чтобы не показывать своё реальное отношение к ситуации. Но в некоторых жестах проскальзывало его нетерпение. Банкир несколько раз успел поправить папку с документами, пару раз взглянул на часы, а к кофе так и не притронулся за весь наш разговор. Сотруднику банка был очень нужен мой рассказ. А раз так, то нужно было хорошенько подумать, что именно говорить и что я с этого могу получить. Просто так делиться информацией я не собирался. Несмотря на весь профессионализм группы Зейда, ничего действительно интересного они в аномальной зоне не найдут, даже если доберутся до того места, где раньше находилось логово россожа.

— Зачем вам это, Геннадий Алексеевич? — прямо глядя в глаза собеседнику, спросил я. — В чём интерес сотрудника Имперского банка относительно непонятной активности в аномальной зоне?

— Мои интересы простираются дальше стен этого заведения, Ярослав Константинович, — улыбнулся в ответ Сидак. — Скажем так, я представляю интересы группы лиц, для которых имеет огромное значение стабильность текущего миропорядка. И аномалии являются неотъемлемой частью этого порядка. Мы не хотим, что Российскую Империю постигла судьба Африканского континента.

— Понимаю, — кивнул я. Последняя фраза была добавлена с небольшой задержкой. Словно собеседник тщательно подбирал те аргументы, которые помогут меня убедить. И надо сказать, что получилось у него неважно. — Тогда мне действительно стоит поделиться с вами тем, что мы видели в аномальной зоне, Геннадий Алексеевич.

— Внимательно вас слушаю, Ярослав Константинович, — изобразил максимальное внимание представитель банка. Я некоторое время собирался с мыслями. Что и как говорить было критически важно. По факту, именно этот вопрос стал причиной всех действий, которые предпринял Геннадий Алексеевич до и во время нашей встречи.

— Думаю, вам известно, что часть моей дружины состоит из представителей выделенной бригады моего рода, которая ранее служила на Диком Континенте? — начал я и продолжил после того, как собеседник утвердительно кивнул. — Мне пришлось взять половину всех сил моего рода для глубокого рейда в аномальную зону. Это был единственный вариант быстро погасить долг вашей организации. Оставлять эти обязательства на период после гона мне не хотелось. По многим причинам.

— И я прекрасно вас понимаю, ваша светлость, — кивнул Сидак. — Как минимум, цены на огромное количество видов аномальных ресурсов просядут в несколько раз из-за обилия предложений на рынке. Разве что аномальные растения и полезные ископаемые останутся в цене.

— Верно, — сделав для себя отметку в памяти на этот счёт, кивнул я. — Возможности моих дружинников позволяли рассчитывать на добычу высокого ранга. Поэтому мы запаслись снаряжением на крупного зверя и ушли в рейд. И очень сильно удивились, когда ничего из крупняка не встретили по пути. Мы прошли почти сорок километров и только после этого поняли, почему не сумели выполнить основную задачу своей вылазки. Я не знаю, что это было, Геннадий Алексеевич. Ничего подобного раньше не встречал. Более того, мои подчинённые тоже не смогли определить, что заставило чудовищ устроить настоящее побоище.

— И как это выглядело? — жадно спросил собеседник. Я видел, что Сидак жадно впитывает каждое моё слово. Подобное нельзя было связать с обычным интересом. Глаза банкира сияли каким-то странным фанатизмом и я решил добавить красок.

— Как настоящее безумие, — будто погружаясь в тяжёлые воспоминания, ответил я. — Десятки высокоранговых зверей насмерть сражались другу с другом. В небе полыхало зарево магической энергии такой силы, что я не видел ничего вокруг. А потом чудовища начали умирать. Из них будто забирали саму жизнь. Мы бежали, по пути успевая урвать самые ценные части гибнущих тварей, до самой границы. Если честно, я бы и сам не прочь был познакомиться с результатами проверки Леонида Евгеньевича, чтобы хоть немного понять, что это было. Но в том, что никто из моих людей в ближайшее время не пойдёт в зону, я практически уверен.

— И это очень разумное решение, Ярослав Константинович, — залпом выпив остывший кофе, ответил представитель банка. Он часто дышал и выглядел так, словно пробежал последний участок пути вместе с нами. Для человека, который очень беспокоится о странных процессах в аномальной зоне, реакция довольно странная. — Я передам вам все сводки по проверке следов недавних возмущений, как только сам их увижу. Благодарю вас за этот разговор, ваша светлость. Это было крайне познавательно и очень важно для понимания общей обстановки в преддверии гона. Если я ещё чем-то могу вам помочь, то смело звоните в любой момента.

— Спасибо, Геннадий Алексеевич. — поднимаясь из-за стола, произнёс я. — Что из документов мне нужно забрать с собой в качестве подтверждения закрытия договора займа?

— Да-да… Конечно, ваша светлость, — немного суетливо выхватив из папки несколько листов и передав их мне, воскликнул банкир. — Простите. Задумался немного.

— Хорошего дня, Геннадий Алексеевич, — кивнул я. — Вы сегодня не планируется появиться на приёме у графа Добрышева?

— И вам всего наилучшего, Ярослав Константинович, — кивнул мне Сидак, а затем спохватился, как будто до него с опозданием дошел мой второй вопрос. — Не планирую. Дел в разы больше, чем обычно. Буду до утра сидеть в офисе, а потом опять на работу.

Выйдя на улицу, некоторое время стоял в тени колонн главного офиса тверского отделения Имперского банка. Беседа с Сидаком заняла немного больше времени, чем я планировал, но оказалась крайне информативной. До такой степени, что я теперь не знал, что мне с новыми знаниями делать.

— Едем, — добравшись до машины, приказал я охране. — К торговому центру братьев Белушевых. Где находится особняк графа Добрышева, в котором сегодня будет приём знает кто-нибудь?

— Я знаю, ваша светлость, — ответил Боров. — Это недалеко от этого торгового центра. Чуть больше квартала по прямой.

— Хорошо, — мельком взглянув на часы, ответил я. Время уже подходило к одиннадцати. Если нигде не будет накладок, то буду на месте даже раньше назначенного срока. — Тогда можно не торопиться.

Торговый центр встретил полупустыми галереями и сонными работниками бесчисленных магазинов. Нужное мне ателье находилось на втором этаже и занимало довольно много пространства. Меня на входе встретила пара обворожительных девушек, которые начали наперебой предлагать разные костюмы.

— Мне нужен Пётр Никифорович, — немного удивившись напору работниц, произнёс я. — Его должны были предупредить, что зайдёт князь Разумовский.

Обе девушки, казавшиеся то ли сёстрами, то ли просто очень похожими друга на друга, мгновенно переглянувшись, кардинально