Тренировочный щит от холода и влаги должен был защищать и действительно это делал, пока я его не упустила. Оказавшись в холодной воде, я с воплем и брызгами вылетела на берег, сбив концентрацию остальным.

— Защита должна быть доведена до автоматизма, — начал читать мокрым адептам нотацию маг, стоя у кромки воды. — Вы же не думаете о том, что дышите, но делаете это постоянно.

Не знаю, откуда у меня силы взялись, не иначе вредность в них вовремя переработалась, но я умудрилась толчком свалить в воду не ожидавшего такого поворота мужчину. Причем щит он не поставил, а вот меня с собой утянул, и я вымокла повторно.

Через полчаса, пробежавшись до лагеря и переодевшись в сухое, мы грелись у костра горячим отваром. Все намокшее по случаю постирали и развесили на нашедшихся у запасливого мага веревках, натянув их между двумя тентами. Я поначалу была уверена, что хлипкая на вид конструкция просто не выдержит такой нагрузки, но оказалось, что все подпорки архимаг изначально зачаровал, и между ними можно было на качелях кататься, не то что белье вешать. Робкие намеки на то, что неплохо и правда качели повесить, он категорически отверг, напомнив, что мы сюда не развлекаться пришли.

Чуть меньше половины подаренной вчера земляники мы съели, а из другой части опять сделали компот. Оставив его настаиваться, маг увел нас в поле, на этот раз вручив свернутые из листов бумаги кульки. Сегодня мы искали колоски, с которых сбивали щелчками пальцев созревшие зернышки, похожие на просо. Компотом опять поделились с эльфами, как и раньше поставив кувшин у дерева. Мы с Элтаром остались у костра готовить обед, а остальных он отправил спрессовывать собранные еще позавчера листья. Все надеялись снова увидеть кого-нибудь из стражей и поглядывали в сторону леса, но тщетно.

Закончив с листьями примерно через час после обеда, мы уже настроились снова пойти на речку купаться, поскольку днем вода была вполне приемлемой температуры, но у Элтара оказались другие планы. Он решил всерьез заняться нашей физической подготовкой и фехтованием, после почти часовой тренировки научив еще и новому заклинанию. Хотя скорее это была вариация уже знакомого нам «светлячка». Добавлялось всего три символа, но за счет них комочек света откреплялся от создателя и сам по себе существовал двадцать минут, а последний символ отвечал за цвет.

В качестве демонстрации маг подвесил в воздухе круг желтоватого цвета из двадцати шариков. Я посмотрела на это и, вспомнив мультик про чебурашку, пририсовала два больших уха. Ребятам моя идея понравилась, и они быстро сделали два глаза и улыбку на половину мордочки. Пока думали, что бы еще пририсовать, первые шарики света начали гаснуть. Но самое главное — это идея, а она нам очень понравилась.

Дальше мы рисовали цветок. Элтару поручили серединку, а сами сделали шесть лепестков. Потом было то самое недорисованное на нем несколько дней назад солнышко, дерево, стилус, и плохо опознаваемая земляничная ягода.

Элтар решил совместить развлечение с дальнейшим обучением, и дальше мы рисовали таким способом магические символы. Причем он говорил название и сколько световых шариков нужно использовать, и мы соревновались на скорость. А потом у нас закончились резервы. Не одновременно, конечно, но у всех кроме Рамины в течение одного символа. Она сумела потом нарисовать еще один и тоже пошла медитировать.

Кажется, архимаг остался нами доволен. Во всяком случае, он даже взялся сам готовить ужин, а после еды обещал всех потренировать в стрельбе из лука. Я попыталась, как всегда, увильнуть от этого занятия, но мне прочитали нотацию на тему «маг должен уметь если не все, то почти все» и поставили последней в очереди.

Эльфов мы в тот день так и не увидели, но вечерний поход к дереву доказал, что они все же тут были — кувшина на месте не оказалось.

Перед тем как идти спасть, мы общими усилиями нарисовали в вечернем небе большую цветную бабочку, и это было здорово. Рами сегодня убежала ночевать к архимагу. Мне от этого стало грустно, и я ей даже немного позавидовала. Засыпала я с мыслью о том, что хорошо быть маленькой. Хотя и просто быть магом тоже хорошо.

Утром архимаг снова поднял нас сразу после рассвета и бегом отправил к реке. Мы приготовились к худшему, то есть к повторению вчерашнего купания, но он ограничился разминкой и новым упражнением по фехтованию. Правда, упражнением это было назвать не совсем верно — мы всем скопом и по отдельности пытались стукнуть его палками, а он ловко отбивался своей и уворачивался. Атаковать, по сути, не атаковал, но когда мы совсем уж забывались, то получали от него несильный, но обидный шлепок пониже спины.

В лагерь вернулись раскрасневшиеся, вынашивая коварные замыслы на следующую, обещанную магом на завтра, попытку. С удовольствием уминая завтрак, все высказывали предположения о планах на сегодняшний день, но ни одному из них не суждено было сбыться.

— Здравствуйте, — раздался неподалеку певучий смутно знакомый голос, и мы с изумлением увидели Лиса.

Он стоял на краю лагеря, а на плече у него покоилась рука высокого эльфа с прической из нескольких сложно переплетенных косичек, одетого в брючный костюм с приталенным пиджаком и вышивкой по обшлагам и вороту. Наш друг радостно улыбался, а спутник его был серьезен и даже чуть напряжен.

— Привет! Вернулся? Стрелять пойдем? А это кто с тобой? — вразнобой обрадовались ребята.

— Завтракать будете? — несколько выпала я из общего радостного фона в пользу гостеприимства.

— А компот есть? — тут же рванулся к нам Лис, но его придержали за плечо.

— Лисиртинтуриэль, — строго одернул его спутник.

Паренек остался на месте, выпрямился, попытался принять возвышенный и горделивый вид, получившийся театрально комичным, и заученно, иногда закатывая глаза, чтобы лучше вспоминалось, выдал:

— Приветствую высокочтимого архимага из рода людей и его спутников. Позвольте мне, слушателю института власти, представить одного из своих достойных наставников — господина Арвиинэля.

В ответ Элтар, к нашему удивлению, разразился длинной певучей фразой. Судя по всему, он еще и на эльфийском говорит.

— А у этого имя нормальное, вполне выговаривается, — шепотом порадовалась я.

— Мое даже не все преподаватели осиливают, — грустно пожаловался остроухий во всех смыслах Лис. — Я теперь, наверное, сокращенное всем говорить буду. Надоело, что путаются и запинаются.

— Хочешь, мы его как заклинание наизусть выучим, и им всем будет стыдно, что мы можем, а они нет?