обладала одним неоспоримым достоинством, обычно не свойственным девушкам ее возраста: она ни по ком не вздыхала и не пыталась повеситься на шею заезжему менестрелю или послу. Бэль пока совершенно не интересовали такие вещи, и за это принц был сестре благодарен. Ведь обладай она темпераментом Элии и тем дьявольским обаянием расцветающей женственности, какое просто источала в ее годы кузина, Нрэн просто не знал бы, что делать. В какую башню или подземелье заточить сестру, оберегая от многочисленных мужских посягательств ее невинность, которая должна была достаться мужу? Да, для Лоуленда душевная невинность Мирабэль была просто феноменальной, и даже Нрэн, считавший это следствием строгого воспитания, не уставал изумляться собственным успехам на сем поприще.

«Пусть я суров с Бэль, – думал воитель, игнорируя нападки родственников, беспардонно балующих младшую сестренку, – но это ей во благо. Когда она вырастет, все поймет и будет благодарна».

Воин кивнул сухонькой пожилой няньке, которую не уволил до сих пор по двум основным причинам. Потому, что никто из более достойных женщин не смог удержаться на этом месте, дабы оказывать на Бэль облагораживающее влияние, и потому, что старуха Нэни заботилась о девочке и любила ее не по долгу службы, а по зову сердца. Принц как никто другой знал цену истинной преданности.

Свободной рукой Нрэн открыл дверь в комнату, где, по словам Нэни, играла ее подопечная, услыхал нечто, подобное охотничьему крику варваров с равнин Шарпаза, и получил в лицо мощную струю воды. Перевернув кресло и обложив его горой диванных подушек, принцесса Мирабэль с водяным пистолетом в руке «держала оборону».

– Так! – тяжело уронил Нрэн, смаргивая воду, обильными струйками стекающую на ворот рубашки.

Бэль тихо ойкнула, разом утратив большую часть боевого варварского задора, сползла по подушкам пониже, к уровню ковра, и попыталась спрятать оружие от зоркого ока воителя.

– Ты ведешь себя неподобающе, Бэль, – укорил мужчина девушку, впрочем, не собираясь начинать встречу с телесных наказаний главным образом потому, что не оповестил Бэль о своем приходе. Кроме того, судя по насквозь мокрой мишени, висящей на двери, стреляла сестренка довольно метко. Этого принц не мог не одобрить, но поощрять принцессу публично за разбойные игры тоже не собирался. – Откуда у тебя эта вещь?

Понимая, что дело пахнет конфискацией, принцесса упрямо насупилась и стала очень похожа на брата. Девушка встала, одернула юбку и, вскинув голову, с вызовом заявила:

– Лейм вчера подарил!

Нрэн проследил за тем, как маленькие пальчики сестры ожесточенно вцепились в рукоять игрушечного пистолета, и понял, что добровольно Бэль с оружием не расстанется, даже если он будет требователен и строг.

– Ему не следовало этого делать, – промолвил воитель с задумчивой угрозой, сулившей Лейму воспитательную беседу о пользе и вреде презентов для сестренки. К счастью для себя, молодой бог уже давно научился игнорировать поучения старшего брата и благополучно пропускал мимо ушей все его речи, если только они не касались советов по технике обращения с оружием, каких-нибудь воинских приемов или обороны Лоуленда.

– Его подарки всегда куда интереснее твоих! – запальчиво воскликнула принцесса и качнула головой так, что взвилась толстая рыжевато-каштановая коса.

– Ты почти взрослая леди, Бэль, пора перестать забавляться игрушками, а от сластей портится аппетит, – наставительно заметил ничуть не обиженный Нрэн. – Я дарю тебе полезные, нужные вещи. Сейчас я привез тебе ткани на платья. – Воитель подошел к опрокинувшемуся в процессе игры креслу, поднял его и сложил на сиденье скатанные отрезы насыщенно-синей гладкой материи, темно-зеленой с проблеском серебряной нити плотной ткани и скромного светло-коричневого бархата.

– Спасибо, – с кислой вежливостью поблагодарила принцесса, втихую радуясь тому, что хоть фасоны одежд из этой материи она будет выбирать вместе с Элией, не руководствуясь уродскими представлениями Нрэна о том, что прилично носить молоденьким девушкам. Около полугода назад она выдержала настоящий бой за право не только участвовать в обсуждении собственных туалетов, но и следовать советам старшей сестры.

Нрэн кивнул и продолжил перечисление, показывая Бэль открытые футляры:

– Эти украшения тебе в приданое.

Бэль мельком взглянула на драгоценности – камни в черненом серебре – и отвернулась. Мифическое приданое никакого практического интереса для девчушки не представляло. И подарок Нрэна означал лишь то, что ей сейчас издали покажут украшения и спрячут куда-то далеко-далеко, «на потом». Что проку от подарка, если им все равно нельзя пользоваться, принцесса понять никак не могла. Впрочем, Нрэн почти всегда дарил ей абсолютно бесполезные вещи. То ли дело братья: если они дарили Бэль украшения, то носить их можно было сейчас и сразу. Безделушки эти сияли яркими красками, а в большинстве случаев еще и звенели, к вящему восторгу полуэльфийки, обожавшей, как большинство представителей Дивного народа, все сверкающее и издающее мелодичные звуки. Так что только кислое «угу» было благодарностью брату за футляры, добытые для полумифического приданого.

– Я привез тебе книги, – защелкнув футляры с драгоценностями, серьезно продолжил перечисление своих целесообразных даров Нрэн. – «Именитые фамилии» геральдиста Немреконта дель Гравансаро и «Краткий географический обзор» Шевал Кант Вурага.

– Спасибо, – еще более безрадостно, чем в первый раз, выдавила из себя Бэль, с тоской изучая два толстенных тома в скромных кожаных переплетах, судя по всему, страницы в них были едва ли не тоньше папиросной бумаги.

«И почему все занудные книги такие большие?» – невольно подумала девчушка, мрачно наблюдая за тем, как выкладывается на стол «дорогой» подарок и накручивая на палец рыжеватый локон, выбившийся из косы.

– Как твои успехи в занятиях? – представив полезную литературу, мрачно потребовал у сестренки отчета воитель, словно не ждал никаких добрых вестей.

– Все нормально. Сейчас мне как раз пора собираться на географию, – быстро отреагировала Бэль, вовсе не собиравшаяся посвящать брата в свои проблемы. За успехи он ее никогда не хвалил, а проповедей принцессе хватало. Реальной помощи девчушка от Нрэна уже не ждала, ибо не верила в то, что воитель способен принять ее сторону в решении любой из проблем. Лейм, Элия, Джей или Кэлер – дело другое, они сочувствовали сестричке и старались помочь, что же касается Нрэна, то Бэль давно убедилась – жаловаться непробиваемому стороннику дисциплины бесполезно.

– Хорошо, – не подразумевая под этим словом ничего поощрительного, кивнул Нрэн и вышел из комнаты, считая свой долг по отношению к сестре выполненным.

Бэль облегченно вздохнула и, слазив под диван, подхватила крошку Дика, тихонько пересидевшего там визит брата. Все животные юной принцессы, даже не обладающие чутьем на опасность, быстро соображали, что столкновения с богом войны для них нежелательны. Дикати, пушистый комочек, успевший задремать в относительной безопасности полумрака, сонно зажурчал под ласковыми руками хозяйки. Принцесса потерлась носиком о