простимулировали этот страх, усилив надлом пленника. Это не ментальная закладка, которая однажды слетит, здесь всё «своё родное».

— Я тогда скажу, — продолжил я. — Через год Германии не станет. Вашего фюрера повесят после суда и задокументируют казнь фотографиями и киносъёмкой. Вместе с ним будут повешены все его помощники и главы министерств со своими заместителями. Те генералы, кто уцелеет, будут казнены или отправлены на долгие годы в тюрьмы за свои преступления. А уж что придётся вынести простым немецким гражданам, когда в их дома войдут солдаты чужих армий… Впрочем, вы это хорошо и без меня знаете, не так ли? Ваши солдаты такие же. От Третьего Рейха останется небольшая республика размером не больше половины от старой площади. Ваша Родина, генерал, лишится выхода к морю, Восточной Пруссии, восточных и южных территорий. А также пары областей на западной границе, которые заберёт себе Франция. Название страны исчезнет, вы будете гражданами республики, которую через два поколения перестанут связывать с Германией. Вы лишитесь заводов, музеев, учёных и инженеров, ценных ресурсов и всего остального, что станет трофеями Франции, Англии и СССР. Немецкие женщины станут продавать себя за кусок хлеба мужчинам, в том числе евреям и цыганам. Немцам будет запрещено занимать самые оплачиваемые должности, а детям перестанут давать высшее образование. Их уделом станут четыре класса и самые грязные работы…

— Хватит! — вспылил он и ударил ладонью по столу, при этом чуть не столкнув кружку с чаем. — Я вам не верю!

Я пожал плечами:

— От вашего «верю — не верю» будущее Германии не изменится. Кстати, Восточную Пруссию я планирую забрать себе.

— У вас сил не хватит, — огрызнулся он.

— Ошибаетесь. У меня и сил, и возможностей столько, что их хватит, чтобы высадить десант в Берлине и захватить город. Вы хоть знаете, кто разгромил ваши армии, разрушил укрепрайоны и прорвал линию обороны в том месте, куда вас направил фюрер? — я прищурился и посмотрел на собеседника покровительственно-свысока. — Молчите, генерал? Это сделал я. Мои солдаты уничтожили штабы полков и дивизий, вывели из строя танки, артиллерию и самолёты, порвали связь, взорвали мосты и железные дороги, чтобы задержать подкрепление. Вырезали немецкие роты и батальоны в траншеях и блиндажах. Красная Армия всего лишь заполнила ваши же окопы. Без моей поддержки вы бы отогнали их назад.

Вывалив всё это на голову немца, я взял паузу и стал медленно пить чёрный чай с шоколадом, который регулярно привозят вместе с другими продуктами из Витебска. На одних плодах хлебного и мясного дерева долго не протянешь, людям хочется разнообразия, причём, вкусного.

— Это будущее, — наконец, спустя несколько минут, подал голос Клейст, — можно как-то изменить?

— В некоторой мере, — кивнул я. — Будет меньше жертв, меньше территориальных потерь, останется старое название и память. Населению, опять же, будет легче в несколько раз. Но это всё. На большее даже не надейтесь, вы слишком много беды принесли на своих штыках.

— У вас же есть предложение, так?

— Есть. Пока только предварительное, без конкретики. Все нюансы появятся позже.

— В чём оно заключается?

— Вы и другие влиятельные лица Германии создадите оппозицию, свергнете своего фюрера, возьмёте власть в стране в свои руки и прекратите войну. В чём-то помогу вам я, с другим будете справляться сами. В некоторых вопросах СССР вступится за вашу страну перед другими государствами, но в целом с ними сами будете разбираться. И да, Восточную Пруссию я в любом варианте заберу себе! Выбирайте: вы станете спасителем отечества, хоть и мало кто признает это, или свидетелем того, как от Германии не останется даже памяти. И я постараюсь, чтобы вы прожили как можно дольше, чтобы всё помнили и мечтали вернуться в этот самый день, за этот стол, чтобы дать другой ответ.

Немец грязно и длинно выругался после моих слов.

— Кого ещё вы купили в Германии? — выдавил он.

— Купил? — переспросил я и расхохотался, отчего Клейст испуганно вздрогнул. — Вы слишком хорошего мнения о своих соотечественниках. В Германии существует группа заговорщиков из генералов и аристократов, которые готовят покушение на Гитлера и переворот. И к слову, многие из них мечтают закончить войну.

— Мне нужно хорошенько обдумать ваши слова, — с трудом выдавил из себя немец. — Дайте мне хотя бы пару дней.

— Они у вас будут.

Отправив Клейста обратно под надзор, я вернулся к магическим делам. А были они вполне себе ничего. Благодаря увеличившемуся манопотоку, питающему Очаг, я смог провести через перерождение сразу пятерых мастеров артефакторики. На текущий момент их знаний и умений хватает за глаза, чтобы решать все вопросы по зачарованию. Двоих новеньких посадил за создание новых рунных камней, которыми заменю дешёвые камни в пограничном периметре. Трое оставшихся занялись боеприпасами и оружием, сняв эту проблему с плеч полугномок, которые вернулись к проекту Ростовцевой, связанному с постройкой башен-срубов на возвышенностях под установку лёгких зениток.

На следующий день появилась новая постройка Очага — Зал Магических Энергий. Куполообразная постройка из особого камня с одним помещением внутри во всё здание. Внутри пол, стены и сводчатый потолок были облицованы пластинами из орихалка. Из-за этого материала здание влетело мне в копеечку. К счастью, на рынке можно было купить за золото неограниченное количество этого металла. Основная функция Зала — это напитка энергией амулетов и артефактов, а также восстановление повреждённых структур наложенных чар и самого материала. И вторая особенность, которую я выбрал при просмотре образов, сидя на троне под Дубом — копирование любых предметов и материалов, если те не относились к магии, не несли чары, и не являлись частями тел магических животных. Образы мне показали, как в зал заносился элитный рыцарский доспех с полным комплектом оружия, после чего магия копирования многократно дублировала его. Мне рыцарские латы были не нужны, и мечи с копьями тоже, пусть даже их изготовили лучшие гномы-оружейники. А вот винтовки с пулемётами, снаряды и прочие поделки земных конструкторов и инженеров требовались в огромном количестве. В первую очередь те, которые сложно просто так найти в виде трофеев. В данном зале я могу трансфигурировать бомбы почти любого размера и назначения. Их доставка с немецких складов сопряжена с некоторой опасностью, плюс много их грифоны не унесут. А ещё выгоднее трансфигурировать в зале оружие гномолюдов. Наши союзники давно просят наладить поставки штурмовых винтовок, которые сильно им приглянулись. По эффективности те не уступают советскому ДП, но при этом легче, удобнее и точнее. Да и пистолет-пулемёты им нравятся за их убойность, которая сильно выше, чем у ППШ. Просят и бронированные экзоскелеты. Но вот