измену, которой никогда не было, а потом сам же решил пойти на сторону… Но поверь мне, Терренс правда раскаивается в содеянном и сгорает от стыда перед тобой и всеми теми, кого он знает, и кто в курсе его омерзительного поступка.

— Я не хочу попрекать его за это, потому что в произошедшем есть и моя вина. Однако есть вещи, которые невозможно исправить. Можно раскаиваться до конца жизни и извиняться хоть сто раз, но после того что между нами произошло, доверие и любовь окончательно пропали.

— Что-то мне подсказывает, что он пошел бы даже на самый безумный поступок, лишь бы спасти ваши отношения от краха. Терренс понимает , что он виноват, и поэтому пытался стать лучше, когда ему был предоставлен шанс. Да, надежды у него практически не было, но он все-таки не сдался и не зарыл голову в песок. И за это я уже уважаю его.

— Я и сама начала еще больше уважать его после того случая, — скромно признается Ракель. — Если бы не его помощь, меня сейчас могло бы не быть в живых.

— Знаешь… — Бенджамин тихо вздыхает с грустью во взгляде. — В первые дни после вашей ссоры я реально не узнавал его. Этот человек начал делать то, чего никогда в жизни себе не позволял… И я имею в виду не только тот ужасный случай с пощечиной, но еще и частые посещения мест, где продают спиртные напитки.

— Он говорил.

— Помню, один раз Терренс немного переборщил с выпивкой, и мне пришлось отвести его к себе к домой и присматривать за ним, пока он не придет в себя. Он тогда остался у меня на ночь и пришел в себя только после обеда… Благо, моей матери дома не было, ибо она уехала куда-то по работе. Иначе бы она была в шоке…

— Ну да, я помню, что однажды он не ночевал дома.

— Правда его не остановило то, что он после этого буквально по стенке ползал от того, насколько ему было плохо. МакКлайф продолжил время от времени выпивать, хотя уже и в меньших количествах. Но в день вашей последней ссоры, после которой ты ушла из дома, он выпил всего одну стопку. И с этого момента я больше не видел его пьющим. Хотя не факт, что он вообще не пил после того случая. А может, и правда перестал. Ибо был увлечен той девчонкой, с которой он изменял тебе… Не знаю…

Как бы ни хотелось бы Ракель скрыть свои чувства, но после услышанного ей становится как-то тоскливо, и она начинает переживать за Терренса. Девушка боится, что мужчина в любой момент может вернуться к выпивке и потом не найти в себе силы остановиться. Переживает, что он может превратиться в зависимого от алкоголя человека и погубить себя, свою карьеру, свою жизнь и все-все-все. Хотя Ракель никогда и не думала, что все может до такого дойти, ведь выпивка и Терренс были несовместимыми вещами.

— Неужели ему было настолько плохо? — с грустью во взгляде спрашивает Ракель.

— Ты себе даже представить не можешь, насколько сильно, — с жалостью во взгляде отвечает Бенджамин.

— Насколько я знаю, Терренс практически не употреблял крепкие спиртные напитки.

— Верно, не употреблял. Иногда его было трудно уговорить даже выпить бокал шампанского или банку пива. Но в тот раз он пил все подряд. Начиная от того же пива и водки, заканчивая каким-нибудь ликером.

— Надо же…

— Я не узнаю нынешнего Терренса. Это не тот человек, которого я знал некоторое время назад. Тогда он был уверенным в себе и четко знал, чего хочет добиться. А сейчас ему плевать. На все. МакКлайф явно потерял смысл жизни и не хочет ничего делать. Только валяться на кровати и пялиться в потолок. Он будто стал каким-то овощем!

— Я его понимаю. Потому что и сама в первое время была овощем и ничего не хотела делать.

— А когда вы только познакомились, у него всегда было отличное настроение и боевой дух. Даже если один из вас либо не любил, либо любил не слишком сильно, все равно ты так или иначе давала ему жизнь и заставляла чувствовать его живым. Он сам так сказал. Даже когда вы с самого начала лаялись как кошка с собакой, в его глазах все равно был какой-то азарт. Какой-то яркий огонек.

Ракель ничего не говорит, потому что просто не знает, что ей ответить. Конечно, ей очень хотелось бы перебороть обиду и гордость и попытаться поговорить с Терренсом и поддержать его, но девушка не в силах это сделать.

— Ты можешь ничего не говорить, если не хочешь, — тихо, уверенно говорит Бенджамин. — Я и так знаю, о чем ты сейчас думаешь.

— Ты ничего не понимаешь… — качает головой Ракель.

— Я не говорю, что ты немедленно должна бежать к нему мириться и говорить о том, как сильно любишь его. Просто спокойно поговори с Терренсом. Попробуйте разрешить все свои разногласия. Короче говоря, наладь с ним хотя бы дружеский контакт. А уже потом можно и попробовать спасти свои отношения.

— Да мы вроде бы и так говорили…

— Говорили?

— Терренс был рядом со мной, пока я ждала каких-то новостей о своем дедушке, который три дня назад попал в больницу с сердечным приступом.

— Да ладно? Твой дедушка в больнице?

— Да, но сейчас ему уже лучше. Скоро его должны выписать домой.

— Надо же… Мне очень жаль…

— Сначала мы с Терренсом поспорили, и он явно хотел наплевать на свое желание остаться со мной. Но он все-таки смог перебороть себя, да и я нашла в себе силы хотя бы на время положить конец нашим ссорам. В итоге мы смогли объединиться и даже спокойно поговорили. Хотя после этого разговора ничего не изменилось.

— Ну знаешь, мне кажется, это уже очень хороший знак, — уверенно отвечает Бенджамин. — Даже если это было временное примирение, оно все равно должно как-то помочь вам.

— Мне помогло . Я уже не испытываю такой огромной злости, какую испытывала некоторое время назад. — Ракель бросает короткий взгляд