. Я понимаю, — упавшим голосом сказала Весна.

Она прошла на кухню, там был ужасный бардак. В спальне она увидела картину не лучше: кровать была разобрана, простыни валялись на полу, подушки в разных углах кровати, на тумбочках лежали недоеденные фрукты, стояли грязные фужеры. Весна с ужасом подумала о том, что тут могло происходить ночью.

— Извини, не успел убрать в квартире. Поможешь? Хотя, мне пора бежать по делам. Я зайду на обратной дороге в магазин и куплю что-нибудь поесть. Дома нет ничего. Осваивайся.

Он ушел, а Весна расплакалась так горько, что казалось, ничто сейчас не сможет ее успокоить. Наревевшись вволю, она открыла чемодан, вытащила домашнюю одежду и принялась за уборку. Решение, которое пришло ей в голову после ухода Йована, взять такси и уехать в аэропорт, вернуться в Москву, она выбросила из головы через минуту. Она просто не знала, как это можно сделать. Выезд из страны тоже предполагал, наверняка, оформление документов. Она испугалась. Ей не к кому было обратиться. Потом она много раз будет анализировать, почему не села в это самое такси и не поехала в посольство или в туристическое агентство, не вернулась потом в аэропорт. Спустя годы поймет, что она и не собиралась этого делать. Она была влюблена и хотела, чтобы все наладилось.

* * *

Три следующих месяца прошли, словно в тумане. Настроение Йована менялось как погода. То он был неимоверно мил и добр, то зол и резок. Первая ночь, о которой так мечтала Весна, стала неприятным воспоминанием. Йован пришел поздно, принес кусок колбасы и батон хлеба. Они выпили чай и отправились спать. Не так себе представляла Весна ночь с любимым человеком. Он был резок, даже груб. Ни о какой нежности речи не шло. Весна долго плакала в ту ночь, понимая, что сломала себе жизнь. Снова мысли потоками отправляли ее на родину, в СССР, в ее любимую Москву. Ее советское гражданство позволяло ей это сделать, но она боялась. Теперь уже всего и всех.

По магазинам ходила она сама, на просьбы приносить продукты Йован говорил, что для этого у него в доме есть хозяйка. Они никогда не гуляли, не ходили в кино, в парк, в гости. Весна гуляла по городу одна, примыкая к группам из СССР, и с удовольствием слушала в тысячный раз рассказы о памятниках в городе. Площадь Республики было ее любимым местом для отдыха. Здесь чувствовался особый дух и динамика города. В этом месте сходились более 20 троллейбусных и автобусных линий, поэтому многие белградцы предпочитали назначать встречи именно здесь. Здесь она гуляла с Йованом перед своим отъездом. И на этой площади он впервые ее поцеловал.

Однажды она разговорилась с гидом, веселой девушкой, присевшей отдохнуть на лавочку, пока ее туристы разглядывали площадь.

— Добрый день, — сказала Весна. — Вы очень хорошо говорите по-русски. Вы русская?

— Нет, я местная, — улыбнулась девушка. — А Вы?

— Я из СССР, приехала сюда к мужу, но мой отец был сербом. Это его родной город.

— Да Вы что! Это хорошо. Я живу вон в том доме, — показала рукой девушка на невысокий дом с большими балконами.

— Скажите, если бы, например, я хотела вернуться в СССР, куда мне следует обратиться? Случайно не знаете?

Девушка пристально посмотрела на Весну.

— Что? Совсем плохо?

— Я просто рассматриваю ситуацию.

— Насколько я знаю, сначала дают визу на полгода. Вы же не отказались от советского гражданства? Вы как попали сюда?

— Я по программе «Воссоединения семей».

— Понятно. Жаль, но я не могу ничего сказать, не знаю. Проконсультироваться в посольстве, быть может?

— Хорошо, я подумаю.

— У меня на той неделе один мужчина просто остался в Югославии. Не захотел возвращаться в Москву.

— Я так понимаю, что здесь совсем другая история.

— Конечно! А Вы можете вернуться. Уверена. Муж серб или русский?

— Серб.

— Удачи, не вешайте нос. Привыкните, у нас тут хорошо. Я пойду собирать своих туристов.

Весна еще долго сидела на лавочке, смотря на счастливые пары, проходящие мимо. Она снова заплакала. Ей нравился Белград. Она хотела тут жить, но как было думать о постоянной жизни тут, если в ее жизни не было ничего постоянного!

Йован не знакомил ее со своими друзьями. Родителям, по всей видимости, о своем новом статусе он тоже не говорил. Весна боялась, что Марко узнает о ее присутствии в Белграде. Ей было стыдно. Она была рада, что братья вообще не общаются. Любой звонок в дверь пугал ее до судорог. Если бы Марко увидел, в каком она состоянии, то что бы он подумал? Весна превратилась в покорную служанку. Разве такой она была раньше? Разве такой девушкой восхищался Марко? Ей даже не с кем было поговорить о своем неприглядном статусе. Друзей у нее не было. Вике она так и не смогла дозвониться. Подруга исчезла, испарилась.

В середине июня Весна поняла, что беременна. В выходной день она приготовила ужин, накрыла на стол и решила сегодня рассказать Йовану о своем положении. Он задерживался. Весна начала волноваться. В десять вечера она услышала громкие голоса с улицы. Выглянув в окно, она увидела, что Йован выходит из машины с девушкой, и вместе с ней направляется в подъезд.

— Весна, знакомься, это Мария. Она натурщица. Ты нам не мешай. Сегодня меня не жди, я буду долго работать. Я наконец-то получил заказ.

Он провел