одежду. Раздается громкий хруст хрящей, и ее драконий облик поначалу кажется каким-то неуклюжим, пока она не расправляет крылья и передние лапы. Хрящи лопаются и стонут, словно ее тело просыпается после долгой спячки.

— Это еще кто? — кричит Минни, хватаясь руками за голову.

Желтая драконица бросается в самую гущу драки, но Рагнар перехватывает ее: он приземляется с выпущенными когтями и жестоким ударом отбрасывает ее назад.

Желтая драконица с хрипом валится на спину, и Аурелия яростно ревет.

Это Селена! — раздается в наших головах крик Аурелии. — Сестра Ксандера!

Но Дикарь уже мчится вперед. Словно черная пуля, он прыгает и с глухим стуком приземляется прямо на хвост Рагнару, намертво вцепившись зубами в жесткую плоть у самого кончика. Рагнар в панике оборачивается и резко взмахивает хвостом, но Дикарь не разжимает челюстей, хоть его и мотает из стороны в сторону как тряпичную куклу.

С меня довольно. Я больше не могу просто стоять и смотреть, как моя Регина и братья бьются вместе. С помощью силы я катапультирую себя к Аурелии как раз в тот момент, когда она бросается на Рагнара, оскалив пасть в ярости.

Но Рагнар — дракон старый, куда более опытный, и видит этот выпад за версту. Стоит ему замахнуться передней лапой, как я наотмашь бью по нему своей силой, заставляя покачнуться и отступить…

Что дает Селене возможность прыгнуть на него сверху. Ее клыки жестоко рвут плоть на его шее. Боковым зрением я замечаю брызги крови и поворачиваю голову: наш черный волк, взобравшись по поверженной туше Рагнара, уже вовсю кромсает его брюхо прямо между задними лапами.

Дикарь вытягивает оттуда что-то длинное и мясистое, подбрасывая в воздух. Он принимает человеческий облик и, с лицом, полностью залитым кровью, ловит остатки этого отростка.

— Нашел! — победоносно кричит он, поднимая его вверх как трофей.

Рагнар замертво валится на траву, а Селена продолжает неистово терзать его шею с таким остервенением, словно пытается начисто оторвать ему голову.

Аурелия отворачивается, высматривая Ксандера и леди Дракос. Мы замечаем их у самой стены поместья. Леди Дракос отчаянно бьется под куда более массивным телом Флореса, пока Ксандер бросается на отца, выпустив когти и зубы.

Моя Регина вскрикивает, когда Флорес умудряется извернуться в самый последний момент и прикрывается леди Дракос как щитом, перекатив ее на себя. Несколько мощных телекинетических ударов разом обрушиваются на Ксандера, отталкивая его в сторону, чтобы он не раздавил мать. Глаза Ксандера округляются, когда он кувырком пролетает по воздуху, понимая, что его спасают наши общие силы. Он группируется и приземляется на лапы.

Земля содрогается под его весом.

Из-за спин драконов показывается Коса, он во весь дух мчится к Аурелии. Я подхватываю его силой и безопасно переношу к нашей драконице. Он привычно взбирается по спине Аурелии — сказываются долгие годы практики.

Леди Дракос ранена, из ее покалеченной задней лапы хлещет кровь, и теперь видно, что к первой ране добавилось множество других. Она стонет от боли, но продолжает бороться со своим мучителем, который зашел сзади и вцепился зубами ей в плечо.

Нарциссово-желтый силуэт Селены проносится мимо нас, заставляя Аурелию пошатнуться от встречного потока воздуха. Селена и Ксандер одновременно впиваются окровавленными пастями в задние лапы отца и заставляют его перевернуться.

Но Флорес не выпускает жену: его глаза широко распахнуты и безумны, а из пасти, которой он еще глубже впился в ее плечо, струится кровь. Ксандер ревет, раздирая плоть на боку отца и напрочь срывая с его тела кусок черной чешуи.

Аурелия делает шаг вперед.

Нет, Регина, — останавливает ее Коса. — Пусть его семья сама с ним разберется.

В ее груди раздается недовольный рокот, но она понимает, что на земле от нее сейчас будет мало толку.

Флорес издает глухой, утробный звук, но по-прежнему не выпускает леди Дракос, одной лишь силой своей мощной шеи вжимая ее в землю.

Тогда Селена попирает табу, незыблемое среди крылатых видов, и с хрустом смыкает челюсти на левом крыле отца.

Ксандер тут же бросается на правое.

Брат с сестрой одновременно упираются когтями в землю и тянут. Флорес Дракос наконец-то выпускает жену и издает ужасающий, истошный вопль, от которого мы с Дикарем зажимаем уши. Сухожилия трещат, кости ломаются, а плоть рвется, пока Ксандер и его сестра буквально вырывают крылья отца из суставов.

Окровавленная и израненная леди Дракос вскакивает на ноги. Она свирепо рычит при виде того, как разрывают ее мужа, а затем бросается к его обнаженной грудной клетке. Она резко поворачивает голову набок, и как раз в тот момент, когда я понимаю ее замысел, кровь уже бьет фонтаном. Потоки багровой жидкости хлещут из разорванных артерий, когда леди Дракос вырывает и швыряет в сторону сердце короля драконов.

Флорес захлебывается собственной кровью. Его драконья голова испускает последний крик, обращенный к небу, которое уже ничем ему не поможет, после чего он обмякает и валится набок. Он мертв.

Глава 101

Ксандер

Я выплевываю на землю остатки отцовского крыла, пока мать победоносно ревет. Но я еще не закончил. Я вгрызаюсь отцу в бедро правой лапы, зажимаю конечность в челюстях и резко дергаю вверх. Никогда еще я не слышал более упоительного звука, чем этот громкий треск ломающейся отцовской кости.

Вырвав ее из мертвого тела, я держу добычу в пасти и высматриваю мою Регину. Она стоит позади меня, и трое наших пар наблюдают за тем, как моя кровная семья добивает поверженного врага. Я направляюсь к ней, не отрывая взгляда от ее сияющих синих глаз, и опускаю заднюю ногу отца к ее прекрасным, увенчанным синими когтями лапам.

Если бы я не был влюблен в нее до беспамятства, то точно влюбился бы снова при виде ее драконьего обличия. Величественная как королева, ослепительная как живой сапфир. Ее глаза блестят от подступающих чувств, пока Коса шустро карабкается к ней на голову и с кровожадным восторгом разглядывает мое подношение.

Но Аурелия ничего не говорит. Вместо этого она делает шаг мне навстречу, так что ее запах забивает мне ноздри, и прижимается своим лбом к моему.

Я закрываю глаза, принимая этот жест, и слушаю, как ее огромное сердце стучит в унисон с моим. Я чувствую бывших братьев: их магия окружает меня, их ауры пульсируют, но не ненавистью, а чем-то совершенно иным.

В горле вдруг встает комок. Я никогда не думал, что удостоюсь от них чего-то, кроме злобы и насилия.

Мне хочется упасть к их ногам. Хочется разрыдаться.

Взгляд Аурелии