На этом все трое отправились во дворец. Я поспешила за ними, рассчитывая, что они скажут ещё что-то ценное, но, к сожалению, разговор перетёк в русло, которое не имело к Мендине ни малейшего отношения.

Интересно, куда же всё-таки наведывалась королева, если её поездка заинтересовала целую Тайную канцелярию?

6-5

Совпадают ли интересы к её величеству у Алхимика и у канцелярии? И нужно ли мне докладывать об услышанном? Вроде бы Алхимик говорил, что если услышу нечто любопытное, то должна поделиться с ним информацией.

А ещё задумалась, чем заняться до возвращения Гринальда.

Побродила по дворцу, прислушиваясь к разговорам придворных. Вдруг ещё кого-то взволновал отъезд королевы. Но нет – люди говорили о ком угодно, только не о Мендине. Мне было стыдно перед теми, кого я подслушивала, но успокаивала себя мыслью, что я на задании, успешные результаты которого помогут вернуть мне видимость.

Повстречала Тюранну. После вчерашнего видеть её не могла, поэтому даже отвернулась, проходя мимо.

Гринальд приехал ближе к обеду. Я как раз околачивалась в вестибюле, когда он вошёл.

Памятуя, что у него хороший слух, поднималась за ним по лестнице осторожно, следуя на расстоянии в дюжину ступеней.

На площадке второго этажа принц столкнулся с уже знакомой мне брюнеткой. Интересно, она тут случайно оказалась или... Впрочем, какая мне разница.

— Ты был на конной прогулке? — поинтересовалась она, преграждая ему путь.

— Да, прогулялся немного, — кивнул он.

— Какие у тебя планы на вечер? — с затаённой надеждой в голосе поинтересовалась брюнетка.

— После обеда буду читать, а вечером мы с Яризаром договорились пофехтовать, — ответил принц.

— А потом? — не унималась липучка.

— Потом... Если хочешь, пойдём погуляем, — предложил Гринальд, хотя особого желания в его тоне я как-то не заметила.

— Конечно, хочу! — обрадовалась девица.

Кто бы сомневался, что ты придёшь в восторг.

Вообще, как мне показалось, брюнетка совершенно ему не подходила. Ну не видела я их парой и всё тут. Нет, она была симпатичная и внутренний стержень в ней, в отличие от той же Тюранны, присутствовал. Ну, не стержень, скажем так, а стерженёк.

Однако вышеперечисленное не создавало впечатления, что она достойна этого мускулистого красавца.

— Кстати, говорят, вчера Жерсан зашёл к фрейлинам и вышел оттуда через два часа! — поведала брюнетка принцу свежую новость.

— Ну и что? — равнодушно бросил Гринальд.

— Вряд ли они там о ногтях и причёсках разговаривали, — предположила девица и перешла на шёпот: — Мне кажется, Жерсан предавался с ними любовным утехам!

— Не исключено, — тон принца оставался безучастным к сенсации.

— Но сразу с двумя девушками! — неверяще помотала она головой.

— Уверен, для него это не предел, — Гринальд презрительно скривился. — Ладно, я пошёл, — заторопился он, явно не желая продолжать тему.

Последовала за ним – вдруг он к матери заглянет. Надо ли говорить, что шла предельно тихо?

Не дойдя шагов десяти до покоев королевы, принц вдруг замер и обернулся.

Я застыла как вкопанная.

6-6

Постояв в звенящей тишине секунд пять, он развернулся и пошёл дальше.

Сразу двинуться с места не решилась. Лишь спустя несколько мгновений осторожно продолжила путь.

Гринальд резко развернулся на месте и вновь замер.

Мама!

— Кто здесь? — спросил он, скорее, самого себя.

Я не то что на цыпочках – на мысках, как балерина, засеменила в сторону лестницы. Спиной чувствовала, что Гринальд двинулся следом.

В этот момент, весело щебеча, с лестничной площадки в коридор вышли фрейлины.

Воспользовавшись заполнившими этаж звуками, в ужасе рванула вперёд и сбежала по ступенькам на второй этаж. Там остановилась, обернулась.

Принц уже стоял сверху на площадке с видом хищника, упустившего добычу.

По счастью, снизу по лестнице поднималась какая-то женщина. Стук её каблуков дал мне возможность стремительно спуститься на первый этаж. Там уже было людно, поэтому я слегка выдохнула.

Ну вот и всё, конец моей миссии, конец надеждам вновь стать видимой. Уж не знаю, откуда у Гринальда такой слух, но факт в том, что он меня засёк. Алхимик, помнится, за ужином гордился, что он единственный в мире, кто смог создать эликсир невидимости, из чего можно сделать вывод, что принц не понимает, что перед ним невидимка. Но мне-то от этого не легче. Теперь я не смогу к нему приблизиться, и, как следствие, не услышу то, что интересно Алхимику.

Из глаза вытекла слеза и побежала по щеке. Я даже не сразу осознала, что её могут увидеть.

Поспешно вытерла слезинку, пока никто не заметил.

Нет, ну правда, что мне теперь делать? Как в таких условиях продолжать слежку? Да я теперь к его высочеству ближе, чем на сто шагов не рискну приближаться!

Совершенно опустошённая я вышла из дворца вместе с каким-то мужчиной и побрела в сторону фонтана. Однако до него не добралась – и сил уже не было куда-то идти, и ноги ныли от постоянного хождения босиком, и душа ныла от полнейшей безысходности.

Суток не прошло, а меня уже раскрыли! Ну, не то чтобы прямо раскрыли, но о существовании постороннего невидимого объекта, как минимум один человек знает. И не важно, как он себе этот объект представляет, что о нём думает. Важно, что теперь он начеку. К нему нельзя подходить близко, за ним нельзя следить.

Что я скажу Алхимику на встрече? Известно только то, что скажет он: «Ты провалила операцию, поэтому навсегда останешься невидимкой!». А потом поймёт, что я могу отомстить и задушит меня, если не успею удрать.

Может, вовсе не ходить на стрелку? Но что мне это даст? Вообще ничего.

Я просидела на скамейке до самого вечера. Иногда вставала, чтобы размяться, потом опять садилась.

В какой-то момент задремала. Это было более чем беспечно, но я действительно потеряла над собой контроль. Меня просто вырубило. Сказались и беспокойный сон ночью, и усталость, накопившаяся за последние дни, да и от жары разморило.

Проснулась от чьих-то голосов. Открыв глаза, увидела на дорожке Гринальда. Рядом, держа его под руку, шла брюнетка.

Опомнилась слишком поздно. Нужно было сразу оторвать от