свою очередь укоризненно взглянув на него прошла к одному из шкафов и достав чистую карточку вернулась к своему креслу повернувшись к нему спиной.

— Так Алексей, раньше Вас у нас не было, поэтому сейчас заведем карточку как нового пациента и сделаем осмотр как положено. — Кивнув головой на боксы продолжила — Проходите и располагайтесь на кушетке. Верхнюю одежду и обувь снимайте, раздевайтесь до белья и ложитесь на кушетку на спину. Я сейчас подойду, и мы с Вами голубчик все за вас выясним. Стесняться меня не надо, целителей стесняться вообще не положено — она рассмеялась — вредно для здоровья.

— Я не стесняюсь Ольга Николаевна, Гиппократ запрещает — вернул остроту Алексей и прошел к ближайшему боксу.

— Вот и славно. Итак, Алесей фамилия имя отчество дата рождения место рождения, место проживания, семейное положение, сословное состояние, перенесённые ранее заболевания, противопоказания?

— Белов Алексей Николаевич родился 1 августа 1878 года — при этом чуть не ляпнув по привычке свою дату рождения как Белова старшего и успев остановиться в последний момент — место рождения город Тобольск, проживаю в общежитии школы, сирота, потомственный дворянин, ранее были только простуды, противопоказаний не знаю, вроде бы нет таких.

Пока Алексей рассказывал о себе он успел скинуть пальто и верхнюю одежду, положив их на табурет около кушетки, а ботинки с носками, при этом мысленно порадовавшись что носки целые и только максимум как час ношеные, под кушетку улегся на ее прохладную поверхность. В медпункте было комфортно — и не жарко и не холодно. Пока Ольга Николаевна заполняла документы и готовилась к осмотру Алексей лежал и смотрел в потолок, с десяток ссадин и гематом теперь чувствительно болели, давая о себе знать.

Возможно рассказ Алексея о том, что он сирота, возможно понимание, что если он назвал только адресом проживания общежитие при школе, что жить ему по факту не где сыграло свою роль, по крайней мере, как ему показалось взгляд у нее стал добрее и теплее.

Встав рядом с кушеткой и подняв над недоумевающим этой позе Алексеем обе руки на высоте сантиметров двадцати от тела, она начала делать то от чего, он забыл дышать. Вокруг рук у нее засветилось светло зеленое марево, которое начало спускаться к его телу и обволакивать его. А Ольга Николаевна, закрыв глаза чему-то хмурилась, со стороны это выглядело как будто она слушает что-то. С таким видом обычно слушают шум моря в раковине, найденной на берегу. Открыв резко глаза, она увидела, наверное, очень глупое и удивленное лицо парня потому что спросила:

— Ты что не видел никогда целителей?

— Не видел Ольга Николаевна у нас в школе Тобольске такого не было.

— Хмм странно, это вообще обязательная процедура.

— Я был на домашнем обучении у матушки последние несколько лет, возможно поэтому — вывернулся Белов похолодев от того что сейчас Штирлиц как никогда был близок к провалу.

— Очень может быть. Ладно, ссадины и твой красивейший фингал я убрала — Белов в очередной раз с удивлением посмотрел на свой совсем не могучий торс и увидел подтверждение ее слова. Ни следа от гематом и ссадин не было. Увидев его удивленный взгляд Ольга Николаевна снова улыбнулась и продолжила.

— Внутренних травм и скрытых болезней нет. Патологий нет. — при этом каждому диагнозу кивая в такт словам, как бы подтверждая и конспектируя для себя. — Общее состояние организма, ослабленное ввиду явного скудного рациона — при этом Алексей покраснел, ему стало неудобно и стыдно, ну а женщина сделала вид что этого не заметила и продолжила — также рекомендую больше бывать на улице и заниматься общеоздоровительной гимнастикой. Так как без магического источника пока организм должен развиваться за счет самого себя. В общем так. Можете Алексей одеваться, на следующей неделе придете во вторник после занятий, сделаем контрольный осмотр и тенденции организма проверим. А пока все, Вы свободны — рекомендую крепкий сон и до обеда и после.

С этими словами выйдя из бокса женщина села к себе за стол и начала заполнять его карточку. Алексей же в свою очередь был в состоянии как говориться пыльным мешком по голове ударенный. Как сомнамбула он оделся и сказав слова благодарности попрощавшись вышел из медпункта в полном раздрае. То, что он увидел только, что разрывало его на части — вот она какая магия. Если раньше он об этом и думал это все казалось ему совершенно далеким. Даже во время вчерашней драки, рука одного из уродов объятая синим казалось прошла мимо сознания. Но это? То, что он только что увидел ошеломило его.

Глава 5

31 марта 1894 года Суббота город Буй Костромской Губернии

Дорога обратно до общежития не отложилась в Лехиной памяти вообще. Добрался он как говориться на автопилоте, иначе и не назвать. Пришел немного в себя уже в своей комнате сидя на кровати и бездумно пялясь в стену. Даже нет, наверное, определения тому состоянию, в котором он сейчас находился — всё привычное для Белова было разорвано в хлам. Как еще сказать? То с какой привычной легкостью оперировала Ольга Николаевна этими своими магическими силами мало того, что поражало и приводило в ступор, так еще и говорило, что это волшебство настолько здесь обычно — наверное, как мобильный интернет на телефоне в прошлой жизни. Это было волшебно, волнующе и дико обидно. Обидно что, попав сюда в этот мир с такими волшебными, фантастическими возможностями ему ничего не светило с магией. Алексею пришло на ум сравнение происходящему с ним сейчас — это, наверное, так должен чувствовать себя человек, который никогда не был на море, пахал пол жизни и вот оно счастье — купил горячий тур куда ни будь в Таиланд на неделю, а по прилету ураган и ливни. И просидеть всю неделю в номере. И надежды нет что, улетев оттуда ему удастся прилететь еще хоть раз в тропический рай — пусть и столь беспощадный к его желаниям. И не улететь назад нельзя. Как говориться — это фиаско братан. Может аллегория и вышла не очень удачной — но именно она пришла ему на ум в момент размышлений.

Подумать только, сутки — всего лишь несчастные сутки и жизнь перевернулась с ног на голову и так несколько раз. Вообще конечно грех жаловаться то по сути. Понятно, что Белов старший погиб там на том мартовском броду, и получил просто роскошный шанс прожить жизнь заново. Снова шестнадцать лет,