такое не извиняются, — пробормотала я и, слегка пошатываясь то ли от избытка впечатлений, то ли от нехватки кислорода, ушла в свою комнату.

Вот теперь лежу и думаю. Это же надо так меня впечатлить, что до сих пор никак не отойду, а ведь уже минут десять прошло. Умеют эти многоопытные маги целоваться. Понять бы еще, что это на Элтара нашло и как мне теперь быть. В дверь осторожно постучали.

— Не заперто, — ответила я, но никто не вошел.

Я уже встала, чтобы подойти к двери и узнать, что случилось, когда из-за нее послышалось:

— Таль, не уходи, пожалуйста. Давай поговорим. Я все объясню, — пообещал архимаг и неуверенно добавил, — ну, или хотя бы попытаюсь.

Таки открываю дверь и, глядя ему в глаза, спрашиваю:

— А не прогоните?

И Элтар с облегчением выдохнул.

— Пойдем в кабинет, — попросил он.

Иду. Маг вошел туда первым и встал напротив висящего на стене портрета. Я обошла вокруг него и поразилась выражению лица, с которым мужчина смотрел на картину — столько тоски и нежности было в его взгляде.

— Это моя жена Милиэна. Я понимаю, что ненормально любить женщину, которую не видел уже триста лет, но ничего не могу с собой поделать. Просто не могу даже представить кого-то на ее месте.

— А почему вы живете один? Что случилось? Она ведь тоже маг, судя по медальону.

— Да, она очень хороший маг. Мы с ней были одними из инициаторов проекта с переселением и вместе готовили его несколько лет. А перед самым отбытием у нас родилась дочь. Я был счастлив настолько, что даже на некоторое время забросил дела. Но проект уже подходил к завершению, и откладывать его ради нас не стали бы. Мы решили, что я пойду сюда один, нормально обустроюсь, а через несколько лет, когда подрастет Лирая, они переедут ко мне. Пока же Милиэна уехала к своим родителям. Она у меня из известной семьи потомственных магов. А потом случилась катастрофа, и больше я ее не видел. Все эти годы я жил надеждой снова быть с ней.

Маг замолчал, продолжая разглядывать портрет своей супруги, а я смотрела на него, и мне было искренне жаль этого сильного мужчину. Лебединая верность и такая вот, как у него, патологическая семейственность — это гремучая смесь. Такие люди невероятно счастливы в браке, но и невероятно страдают в разлуке со своими любимыми.

— Я верю, что вы с ней встретитесь.

— Это нереально. Никто уже не верит, что удастся восстановить связь с другим континентом.

— Если бы мне полгода назад сказали, что я в магической академии учиться буду, я бы тоже не поверила.

Маг невесело усмехнулся.

— Ты, кстати, чего обниматься-то кинулась? Я этого совершенно не ожидал, вот и… хм. В общем, ты не переживай, я решу эту проблему, и больше такого не будет.

— Радостью поделиться хотела. Меня Кайден лучшей ученицей объявил и своей помощницей на практических занятиях по магии назначил. А какую проблему и как вы собрались решать?

Маг замялся и даже, как мне показалось, смутился.

— Понимаешь, когда взрослый мужчина долго не общается с женщиной, он довольно остро реагирует на подобную близость. И есть такие специальные заведения, где одиноко живущие мужчины могут… снять напряжение, — максимально обошел скользкую тему маг. — Вот сегодня, пожалуй, и схожу, так что ночевать одна будешь.

Это ж надо, как он заковыристо обычный бордель описал. Но суть я уловила и развивать тему не стала, вместо этого предложив пойти ужинать.

— Насчет Кайдена ты, кстати, зря радуешься, — предупредил меня переодевшийся и с аппетитом поглощающий ужин архимаг. — Лучший адепт — это, скорее, не помощник, а спарринг-партнер, на котором показывает все заклинания и сам проводит тренировочные бои преподаватель. Лучшего потому и назначают, что у него травм меньше будет, но иногда выбирают зарвавшегося, чтобы охладить пыл.

— Ох, ё! — оценила я масштаб надвигающихся проблем.

— Вот именно. Может, все-таки поинтересоваться местом в канцелярии?

— Нет, — упрямо поджала губы я. — Сама из академии не уйду.

Маг, поев, как и обещал, ушел. А я попыталась занять себя хоть чем-то полезным. История в голову не лезла, чистописание и рисование быстро кончились, а всякие непрошенные мысли о хозяине этого дома по-прежнему роились в голове. В таком состоянии даже медитировать нормально не получалось. В результате за сегодняшний вечер сильно продвинулось дело с переписыванием дневника, на котором я старательно сосредоточилась.

Часть 9

Утром уже привычно раздался стук в дверь моей комнаты, но сегодня архимаг не стал дожидаться снаружи, когда я проснусь, а прошел к кровати, сел на ее край и сунул в руки еще толком не проснувшейся мне большой букет белых роз.

Я обалдело уставилась на него поверх цветов.

— Элтар, что это?

— Белые розы. У эльфов каждый цветок имеет свое значение. Так вот, такие розы означают чистоту чувств. Их принято дарить дочери, сестре или, например, жене друга.

— Обалдеть! И это все мне? Ой, а куда же я их дену? Они же завянут!

— Ваза с водой на кухне, — ответил предусмотрительный Элтар и встал. — Ставь туда цветы, и пошли тренироваться. Чем лучше будет у тебя реакция, тем меньше пострадаешь от Кайдена.

— Стой, — наконец-то достаточно проснулась я, чтобы связно мыслить. — Какие эльфы? У вас еще и эльфы есть?

— Есть, но не у нас, — погрустнел Элтар. — Вообще на контакт не идут. Послов, если те пересекают их границу, встречают тремя стрелами: первая, предупредительная — под ноги, вторая — в ногу, третья — в глаз.

После этого маг все-таки ушел из комнаты, а я зарылась лицом в невероятно пахнущие первые цветы в моей жизни. У меня, конечно, был парень, с которым я встречалась еще в бытность студенткой, но его галантности и финансов хватало только на редкие шоколадки, а терпения на ухаживания — ровно до конца института.

Наверное, я слишком глубоко задумалась, потому что снова заглянувший в комнату хозяин дома поинтересовался:

— Что-то не так? Таль, это просто цветы.

— Это не просто цветы, — негромко проговорила я, возвращаясь в реальность. — Это мои первые цветы. И неважно, что они от друга, а не от любимого мужчины, это все равно первые цветы.

Он подошел к