настаивает на том, чтобы девушка прекратила общение с Терренсом, навсегда забыла о нем и все то, что она пережила рядом с ним.

И как бы Ракель ни старалась, ее разум с огромным перевесом побеждает чувства, которые проснулись внутри нее буквально после долгой спячки. Проснулись тогда, когда она вот-вот потеряет то, что когда-то совсем не ценила.

— Я понимаю , о чем ты говоришь, — тихо произносит Ракель. — Прекрасно понимаю…

— Все это так удивительно… — задумчиво отмечает Терренс. — То живешь спокойно и не страдаешь от того, что тебе чего-то не хватает. А тут вдруг появляется кто-то, кто одним лишь своим присутствием заставляет идти вперед, несмотря на нежелание или усталость. Да, этот человек никогда не говорил мне ободряющих слов и не мотивировал добиваться желаемого. Но… С ним мне было проще…

— Я знаю.

— Тем не менее у меня была мотивация. Я слышал похвалу. Слышал, как меня мотивировали добиваться своей мечты. Мечты стать музыкантом. До этого у меня были сомнения. Но когда ты предложила попробовать себя в музыке, я понял, что должен попробовать. Тем более, что ты поддерживала мое желание. Но потом это прошло. Тебе стало все равно. А у меня ничего не получалось. Никто не хотел со мной работать.

— Я понимаю, но ты прекрасно знаешь, что мы больше не сможем быть вместе, — с подступающими к глазам слезами более низким голосом отвечает Ракель. — После того что между нами было, мы никогда не сможем доверять друг другу.

Ракель нервно сглатывает.

— Может, раньше у нас и был шанс наладить отношения, — добавляет Ракель. — То сейчас не остается ничего другого, кроме как смириться с расставанием.

С этим словами Ракель присаживается на песок напротив океана и начинает наблюдать за огромными волнами, которые приносит и уносит сильный ветер. Терренс также присаживается на рядом с ней, почувствовав невыносимую боль после этих слов и мечтая осознать, что все происходящее – всего лишь страшный сон. Однако он изо всех сил подавляет в себе желание закричать на весь пляж о своей боли и старается так или иначе скрыть свои чувства под маской безразличия.

— Я знаю , — без эмоций во взгляде низким голосом произносит Терренс. — Именно поэтому я уже ни на что не надеюсь.

— Сейчас я уже более-менее пришла в себя, — тяжело вздохнув, задумчиво признается Ракель. — Начала все более-менее понимать… И… Я больше не вижу смысла… Откладывать разговор о расставании.

— И… — Терренс слегка прикусывает губу, чувствуя, как он становится одержимым сильным волнением, и понимая, что ему немного трудно дышать. — Значит… Мы все-таки… Расстаемся ?

— Да… — Ракель переводит грустный взгляд на Терренса. — Нет смысла мучить друг друга. Будет намного лучше, если мы разойдемся и будем жить своей жизнью. Не вспоминая о том, что между нами что-то было.

Из-за этих слов Терренс становится еще более мрачным и расстроенным, чувствуя себя так, будто ему в сердце воткнули огромный кинжал до самого основания. Однако мужчина прилагает усилия для того, чтобы не показать, насколько ему плохо. Хотя грусть в глазах все равно невозможно скрыть, и она ясно дает понять, что он думает на самом деле. Впрочем, и сама Ракель отчаянно сдерживает себя и свой порыв выпалить всю правду и вымолить еще один шанс, натянув на свое лицо что-то вроде улыбки и стараясь вести себя как можно спокойнее.

Глава 19.4

— Хорошо… — низким голосом произносит Терренс. — Я тебя понял.

— Не беспокойся, я не буду говорить о тебе ничего плохого, — спокойно обещает Ракель. — Не стану рассказывать всем, что ты ужасный человек, и так или иначе поливать тебя грязью.

— Я тоже. Я тоже буду относиться к тебе с уважением и не стану сквернословить.

— Да, может быть, мы много ругались и были похожи на кошку с собакой. Но сейчас я хочу положить этому конец и сделать все, чтобы мы решили этот вопрос без скандалов.

— Да, конечно, — кивает Терренс. — Я все понимаю. И поддерживаю тебя.

— Хотелось бы верить. В любом случае я больше не хочу с тобой ругаться и в чем-то тебя обвинять. Что было, то было. Не будем об этом вспоминать.

— Ты права.

— По крайней мере, мы не успели пожениться. А иначе бы процесс расторжения брака затянулся бы на несколько месяцев. И нам пришлось бы долго ждать, прежде чем вычеркнуть друг друга из жизни.

— Верно… Если бы мы были в браке, нам пришлось бы делить совместно нажитое имущество. А если бы еще и дети родились, то развод длился бы вечность.

— Да, — бросает легкую улыбку Ракель. — А сейчас мы можем просто попрощаться друг с другом и отпустить.

— Конечно, будет трудно принять факт, что мы расстаемся, — низким голосом неуверенно говорит Терренс и нервно сглатывает. — Но мы должны двигаться дальше. Должны… Отпустить друг друга…

— Да…

— Тем более, что я и сам понимаю, что мы допустили слишком много ошибок, после которых мы… Не можем быть вместе…

— Ты прав…

Ракель и сама чувствует, как сердце сжимается от того, что ей приходиться видит Терренса столь грустным и еще более подавленном после того, она сообщила ему о желании окончательно разорвать отношения. Хоть девушка думает, что это вряд ли поможет, все же она предпринимает попытку хоть как-то утешить мужчину, который едва сдерживает свои эмоции и изо всех сил пытается сохранять на лице маску безразличия.

— По крайней мере, ты всегда сможешь обратиться ко мне, если тебе будет нужна помощь или дружеский совет, — более низким голосом дает понять Ракель.

— Значит… — неуверенно произносит Терренс. — Мы можем… Сохранить… Хорошие отношения?

— Конечно, можем! Хоть наши романтические отношения прекращаются, это не означает, что мы не можем общаться и быть друзьями.

— Да, конечно… — еще более низким, тихим голосом произносит Терренс, становясь все мрачнее. — Мне кажется, люди, которые решили вступить в отношения, так или иначе остаются друг другу близки. Ведь за время романа они вряд ли