– Вожака нашего, – поймала мой взгляд Дариса.

– Он один живет? Или с родителями? – полюбопытствовала я, желая узнать о мужчине, к которому неравнодушна, побольше.

– Нет у него никого, – тихо ответила волчица, и ее лицо на мгновение омрачилось.

Она не стала вдаваться в подробности, лишь нахмурилась и сочувственно вздохнула, и в этом было столько невысказанной печали, что у меня екнуло сердце. И вопросов, разумеется, после этих повисших в морозном воздухе слов, стало еще больше, но задавать именно их было точно неуместно, ведь они касались моего личного интереса к Ильгару.

– Ну, вот мы и пришли, – отвлекла меня тетушка Дариса, показывая рукой на площадь, полную жизни.

Повсюду стояли прилавки, полные товаров. Казалось бы, вещи, на первый взгляд, простые – одежда, утварь, посуда, но стоило присмотреться, и дух захватывало.

Вышивка на льняных рубахах была такой сложной, с переплетением узоров, напоминающих следы на снегу, что я несколько минут рассматривала ее, как завороженная. Глиняные миски и кружки оказались расписаны изящными оттисками волчьих лап, а деревянные шкатулки покрыты резьбой, изображающей бегущих через лес зверей. Повсюду сверкали ожерелья из полированных бусин и клыков диких хищников, а прочные плетеные корзины так и просились в руки. Мастерство оборотней впечатляло.

Я с трудом оторвалась от пока что ненужных мне вещей, вдохнула поглубже. В воздухе пахло морозом, свежеиспеченными пирогами с мясом и ягодами, сушеными травами и медом. Между прилавками с визгом носилась малышня, но не обращала на меня внимание. А вот взгляды взрослых на себе я то и дело ловила. В основном они были любопытные, но знакомиться и подходить никто из волков ко мне не спешил, еще осторожничали.

Лишь один взгляд необычайно красивой брюнетки, которую под локоть придерживал суровый на вид волк, что-то тихо говоривший ей, задержался на мне дольше остальных. И сквозило в нем не простое любопытство, а легкая, но явная неприязнь. Волчица уже обернулась к спутнику, а я невольно поежилась, словно от холодного ветра.

– Это Лора, она недавно в нашу стаю вошла, – тихо пояснила Дариса. – Не обращай внимания на ее эмоции. Не любит она людей, особенно магически одаренных.

– Почему? – поинтересовалась я, безуспешно пытаясь согреть замерзшие руки.

Варежки я где-то в лесу все же потеряла, новых пока не приобрела, а рукавицы, что одолжила Дариса, не спасали от холода.

– Глупость Лора однажды совершила, пустила тьму в сердце, да такую, что либо стаю ей нужно было менять, либо к людям уходить, а последнее для волчицы подобно смерти. Наш вожак ее взял под свою защиту, дал шанс. Добрый он, хоть и кажется на первый взгляд суровым.

Я не нашлась, что на это ответить. Добрый хищный волк? Раньше мне казалось, что такого не бывает даже в сказках. Но Ильгар, похоже, и правда был особенным. Это чувствовалось и по его заботе и вниманию ко мне, которых могло быть в разы меньше, ведь я пока ничем их не заслужила, и смогу ли помочь волкам – вопрос открытый. И очень ярко ощущалась по рассказам Дарисы и по тому, как волки встречали его вчера в общем доме. В стае Ильгара и уважали, беспрекословно слушаясь, и любили. К плохому вожаку отношение явно было бы иным, и скрыть его не получилось бы даже от меня, чужачки.

Дариса провела меня к просторной одежной лавочке, где хозяйкой оказалась голубоглазая женщина средних лет, а помогали ей с клиентами две дочки-красавицы на выданье.

Но не успели они предложить мне помощь, как в лавочку одна за другой стали заглядывать волчицы. Вроде как по делу, прицениться к новым нарядам, посмотреть на недавно сделанные пояса, но их взгляды так и скользили в мою сторону. Видимо, любопытство все же пересилило, хотя небольшая настороженность все оставалась.

Я всем приветливо улыбалась, старательно пытаясь сосредоточиться на выборе теплых рубашек и платьев.

– А вам вот этот узор лучше всего подойдет, – решилась одна из волчиц обратиться ко мне, показывая на рубашку, расшитую алыми цветами. – Обережный он. У нас одежду с ним все человеческие женщины в стае носят.

Я замерла, осознавая, что среди оборотней, оказывается, прижились и люди. Хм… Интересно, это потомки тех самых невест для снежных волков, о которых упомянула богиня? Или волки по каким-то причинам принимают иногда в стаю людей?

– И вот этот наряд, с голубыми незабудками, – поддержала ее вторая волчица, уже постарше, протягивая платье нежного серого цвета с вышивкой и отвлекая меня от мыслей о людях в стае. – Цвет спокойствия и умиротворения.

Я не успела даже поблагодарить, как меня мягко, но настойчиво окружили. Теперь отказаться от их помощи, даже если бы я захотела, не представлялось возможным. Да и когда к тебе относятся с таким теплом, стоит ли?

В какой-то момент у меня даже комок в горле встал, так я растрогалась от этой заботы незнакомых людей. Ни с сестрами, ни со знакомыми девушками в деревне, не сумевшими стать моими подругами, я никогда так не выбирала наряды – с шумом, смехом, примерками и десятками вопросов.

Волчицы с нескрываемым любопытством расспрашивали о жизни людей, и тихим голосом – про богиню и мою встречу с вожаком. На последние вопросы я отвечала уклончиво, чувствуя здесь сокровенное, чем ни с кем не хотелось делиться.

Наконец, определившись с покупками, поблагодарив всех и получив кучу приглашений заглядывать в гости на чай, я сложила свертки в большую плетеную корзину. Ее тут же вызвались отнести в дом тетушки Дарисы двое волков-подростков, что прогуливались возле лавки.

– Она тяжелая, – попробовала я отказаться.

– Не для волков, тем более только недавно обернувшихся, – пояснила тетушка Дариса, кивая мальчишкам, которые мигом вдвоем ухватились за корзину. – Захар и Лука как раз с неделю назад стали полноценными оборотнями. Кровь играет, активность запредельная, физическая сила в разы возросла. Костяк, правда, у них еще меняется, мышцы до конца не окрепли, да и сила окончательно не выровнялась…

– А когда…

– К ближайшему полнолунию. У снежных волков всегда так происходит.

– А у других оборотней иначе?

– Есть свои особенности, но обычно о них за пределами стаи не распространяются.

Я кивнула. Тетушка Дариса повернулась ко мне.

– Так, я ненадолго отлучусь, загляну в швейную лавку за заказанной пряжей, а ты пока отдохни от нашей шумной волчьей компании.

Она исчезла в пестрой толпе, а я только хмыкнула в ответ на ее последние слова. Кажется, кто-то переживает, что после двухчасового общения с волчицами я устала, но все было с точностью до наоборот.