моя ясная, препираться я с тобой буду позже, с удовольствием и неспешно. А сейчас я тебя от опасности скрою, - и потащил ее в ближайшие кусты, при этом непрерывно размахивая второй рукой.

Вокруг нас все потемнело, поднялся сильный ветер, деревья заскрипели, размахивая ветками и норовя нас покалечить. Мы быстро побежали за впереди идущей парочкой, боясь упустить их из виду. И, как только вновь пересекли кусты, погода вокруг наладилась, и все смогли перейти с бега на шаг и отдышаться. Леший же выдернул из себя стрелу и бросил ее на землю. Баба Янина подняла ту с земли и понюхала.

- Любомиром пахнет и Тихоном, - огласила Янина результат «анализа».

Святояр взял у нее из рук стрелу и начал рассматривать:

- Это стрела Любомира, - проинформировал нас воевода: - И если она пахнет Тихоном, значит, он украл ее у Любомира и выстрелил в Лешего, чтобы подозрение пало на товарища.

- Вот злодей коварный, - возмущалась Яга, все еще нежно удерживаемая за руку удивительным сказочным персонажем.

- Ягушечка, что же это с тобой приключилось, что ты сама ко мне в лес пришла? - напомнил о себе Леший.

- Никакая я тебе не Ягушечка! - топнув ножкой, закапризничала престарелая кокетка, хлопая глазками и поправляя седенькие волосики: - Для тебя я - Яга Серафонтовна!

- Ну, конечно, Ягушечка! Яга Серафонтовна! Зачем же так нервничать? – преданно заглядывая в глаза, восхищенно соглашался зеленобородый: - Ты ножку свою страшненькую не ушибла?

От такого искреннего воркования умилился даже строгий воевода Святояр, и смотрел на эту «сладкую парочку», глупо улыбаясь.

- Ну и долго ты нас в лесной чаще держать будешь? – продолжала капризничать Яга: - Мы к тебе полдня ехали! Янина  с Машей все косточки в телеге растрясли! Утомилися мы в дороге!

Я думала от такой отповеди лесной мужик возмутится и научит наглую бабу Ягу вежливости, а он радостно заулыбался, подхватил своими руками-ветками объект своего обожания и скоренько понес его вперед по тропочке, аккуратно огибая стволы деревьев. Мы, пораженные нестандартным поведением, последовали за ними. Минут через двадцать лесовичок привел нас к маленькой лесной избушке. Торжественно поставив Ягу на землю, он, заметно волнуясь, произнес:

- Добро пожаловать, Ягушечка, ко мне в дом!

Баба Яга на это лишь закатила глаза и, быстро открыв дверь, шагнула через порог. Мы дружно перевели взгляд со скрывшейся внутри избушки сутулой спины бабульки на лесного мужичка:

- Ну и вы, что ль, проходите, - весело нам подмигнув, проговорил хозяин.

Мы не стали себя уговаривать и быстро последовали за нашей предводительницей. Как только вся честная компания переступила порог маленькой перекошенной, затерянной в лесной чаще, избушки, все вокруг изменилось. Мы очутились в хоромах с высокими потолками, поддерживаемыми высокими деревянными столбами, просторной гостиной, в которой горел очаг. Рядом с ним был накрыт разнообразными яствами стол. Бревенчатые стены были увешены разнообразным расписным оружием. А я-то, наивная, думала, что леший - это мирный сказочный персонаж. Видимо, мало я в детстве русских сказок почитывала!

 - Рад видеть тебя, Ягунечка, в моем доме, -  подойдя к старушке, пропел Леший, пытаясь снова взять ее за руку.

Бабулька отскочила от мужика, как ошпаренная:

- Ну что ты все не уймешься, старый пень? - негодовала бабулька: - Я же говорю, мы по делу!

- Ты права, моя ромашечка полевая, - покаялся ухажер: - Это все моя вина, начал, не накормив тебя с дороги, оказывать знаки внимания.

Яга протяжно завыла в потолок. Мы стояли в сторонке, стараясь даже не смотреть в сторону «молодых».

- А если я поем, ты меня выслушаешь? В беде моей поможешь? – почти стонала самая грозная колдунья тридесятого царства-государства.

- После того, как ты покушаешь и будешь более благосклонна к моим честным намерениям за тобой поухаживать, - не забыл выдвинуть свои встречные условия хитрый лесовик.

- А помощь? - не дала соскочить со второго условия прозорливая старушка.

- Так ведь и я не всесилен,  - ушел от ответа лесной куст.

Такой ответ бабе Яге не понравился, она громко засопела и зло зыркнула на нежно улыбающегося мужика.

- Честные намерения, говоришь? Ну, давай посмотрим! – нехорошо так ухмыльнулась наша бабулька: - Что ж, корми нас, потчуй яствами!

От смены настроения своей зазнобы, лесовичок весь подобрался, но, судя по решительности в глазах, отступать был не намерен:

- Присаживайся, о царица моего сердца!

Глава 11

«Царица» на это лишь громко фыркнула и уселась на предложенное ей место. Само собой, оно было рядом с хозяином дома, который занял место во главе стола. Нам предложили занять любые свободные стулья. Быстро разместившись, мы начали спешненько кушать. Каждый понимал, что на разведение реверансов у нас нет времени. Закончив трапезу минуты за семь, мы дружно повернулись к главной «богине» этого вечера. А вот  престарелая вертихвостка предпочла тактику игнора по отношению к нам. Лешачок в течение этих семи минут положил бабульке в тарелку по кусочку каждого яства и, волнуясь, ждал оценки. Она величественно делала совсем крохотный кивок в случае, если кушанье ей нравилось, в противном случае кривила лицо так, что от ее щербатого оскала лично мне хотелось спрятаться под стол. А вот реакция ее ухажёра не менялась, оставаясь умилительно-заискивающей. Насколько я поняла, вредная старушка решила как можно дольше тянуть время, набивая себе цену. Я не могла так долго ждать финала этих индюшачьих заигрываний, не отрываясь, следила за действиями Яги и все больше и больше раздражалась. Наверно, если бы так себя вели Елисей и Марфа, я бы больше проявила терпения и понимания, мол «молодо-зелено». Но тут-то старые, почти, люди, с жизненным опытом в несколько столетий! Досчитала до десяти, постаралась расслабиться, услышать звук падающих хвойных иголочек в лесу.

- Ой! – неожиданно громко вскрикнула престарелая кокетка, взявшись за голень под столом.

- Сыта ли ты, бабушка Яга? – елейным голосом обратилась я к старушке: - Готова ли ты ответить на чаяния нашего очаровательного хозяина?

- Да где хоть ты тут очарование разглядела, Машенька? – фыркнула Яга: - Ведь, сморчок сушеный, и смотреть-то не на что.

Я внимательно пробежалась взглядом по кустарной фигурке Лешего, который все это время не сводил с бабульки влюбленных глаз, и  возразила:

- Нормальный мужик, вон какие ласковые слова говорит, заслушаешься. И как на тебя, Яга Серафонтовна, глядит трогательно, обзавидуешься. О, как трепетно за руку держит! Не зажимает тебя