клерк колебался, потом огляделся по сторонам, чтобы проверить, не следит ли кто-то за ним. Потом поднял трубку и набрал номер. Когда ему ответили, он начал тихо говорить.

Сара почти бежала по лестнице. Упоминание о гауптвахте показало, что в списке Джона зияет огромная дыра. Она вбежала в свой офис, вытащила из картотеки карточку с номером и быстро набрала его. Она звонила в военную полицию. Фиске включил в свой список федеральные тюрьмы и тюрьмы штата, но не подумал о военных. Любимый дядя Сары ушел в отставку в звании бригадного генерала. Она прекрасно знала, что такое гауптвахта: Руфус Хармс был заключенным военной тюрьмы.

Сара связалась с сержантом Диллардом, дежурным специалистом исправительных заведений.

— У меня нет идентификационного тюремного номера, но я полагаю, что он отбывает срок в военной тюрьме, расположенной в радиусе четырехсот миль от Вашингтона, — сказала она.

— Я не могу выдать такую информацию. Вам необходимо прислать официальный запрос помощнику начальника штаба по военным операциям и планам. После чего этот департамент, в свою очередь, отправит ваш запрос в департамент свободы информации. И они могут дать ответ — или нет, в зависимости от обстоятельств.

— Дело в том, что информация необходима мне прямо сейчас.

— Вы журналистка?

— Нет, я звоню из Верховного суда Соединенных Штатов.

— Хорошо. А как я могу это проверить?

Сара немного подумала.

— Позвоните в справочную систему и запросите общий номер Верховного суда. Затем позвоните по номеру, который вам скажут. Меня зовут Сара Эванс.

— Это крайне необычная ситуация, — с сомнением сказал Диллард.

— Пожалуйста, сержант Диллард, это действительно очень важно.

Несколько секунд Диллард молчал.

— Дайте мне несколько минут, — наконец ответил он.

Через долгие пять минут телефон на столе Сары зазвонил.

— Вы знаете, сержант Диллард, прежде я получала сведения из вашего офиса о заключенных военных тюрем без обращения к Закону о свободе информации.

— Ну, иногда наши люди бывают слишком щедрыми, когда речь идет о выдаче информации.

— Я всего лишь хочу узнать о Руфусе Хармсе.

— На самом деле у вас не возникло бы проблем с любым другим заключенным.

— Я не понимаю. Что такого особенного в Руфусе Хармсе?

— Неужели вы не читаете газеты?

— Сегодня не читала, а что такое?

— Возможно, это не такая уж большая новость, но люди должны знать, хотя бы ради их безопасности…

— И что же должны люди знать?

— Руфус Хармс сбежал. — И Диллард рассказал, как это случилось.

— А где он отбывал срок?

— В Форт-Джексоне.

— И где это находится?

Диллард ответил, и Сара записала.

— А теперь я тоже задам вам вопрос, госпожа Эванс. Почему Верховный суд заинтересовался Руфусом Хармсом?

— Он подал апелляцию.

— Какого рода?

— Сожалею, сержант Диллард, но я не могу вам ответить. Я также вынуждена подчиняться правилам.

— Хорошо, но я должен вам кое-что сказать. На вашем месте я бы не стал рассматривать его апелляцию. Суды закрыты для мертвецов, не так ли?

— На самом деле необязательно. Какое преступление совершил этот человек?

— Вам придется открыть его военное досье.

— И как мне это сделать?

— Вы адвокат, а не я, верно?

— Да, но мы не так часто работаем с военными.

Она услышала, как он что-то бормочет себе под нос.

— Сейчас Руфус Хармс является заключенным, из чего следует, что технически его нельзя считать представителем армии Соединенных Штатов. Одновременно с признанием его виновным следует увольнение из армии за недостойное поведение. Его военное досье отправляется в центр хранения личных дел военнослужащих, расположенный в Сент-Луисе. Там хранятся машинописные копии. Этих данных нет в компьютерных базах или еще где-то. Приговор Хармсу вынесен около двадцати пяти лет назад, поэтому досье перенесено на микропленку, хотя отдел кадров несколько отстает в данном процессе. Если вы или кто-то другой захочет получить его досье, вам потребуется официальный запрос.

Сара записала все, что сказал Диллард.

— Еще раз благодарю вас, сержант Диллард. Вы очень мне помогли.

На компьютере у Сары имелись карты. Девушка открыла карту США и при помощи мыши провела прямую между Вашингтоном, округ Колумбия, и Форт-Джексоном.

— Почти четыреста миль, — пробормотала она себе под нос.

Затем Сара поспешно поднялась на третий этаж, где находилась библиотека Верховного суда, и вошла в Интернет через один из компьютерных терминалов. Естественно, телефоны клерков не имели модемов для выхода в Интернет из соображений безопасности и конфиденциальности; но в библиотеке такой доступ был. Она набрала имя «Руфус Хармс» в «Эксплорере» и уставилась на дубовую панель ручной работы, дожидаясь, когда компьютер начнет разбрызгивать технологическую волшебную пыльцу.

Через несколько минут Сара уже читала последние новостные сообщения о Руфусе Хармсе, его прошлом и брате. В одной из газет содержалась цитата редактора из родного города Хармса. При помощи телефонного справочника в Интернете Сара отыскала его номер. Он все еще жил в каком-то небольшом городке поблизости от Мобила, штат Алабама, где выросли оба брата.

Трубку подняли после третьего гудка. Сара представилась Джорджу Баркеру, который по-прежнему оставался главным редактором местной газеты.

— Я уже говорил об этом с журналистами, — резко сказал он.

Его сильный южный акцент заставил Сару подумать о лае енотовых гончих и прозрачных кувшинах с виски.

— Я буду вам весьма благодарна, если вы ответите на несколько моих вопросов, и не более того.

— Кто вы и на кого работаете?

— Независимая служба новостей. Я внештатный сотрудник.

— Ладно, что именно вы хотите знать?

— Я читала, что Руфус Хармс был осужден за убийство маленькой девочки на военной базе, где он служил. — Сара посмотрела на распечатки новостей, лежавшие на столе. — Форт-Плесси.

— Убил маленькую белую девочку. Он ведь негр, вы знаете?

— Да, знаю, — коротко ответила Сара. — Вам известно имя адвоката, который представлял его на процессе?

— Ну, процесса, как такового, не было. Он пошел на сделку с прокурором. Я отслеживал его историю, потому что Руфус жил здесь; оборотная сторона парня, выбившегося в люди.

— Вы знаете имя его адвоката?

— Ну, мне нужно поискать в бумагах… Дайте мне ваш номер, и я вам перезвоню.

Сара дала ему номер своего домашнего телефона.

— Если меня не будет на месте, оставьте голосовое сообщение. Что еще вы можете рассказать про Руфуса и его брата?

— Ну, Руфус привлекал внимание прежде всего своими размерами. Он вымахал до шести футов и трех дюймов, когда ему исполнилось четырнадцать. И он не был тощим или долговязым. Уже тогда у него было тело мужчины, а не подростка.

— Он хорошо учился? У него были неприятности с полицией?

— Насколько я помню, учился Руфус не слишком хорошо. Он так и не закончил среднюю школу,