была почти у нас в кармане, пока он не явился и не остановил учиненный нами мордобой! — перефразировала я.

Яга, согласная со мной, закивала:

— Охальник, такое веселье разрушил, я только-только к чадре подобралась! Хотелось хоть одним глазком узнать, что они там прячут! А он на самом интересном месте ворвался, бессердечный!

Янина тоже не осталась в стороне по высказыванию претензий бледнолицему:

— А я эту Роксану только между коленок зажала и начала бровь прореживать, да нос горбатый прямить, да не успела. И теперь все мои старания насмарку. Кто ж на полдороге дело-то останавливает?! — сокрушалась молодая зараза.

Нас послушать, так получается не потасовка, а совокупность благих намерений, невинного любопытства да помощь ближним. Отряд сестер милосердия!!!

Кощей хмыкнул, окинул нас скептическим взглядом, осмотрел коридор, оценил масштаб разрушений и обратился к горбоносенькой:

— Роксана, представляю тебе наших почетных гостей: бабу Ягу — царскую тещу тридесятого государства, сестру ее — бабу Янину.

От такого представления у фаворитки монобровь от удивления полезла на лоб, а Янина, услыхав обращение «баба», сверкнула своими грозными очами на бледненького, но тот показательно это проигнорировал.

— Мария Васильевна — гостья из далекой стороны, мама того замечательного мальчика, что с недавних пор у нас гостит, — в голосе дохлика послышалась нежность.

Со стороны местных барышень прозвучал подозрительно няшный вздох, что меня немало напрягло. Что это за непонятные поползновения в адрес моего ребенка?

— Дорогие гости, Роксана — моя фаворитка и распорядительница этого замка, — представил нам ревнивицу Бессмертный.

С нашей стороны послышался дружный вздох облегчения, который мы не смогли удержать, как ни старались. Кощей явно насмехался над нашей реакцией, но делал это, тщательно скрывая клыки.

— А это ее помощницы, — представил он замотанных мумий. — Роксана, оставляю наших гостей на твое попечение.

Фаворитка, обрадованная вниманием к своей персоне и порученному ответственному заданию, просияла и смотрела на нас более благожелательным взглядом.

— Все будет исполнено, мой господин, — присев в реверансе, ответила Роксана.

От такого обращения к бледнолицему бабулек перекосило, а я поморщилась. Горбоносенькая говорила с явным придыханием, практически вибрируя всем телом от восторга и преданно заглядывая злыдню в глаза. Вот она-то наверняка не падает от его улыбки в обморок, а искренне ей радуется, как мой Ванятка леденцу на палочке.

Глава 31

После того, как дохлик передал нас с рук на руки своей фаворитке и раздал указания, он попрощался и покинул наше общество. Дышать сразу стало легче. Мы стояли друг напротив друга и молчали, обдумывая дальнейшие действия: продолжить нам соревнования по неуклюжим единоборствам, несущим массовые разрушения, или начать переговоры. Оглянувшись и оценив масштабы бедствия, все же склонились к переговорам.

— То есть вы не Кощея соблазнять сюда приехали? — переведя взгляд с меня на Янину и обратно, спросила Роксана.

От такого вопроса меня передернуло, Янину скривило. Кощея! Соблазнять! Бред!

— Я за ребенком приехала! Ваш посол моего Ванятку выкрал! — оправдывалась я.

— А ты? — в вопросе Роксаны к Янине послышалась угроза.

— Внуки у нас пропали, хватились, а они у Кощея, оказывается, гостят. Приехали вызволять из полона! — четко придерживалась ранее озвученной версии опытная партизанка.

— Знаем, знаем мы ваших внуков. Бабники невоспитанные, как только нас увидят, тут же пытаются поймать и к блуду принудить, — высказала претензию одна из мумий.

— А вы против блуда? — обиделись за внуков бабуськи. — Вон как перед Кощеем своим стелитесь!

— Страшные они у вас, да и посмотреть-то не на что, — расфыркались девицы, норовя словить люлей от затаивших обиду бабулек.

— Лица, как у девочек десятилетних, розовые да гладкие, глазками моргают, как телятки молочные, а это вечная привычка улыбаться — раздражает! Зачем они нам свои зубы показывают, будто укусить хотят? — пыхтела негодованием Роксана.

Мы с колдовскими экспертами благоразумно спрятали свой оскал и посуровели. Ну, предпочитают местные девушки хмурую мимику — нам несложно. Спишем на разницу традиций и менталитетов.

— Вот возьмём нашего государя! — начала восхищенно лепетать одна из девушек из-под чадры. — Ликом прекрасен…

Ее тут же перебила фаворитка, громко шикнув и сложив одинокую бровь в угрожающую складку, так что под чадрой тут же умолкли. Затем на лице Роксаны появилось мечтательное выражение лица, и она с придыханием продолжила:

— Ликом прекрасен, станом крепок, взором ужасен, мудр, силен, могуч!

Ей никто не посмел возразить, но мы остались при своем мнении.

— А вот царевич Елисей очень даже симпатичный! — пропищала вторая чадра и подружки ее поддержали.

Мы переглянулись, не веря в услышанное. Это что тут у них за каноны красоты такие?!

Злыдень прекрасен, оболтус симпатичный! Значит, Горыныч красавец писаный, а от лешего глаз не оторвать? Делая закономерные выводы: баба Яга вполне себе ничего, а мы с Яниной до ужаса безобразны. Так выходит, что Костя здесь считается за образчик уродства и на него никто из местных барышень не позарится? И чего я тогда возмущаюсь? Нормальная логика, имеющая право на существование!

Когда взгляд Роксаны потерял свой романистический флер и сфокусировался на нашей троице, то пространство вновь наполнилось нотками ревности, подозрительности и отчуждения. Ай-ай-ай, нужно срочно что-то предпринимать.

— Дорогая Роксана, я очень рада, что все наши разногласия разрешены, и мы можем начать приятное для обеих сторон общение, — разливалась я соловьем.

Бабуськи, помня, что зубами скалиться нельзя, сжали челюсти и усиленно строго пучили глаза.

— Что ж, для продолжения нашей так жарко начавшейся беседы, — монобровненькая сделала широкий жест рукой, предлагая вновь осмотреть на результат нашего побоища, — просим следовать за нами, мы проводим вас во двор замка к вашим соотечественникам.

— Маша, эти курицы в панировке, явно желают от нас избавиться, — сжав зубы, тут же едва слышно зашептала мне баба Яга.

— Боюсь, для открытого общения нам там помешают, слишком много любопытных мужских ушей, — старательно сохраняла я миролюбивый тон.

— Разглашение наших государственных секретов без личного разрешения Кощея Бессмертного карается смертью, — отчеканила Роксана, не хуже майора КГБ, вызвав у нас с коллегами желание вытянуться по струнке и признаться во всех грехах. — Следуйте за мной.

Мы даже молниеносно повернулись направо и занесли ногу для первого шага, но тут я спохватилась и встала, как вкопанная, принимая удар от торможения двух хрупких и немолодых женских тел на себя. Бабуси тут же опомнились и тоже вступили в игру.

— Ах, вот как ты ответственные поручения главы своего государства халатно исполняешь! Что ж, об этом будет доложено Кощею, — разочаровано протянула Яга, и, взяв меня с Яниной за руку, потянула к выходу их коридора. — Вот завтра на завтраке все и расскажем, что с девушками его царства поговорить