— Это не ваша вина. Просто перед тем, как использовать жесты в заклинаниях, упражнениями разрабатывают пальцы. Я настолько привык, что вы во всем бежите вперед, что не подумал об этом. Сейчас покажу.

Он продемонстрировал нам десяток комбинаций из пальцев, среди которых оказалась и классическая распальцовка, приписываемая новым русским. Предполагалось делать эти комбинации поочередно по кругу, но у нас некоторые не получались даже по отдельности. Маг подумал еще и выдал пять упражнений на развитие гибкости пальцев и пять на контроль над ними.

— Кажется, начинали мы все-таки с них, — с сомнением произнес он, — давно же это было. Идем, еще раз синецвет переворошим, а потом будете тренироваться. Как устанете, кристаллы заливайте.

— А ты что с дровами делаешь? — не сумела я побороть не в меру развитое любопытство.

— Артефакт пытаюсь скопировать. Я же не думал, что мы столько наберем, а завтра упаковывать надо. Одним мы до вечера провозимся, если не дольше.

— Ты еще и артефакты сам делаешь? — восхитилась я.

— Все маги делают, это входит в основную программу. Но этот для меня, если честно, сложноват. Дома с набором инструментов нормально бы сделал, а тут — не уверен.

Вот казалось, мы уже и так уважали Элтара — больше некуда, но все равно зауважали еще сильнее. Часа через два маг вернулся к нам с двумя деревянными коробочками. Одна была резная, отполированная с вписанными в узор на крышке символами и маленькой изящной ручкой. Вторая — просто собранная из шести подогнанных деревяшек с приделанной вместо ручки деревянной пупочкой. Символы на крышке нанесены тем же методом, каким мы правили защиту на домах. У обеих шкатулок в крышке имелось множество маленьких дырочек.

— Сейчас будем испытывать, — не особо уверенно сообщил маг. — Нарвите травы, ребят.

Через несколько минут перед ним лежала приличных размеров кучка. И это еще я вставать поленилась, увидев, как остальные за материалом для эксперимента кинулись.

— Хватит, хватит. Куда столько? — остановил Элтар собравшихся за второй партией близнецов.

В коробочку наложили травы, сверху прижали крышкой, и маг активировал на ней центральный символ. Крышка начала опускаться с тихим шипением выдавливая через дырочки воздух. Это было что-то вроде пресса. Под конец из дырок полез сок.

— М-да, этого я не учел, — скривился Элтар и, перевернув коробочку, вытряхнул из нее полоску спрессованной травы толщиной в несколько миллиметров. Во втором артефакте полоска получилось такой же. — Ладно, проверить все равно нужно было. Ничего, сейчас промою. Главное, что работает, — довольно заключил маг.

— Мы в тебе и не сомневались! — гордо заявила я.

Когда нанизанное на ошкуренные прутики мясо начали жарить над углями, ребята никак не могли дождаться его готовности. Издерганный вопросами «А еще не готово?», «А долго оно жарится?» и как венец «Можно я прям так съем?» Элтар построил нас парами и велел отрабатывать три показанных фехтовальных движения.

Маг успевал смотреть и за мясом и за тренирующимися, поправляя тех, кто делал неверно. У нас так не получалось — попытка отвлечься на мясо непременно заканчивалась болезненным попаданием палки партнера по разным частям тела.

— Молодцы. А теперь можно и поесть, — обрадовал он всех примерно через полчаса, пристраивая над углями следующую партию мяса. — Таль и Рейс отвечают за приготовление остального.

Как же мы тогда объелись. И объелись бы еще больше, если бы архимаг строго не пресек это безобразие.

Спать укладывались уже затемно. Когда все трое забрались в палатку, Рами взяла нас с Элтаром за руки и неожиданно попросила:

— Давайте вы будете моими мамой и папой.

— На сегодня? — улыбнулся маг.

— Навсегда, — жалобно посмотрела малышка, и улыбка сползла с его лица.

Я отошла от первого шока и попыталась осторожно отговорить Рамину от этой идеи:

— Мы не можем быть твоими мамой и папой, ведь для этого нужно, чтобы мы тебя родили, а ты уже есть, — попыталась я увести разговор в сторону, только в процессе поняв, что направление выбрала неудачное. Сейчас только выяснения откуда дети берутся не хватает.

— Значит теперь у меня никогда не будет мамы и папы? — до слез расстроилась Рами. — Они ведь умерли.

— Почему ты так думаешь? — спросил маг.

— Я же писать теперь умею, — шмыгнула она носом. — Я письмо написала. Старосте Груню в Затопы, я там жила. А он мне ответил, что мама и папа умерли, а наш дом за долги отдали младшему сыну рыбака из соседней деревни. И чтобы я не возвращалась.

Малышка не выдержала и горько расплакалась. Элтар схватил ее, прижал к груди, укачивая.

— Рами. Рами, малышка. Ну не могу я твоим папой стать. У меня жена и дочка есть, и я их очень люблю. И они тоже меня любят и, наверное, скучают так же сильно как я.

— А где они? — всхлипывая, спросила девочка.

— Остались на старом континенте, — обреченно произнес маг.

— Дядя Элтар, но ты ведь их найдешь? Обязательно найдешь?

— Да, найду.

Он продолжал укачивать Рамину, а я ушла. Просто повернулась и молча ушла к эльфийскому лесу. Пусть думают, что я эльфов ищу. Пусть думают что хотят. А я буду стоять здесь спиной к лагерю пока не перестанут течь из глаз непрошеные слезы.

Все мы что-то теряем, даже если находим при этом очень многое. Попав в новый мир, я получила возможность стать магом, но навсегда потеряла самого близкого человека — маму. Она осталась в другом мире, в чем-то лучшем, а в чем-то ущербном, но все равно родном. Все, что осталось мне в память о ней — маленькое золотое колечко, подаренное на выпускной и сейчас хранящееся дома у Элтара.

Наверное, я стояла так довольно долго. Прохладный ночной ветер высушил слезы и забрался под тунику. Успокоившись и напомнив себе, что моя-то мама жива и с ней все нормально, мысленно отругала себя за эгоизм и пошла обратно.

В нашей палатке никто не спал.

— Таль, я… — неуверенно начал маг.

— Все нормально.

— Ты плакала.

— Элтар, это не связано с тобой. Честное слово.

— Хорошо. Но тут такое дело… — он снова на миг умолк. — В общем, я обещал Рами, что на сегодняшнюю ночь мы все-таки будем ее мамой и папой и будем все спать в обнимку. Рами посередине,