Петя заметно занервничал и, сломав две спички, с третьей попытки все же извлек огонь и, глубоко затянувшись, перевел на меня свой взгляд.

– У нас в последние дни отношения слегка натянуты, он пристально следит за мной, словно не доверяет. Так что я даже и не знаю, если они спелись с ними, то вполне себе могут нас кинуть. Тебя-то точно, от тебя толку как от козла молока, да я тоже не самый крутой воин, к тому же я машину водить не умею. – ответил парень.

– Тогда нужно что-то делать. – сказал я парню.

– Согласен, но что? Что делать то?! Пойдем и попросим, чтобы они нас не бросали? – возмущенно спросил он.

– Ага, блин, кошка бросила котят, пусть е… хм… играют как хотят. – ухмыльнувшись сказал я. – Нет, это не вариант, нужно действовать более тонко и так, чтобы на нас даже не подумали.

– Ну так давай, предлагай.

– А чего сразу я? У тебя своей головы нет на плечах? – возмущенно спросил я.

– Але, кто из нас двоих еврей? Вы же все хитровыдуманные и изворотливые, так давай прояви свою натуру.

– Что за стереотипы? Ты еще так обидно все извратил!

– Ой, извини. – развел он руки в стороны.

– Может, это мы с тобой их ночью того? – сказал я, проведя по шее ногтем большого пальца. – А сами скажем, что они хотели напасть? – предложил я.

– Нет, это не вариант, уж поверь мне, тем более они должны быть при оружии, а не спать в палатках, тогда нас не только пошлют, но еще и прикончат. Ты же сам сказал, что действовать нужно тонко.

– Ладно, я попробую что-нибудь придумать, а то от тебя никакого толка, но если что, будь на подхвате. – строго сказал я парнишке.

– Не вопрос, я все-таки заинтересованное лицо. – согласно кивнул он.

М-да, ситуация крайне неприятная, и как ее исправить, мыслей пока никаких. А что-то делать нужно, и это факт.

Глава 6

Неизвестная локация, Ил.

– Белые розы, белые розы – беззащитны шипы. Что с ними сделал снег и морозы, лед витрин голубых? – орал я во всю глотку, едва стоя на ногах.

– Да твою-то мать! Заткнись уже! Дай мне поспать! Твое пение просто невыносимо! И как вообще можно петь почти шесть часов без перерыва! – влетев в мою камеру, кричал на меня пленитель и вдовесок в очередной раз ударил кулаком по ребрам.

На этот раз удар ему удался, и я бы даже скрючился от боли, если бы руки не висели под потолком.

– Так дай мне воды, и я заткнусь! – морщась от боли, ответил ему я.

– Ага! Сейчас! Если я дам тебе воды, ты будешь орать еще громче!

– Не исключено. – выдавив довольную улыбку и пожимая плечами, ответил я. – Но тогда голос будет более приятным и бархатистым, я тебе тогда даже колыбельную спою, хочешь?

– Какой же ты урод! – скуксившись, прошипел пухляш и вышел из камеры.

– Ложкой снег мешая! Ночь идет большая! Что же ты, глупышка, не спишь! Спят уже соседи! Белые медведи!

– На-на, подавись! И заткнись! Сука! – ворвался в камеру надзиратель, неся в руках бутылку с минеральной водой, из которой торчала соломинка.

– Когда даешь воду, правильно говорить «захлебнись»! Пожелаешь подавиться, когда кормить меня будешь с ложечки. – хохотнув, прокомментировал я.

– Какой же ты душный! – обреченно прошипел он и поднес горлышко бутылки к моему рту.

– Ты сам меня сюда притащил, так что крепись, дальше будет только хуже. – хохотнув, сказал я и, обхватив соломинку губами, начал жадно пить воду.

– Э-э-э, р-р-р-р! Хорошо! – с облегчением сказал я, извергнув из себя мощную отрыжку. – Извини, я тебя не забрызгал?

– Сука, и чего я с тобой вожусь-то? – злобно прошипел он, глядя мне в глаза.

– Это ты мне скажи.

– Короче так, я пошел спать, а ты жди меня тут, если ты издашь хоть еще один писк, я вот что с тобой сделаю. – злобно произнес толстяк, а затем вынул из ножен, висящих на поясе, здоровенный блестящий нож и провел его лезвием по моей груди, от чего на ней образовался неглубокий порез и обильно потекла кровь. – Я понятно объясняю? – уточнил он.

– Более чем! Иди отдыхай, у тебя явно был тяжелый день. – натянув улыбку на лицо, ответил я.

– Вот и чудненько, люблю послушных мальчиков. – похлопав меня ладонью по щеке, сказал он, а я едва сдержал себя, чтобы не пошутить.

Время шло, ноги и спина уже отваливали, а кисти затекли настолько, что я перестал их чувствовать. Ситуация пугающая, попасть в сети к хейтеру – это вам не шутки, особенно сейчас, когда тормоза уже ни к чему, ведь добрые дяденьки полицейские к нам сюда не придут и не скажут ему: «Ай-яй-яй! Ты плохо себя вел, пошли в тюрьму!»

То, что взрослый тип, помешанный на видеоиграх, ведет себя подобным образом, говорит о том, что он не одарен интеллектом. Но как знать, что он для меня приготовил, ведь у него однозначно есть какой-то план, но какой? Вероятнее всего его реализация закончится для меня плохо, в лучшем случае – смерть, в худшем он отдаст меня на съедение зомби, а то и заразит меня вирусом самостоятельно. Значит, нужно бить его в слабое место – в голову, нужно вынудить его развязать меня и заставить ослабить бдительность. Идейка одна есть, но не уверен, что она подействует.

* * *

– Илюшенька, как ты? Выспался? – ехидным голосом спросил у меня мужичок, смачно откусив от бутерброда с колбасой, обильно одобренного майонезом.

– Какой у тебя план? Что дальше, так и будешь держать меня тут, как пса на привязи? – безэмоционально спросил его я.

– Ой, а чего это ты такой грустный? Где твоя ухмылочка? Где твой норов? Перинка была жесткая? Сломался, бедненький? – ухмыляясь, произнес он.

– Устал чутка. – пожав плечами, ответил я. – Ну что, гений, ты озвучишь свой план? Какая участь меня ждет?

– О да! Я долго думал, как лучше поступить. – гордо заявил толстяк. – В общем, все будет просто: я прострелю тебе руки и ноги, а затем брошу на съедение зомби. Как тебе?

– Мммдяяяяя. Долго думал? – негодуя, покачав головой, спросил я.

– Что не так-то? Слишком страшно?

– Да нет, ты же понимаешь, что я откинусь еще до