То, как она меня разглядывала, мигом стерло любой возможный дискомфорт от того, что я раздеваюсь, пока она остается полностью одетой.

— Так сколько тебе было лет? — повторил я.

— Едва исполнилось девятнадцать. Технически ты не спрашивал, но так и быть, скажу — в первый год после смерти отца я влипла в целую кучу паршивых, токсичных отношений. Одиночество в таком юном возрасте меня изрядно подкосило.

— А как давно ты ни с кем не встречалась серьезно?

Она одарила меня дразнящей улыбкой.

— Правда или действие?

Если я снова выберу действие, то в итоге окажусь голым, пока она будет сидеть полностью одета.

— Правда, — сказал я.

— О-о-о, — в ее глазах промелькнул озорной огонек.

Кажется, я об этом пожалею.

— Кто твой любимчик в стае? — поинтересовалась она.

Это было куда лучше, чем я ожидал. Может, она просто решила растянуть удовольствие от моей капитуляции.

— Коннор.

— Почему?

Я выразительно посмотрел на нее.

Она махнула рукой.

— Правда.

Если я хотел хоть как-то уравнять шансы в плане одежды, мне нужно было заставить ее выбрать действие, задав вопрос, на который она точно не захочет отвечать.

Да и я, честно говоря, не горел желанием слушать ответ.

— Опиши во всех красках и мельчайших подробностях каждый миг твоего последнего секса, — выдал я.

В ее глазах вспыхнул восторг.

— Черт, Джонс. Не думала, что ты на такое способен. Я впечатлена.

— Я стараюсь соответствовать, — протянул я.

Джейд рассмеялась.

— Ладно, валяй свое действие.

— Снимай футболку.

Она стянула ее через голову, и мой член тут же дернулся.

На ней не было лифчика.

Мать твою.

Она сидела, откинувшись назад и упершись ладонями в пуфик, с абсолютно непоколебимой уверенностью. Впрочем, имела на это полное право. Ее грудь была просто идеальной.

— Окей. Почему Коннор твой любимчик? И кстати, я его раньше встречала? Это не часть вопроса, но раз уж я теперь технически в твоей стае, хотелось бы знать.

— Ты его не встречала. У него длинные волосы, о которых Эбби твердит на каждом книжном клубе, так что ты бы его точно запомнила. Он мой любимчик, потому что не лезет не в свое дело. Большинство остальных ублюдков слишком навязчивы со своим «качественным временем» и прочей подобной херней.

— Как они смеют заботиться о тебе и хотеть проводить с тобой время!

— Вот именно.

Она закатила глаза, но при этом улыбалась.

— Правда или действие? — спросил я.

— Правда.

— Как давно ты ни с кем не встречалась серьезно? — Да, я вернул ей этот вопрос.

— Восемь лет, вообще-то. После получения бакалавриата у меня с мужчинами как-то не ладилось. Я бываю… слегка напористой, — она подняла два пальца, показав крошечное расстояние между ними.

Эту ее напористость я прочувствовал еще в душе.

— И почему это мешает тебе встречаться?

Она пожала плечами.

— Думаю, это многих пугает.

— Значит, они тебя не достойны.

— Знаю, — ее уверенность была чертовски сексуальной. — Правда или действие?

— Правда.

— Если бы ты мог трахнуть меня прямо сейчас в любом месте в этом доме, что бы ты выбрал?

Этого следовало ожидать. Член стоял так твердо, что было почти больно.

Во мне не было столько азарта, чтобы всерьез переживать из-за победы в игре. Я бы приготовил ей еду, даже если бы выиграл.

Но вызов в ее глазах говорил о том, что она не ждет от меня ответа. Она хотела продолжать игру, а о моем отношении к сексу была весьма превратно-скромного мнения. Так что я решил играть дальше.

— В душе, — сказал я.

— И как бы ты это сделал?

— Правда или действие, Гувер?

Ее глаза блеснули.

— Правда.

— Если бы я мог трахнуть тебя в любом месте в этом доме прямо сейчас, что бы выбрала ты?

— Джонс, кажется, ты официально раскусил эту игру.

— Учился у лучших.

Она изучала меня, все так же откинувшись на ладони. Она сидела на моем пуфике с таким видом, будто ей здесь самое место.

Может, так оно и было.

— Действие, — сказала она, удивив меня.

Мне нужно было что-то стоящее. Что-то, чего она не захочет делать.

— Прыгай в озеро, — предложил я.

Джейд передернуло от этой мысли.

— Ладно, пусть будет правда. Честно говоря, я бы просто залезла на тебя прямо здесь. На диване, — она указала на меня. — Правда или действие?

— Правда.

— Как бы ты трахнул меня в душе?

— В той же позе, что мы стояли. Лицом к лицу, ты спиной к стене, руки над головой.

— Кажется, в тебе дремлет кинк на доминирование.

— Возможно. Правда или действие?

— Теперь, когда на кону ледяное озеро, можешь считать, что отныне я выбираю только правду.

— Как бы ты меня трахнула?

Прежде чем ответить, она медленно окинула меня взглядом.

— Я бы просто села к тебе на колени и зацеловала до беспамятства. А там одно за другое…

Эрекция и не думала спадать.

— Правда или действие? — спросила она.

— Правда.

— У тебя когда-нибудь были фантазии или эротические сны о Коринн?

Лицо невольно исказилось от отвращения, и мой член наконец немного обмяк.

— Нет.

— Ни разу?

— Ни единого раза, Гувер.

— Черт. Судьба и правда крупно облажалась.

— Ага. Правда или действие?

— Правда, — она запустила руку в волосы, еще сильнее запутывая длинные влажные пряди. Ее последний вопрос довольно сильно выбивался из той игры, которую она сама затеяла.

Впрочем, именно в это она и хотела играть. И я понимал, что она делает. Чем больше мы узнаем друг друга и чем комфортнее нам будет физически, тем легче будет привыкнуть к тому, что мы пара.

Неловкость между нами уже заметно поутихла. И я определенно был не против сократить дистанцию еще немного.

— Ты хочешь, чтобы я трахнул тебя прямо сейчас? — спросил я.

Ее щеки вспыхнули.

Казалось, ее не так-то просто смутить. Я впервые видел, как она краснеет.

— Действие, — сказала она. — Пожалуйста, придумай что-нибудь получше озера.

— Ладно… — я наблюдал, как она теребит кончики волос. Она пыталась не выглядеть скованной, но мой вопрос явно выбил ее из колеи.

Она уже проявила инициативу в душе, когда я сам еще сомневался. Наверное, ей не хотелось снова делать первый шаг.

Я бы и сам не захотел. Теперь была моя очередь брать на себя инициативу.

— Садись ко мне на колени, — скомандовал я.

Ее глаза слегка округлились. Она не двинулась с места сразу. На мгновение я даже подумал: а не ответит ли она на вопрос отказом — мол, нет, я не хочу, чтобы ты меня пялил.

Но после секундного колебания она опустилась ко мне на колени.

Она все еще была без футболки,