руку, и из стен вырвались каменные пики. Они стали гибкими, сплелись в щупальца и потянулись ко мне. Я лишь усмехнулся. Жидкий камень? Серьёзно?

Я резко щёлкнул пальцами, и щупальца рассыпались мелким песком у моих ног. Траск рванул на себя энергию, а потом атаковал без предупреждения. Воздух вокруг меня сжался, впиваясь в кожу, словно пытался раздавить меня. В ушах зазвенело от перепада давления, на губах выступила тёплая солёная кровь.

Но я только рассмеялся. Неужели они забыли, кто создал эти приёмы? Моё тело окуталось коконом из молний, точно так же как совсем недавно в Каньоне, а потом сжатый воздух вокруг меня взорвался с оглушительным хлопком, похожим на раскат грома.

Траска отбросило через весь зал. Он врезался в стену, обломок которой рухнул ему на голову с глухим стуком. Я уже приготовился добить его, как услышал пронзительный, полный боли визг Вольта.

Скорн сбросил его и сжал руками рёбра. Мой питомец визжал, задыхаясь, а я уже был рядом и откручивал башку Хранителю. Его шея скрежетала под пальцами, словно крошащийся камень, но этот упрямый ублюдок всё никак не отпускал Вольта.

Ну что ж, сами напросились. Я резко хлопнул в ладоши, и реальность застыла, будто погрузилась в желе. Теперь скорость у нас была почти одинаковой, но я всё равно быстрее.

Перекинув через себя замедлившегося Скорна, я вырвал Вольта из его рук и перекинул обратно в наш мир.

А потом в реальности разверзлась трещина, выплюнув нас с Хранителями в мёртвый мир. Над нами нависло кроваво-красное небо, а из земли торчали руины небоскрёбов, будто сломанные кости древнего чудовища.

— С этим ты точно не справишься, — прорычал Траск. Из двух Хранителей он лучше владел искусством перемещения между слоями реальности и мирами. Именно он и перенёс нас сюда.

— Посмотрим, — ответил я сквозь зубы и рванул вперёд.

Хранители атаковали одновременно — сразу видно, что спелись за столько-то веков. Скорн раскинул руки и взломал пространство.

Реальность треснула с громким хрустом разбивающегося стекла, и от земли оторвался целый квартал. Тонны бетона и металла исчезли в пустоте и тут же обрушились на меня.

Траск в то же мгновнеие вытянул в мою сторону руку, и между его пальцами сгустилась липкая, пульсирующая тьма. Та самая энергия, что пожирает саму материю. Та самая, которую я когда-то заточил в глубинах одного из падших миров, запечатав её навек. Судя по всему, тот самый век уже давно прошёл.

Я оттолкнулся от земли, ощущая, как крошится под ногами асфальт, перевернулся в воздухе и мгновенно переместился прямо за спины Хранителей. Взмахом руки я рассеял землю под ногами Траска, превращая её в зыбучие пески, которые начали затягивать его с чавкающим звуком.

Скорн взревел от ярости и снова швырнул в меня очередной небоскрёб, но я уже ускорился. Время замедлилось, и я оказался на уцелевшем мосту, балки которого дрогнули от моего приземления.

Скорн ударил кулаком по опоре. Сталь скрипнула, бетон треснул и рванул во все стороны, и вся гигантская конструкция рухнула, погребая меня под тоннами обломков. Облако пыли взметнулось вверх, но я уже был не там.

Я перенёсся за спину Скорна и с размаху впечатал кулаком в корпус. Из моей руки вырвался импульс энергии, раздирая воздух. Но Скорн в последний момент успел развернуться и ударить в ответ. Нас отшвырнуло друг от друга, а ударная волна сравняла всё в радиусе километра — здания рассыпались, превратившись в пыль.

Траск подгадал момент. Он мчался на меня с клинком, сотканным из сгущённой тьмы. Я едва увернулся, но лезвие чиркнуло по плечу. Кожа вспыхнула как от ожога, и на ней появился тлеющий чёрный рубец.

Ах ты, тварь! Меня же моим собственным оружием⁈ Я всадил кулак в его живот, пробивая внутренности до позвоночника.

Ну а потом я повторил трюк Скорна — вырвал из земли целую улицу. В моих руках асфальт рвался, как бумага, а здания сминались в гигантский шар. Я швырнул его в Хранителей с запредельной скоростью

Ублюдки не стали уклоняться. Вместо этого они снова вспороли реальность — она треснула, как тонкий лёд, и вышвырнула нас в бескрайнюю белую пустоту.

Над головой плясало северное сияние, а ледяные равнины простирались до самого горизонта. Температура здесь была такой, что даже воздух кристаллизовался, — в воздухе висела сверкающая ледяная пыль, впиваясь в кожу тысячами крошечных игл.

— Вот теперь ты проиграл! — прорычал Скорн, готовясь к атаке. Его дыхание клубилось ледяным туманом.

— Нет, — я оскалился в улыбке, ощущая в груди бушующее пламя. — Я только начал.

Скорн широко раскинул руки, и ледяная равнина раскололась, гигантские торосы взмыли вверх, а потом полетели в меня. Они превратились в ледяные копья, и должны были нашпиговать меня, но огонь в моей груди разгорался всё ярче.

Я выдохнул. Первозданное пламя, то самое, что зажгло первые звёзды, рвануло из моей груди огненной струёй. Ледяные копья вспыхнули и испарились, превратившись в клубы пара.

Но Траск уже нёсся на меня, с силой ударяя пятками в землю. От его бега лёд толщиной в сотни метров треснул подо мной, и я провалился в бездну.

Холод обступил меня. Ледяной, пронизывающий до костей. Тьма, сжимающая со всех сторон. Именно таким я создал этот мир-тюрьму — безжалостным и совершенным. Каждый его закон, каждую частицу я знал лучше собственного тела.

Я рассмеялся.

Пламя моей души рвануло изнутри, разрывая ледяные оковы. Лёд вокруг треснул, тьма взметнулась вверх, вынося меня из бездны. Ещё не достигнув поверхности, я уже направлял в Хранителей ледяную бурю, пронизанную молниями.

Каждая льдинка в этом вихре была моим оружием. Воздух завыл от напряжения, когда электрические разряды прошибли ледяные осколки. Земля под ногами Хранителей превратилась в кипящую массу из воды и плазмы.

Неужели эти идиоты до сих пор не поняли, с кем сражаются? Или я по их меркам слишком слаб, чтобы быть Громовержцем? Или, может быть, они давно поняли, кто я, но решили, что сумеют одолеть меня?

Ну получайте же, ублюдки! Я скрестил руки перед собой, призывая энергию этого мира. Осколки льда вокруг нас замерли, а потом ринулись к Хранителям со скоростью пули. Каждый осколок я зарядил молнией, превратив эти ледяные снаряды в сгустки плазмы, завёрнутые в сверхпроводящую оболочку.

Хранители растворились в воздухе за мгновение до удара. Мой залп прошёл сквозь пустоту. Да твою мать! Отожрались, суки, на халявной энергии!

Я рванул за ними в другое измерение, в другой мир, который внезапно оказался моим черновиком. Мир абсолютной пустоты, заготовка, которую я так и