отплевывался, сыпал грязными ругательствами и извивался, пытаясь вывернуться, но тщетно. Руки воителя были подобны стальным клещам. На бога войны обрушился настоящий водопад сквернословия и жутких угроз, общее содержание которых сводилось к следующему:

– Ты…[36], отпусти меня сию секунду, а не то горько об этом пожалеешь! Я тебя убью.

Нрэн задумчиво, как на редкого, но не опасного зверька, посмотрел на брата и, небрежно, словно старую тряпку, уронив его в кусты шиповника, ответил:

– Попробуй, и умрешь.

– Да в чем дело-то? – процедил расцарапанный, взлохмаченный и слегка поостывший от такой простой, как падающий на голову булыжник, констатации факта Джей, выбираясь из кустов и напяливая рубашку. Принц, как только немного утих его гнев, вспомнил, что в открытую конфликтовать с богом войны не стоит. Гораздо приятнее и безопаснее мстить ему исподтишка, предварительно выяснив причину, по которой его подвергли такому унижению. – Эта девчонка, что ли, была твоей? А как же Элия?

– С кем ты совокупляешься, меня не касается. – Голос Нрэна походил на тот, который способен издать оживший камень. – Но если ты еще раз вместо того, чтобы присматривать за Бэль, решишь «почитать книгу», я тебе весь прибор для чтения оборву, чтобы вовсе на литературу не тянуло. Тебя же Бэль могла увидеть, похотливый идиот!

Удивительно, но факт, в месте столь вольных нравов, каким не только считался по слухам, но и был в действительности Лоуленд, Бэль оставалась поразительно наивным ребенком, несмотря на то, что жила в средоточии всех вольностей – королевском замке. От неподобающих по содержанию книг, которыми кишела библиотека, ее инстинктивно шарахало, а случись девчушке застать кого-нибудь из братьев в обществе дамы, она простодушно интересовалась, какую именно игру затеяли без ее участия и нельзя ли присоединиться. Как правило, родственники, скрывая нервные смешки, сообщали, что идет игра в прятки, и предлагали Мирабэль спрятаться получше, прежде чем ее начнут искать. Эльфиечка радостно бросалась прятаться, а братья, укрывшись от острых глаз сестренки, спокойно продолжали заниматься своими делами. Потом же, если Бэль интересовалась, почему ее не нашли, отвечали, что она очень хорошо затаилась, ее искали-искали, но так и не обнаружили. Маленькая принцесса долго ходила очень гордая и сообщала каждому, желающему с ней пообщаться, что ни брат, ни его подруга в прятки ее обыграть не смогли.

– Да ладно тебе, я же заклятие упреждения поставил, а оно только на тебя не срабатывает, губитель магии, – оправдываясь, фыркнул принц. – И, кроме того, что могло случиться с сестрой в Садах?

– Тебе поручили заботиться о Бэль, а не прятаться в кустах, тешась потрахушками. Она лазила по деревьям, – продолжил обвинительную речь Нрэн.

– И что с того? – не понял Джей, приглаживая стоящие дыбом волосы.

– Она могла упасть и разбиться, – нахмурился воитель, выдвигая наиболее пессимистичное предположение.

– Кто? Бэль? – искренне удивился вор, которому такая идея и вовсе не приходила в голову. – Она же эльф, в любом лесу, как дома. Где ты видел, чтобы остроухие с деревьев, как сливы, падали?

– Прежде всего, Мирабэль – принцесса Лоуленда, и ей не подобает развлекаться столь легкомысленным и опасным для здоровья образом. Тебя приставили следить за времяпрепровождением сестры, так исполняй поручение, которого, будь моя воля, я бы тебе никогда не дал. Я все сказал, – резко закончив чрезвычайно длинную для себя речь, воитель резко развернулся и покинул поляну. Хоть Нрэн и не был эльфом, но спустя миг о его пребывании не напоминали даже качающиеся ветви, разве что чуть примятая, но уже снова поднимающаяся трава помнила воителя.

– Придурок, – в сердцах высказал свое мнение Джей, когда решил, что кузен уже достаточно далеко и его не услышит, еще раз фыркнул и, досадливо разглядывая свежие царапины от острых шипов шиповника, принялся застегивать маленькие золотые крючки на рубашке.

Бродить по Садам в поисках утешения для оскорбленного самолюбия было не в привычках принца. Красоты природы не могли успокоить его мстительную душу, гораздо больше для этого подошла бы лаборатория с ядами или коллекция удавок. Злопамятный Джей решил, что Нрэн за содеянное заслуживает нескольких жестоких каверз, и он их получит, дайте только спровадить жиотоважское посольство, чтобы его Бездна Межуровнья взяла.

«А что, отличный выход, и как он только сразу не пришел в голову Элии? Может, подсказать? Пусть кликнет своего дружка Злата?» – Джей очень нехорошо улыбнулся, смакуя эту сладкую мысль, и, накинув жилет, направился в замок, насвистывая себе что-то под нос.

Поскольку Бэль никуда не торопилась, изучая по пути каждый интересный цветок или пеструю птичку, а принц передвигался стремительно (он всегда ускорял шаг, размышляя о мести), то несчастные жертвы воспитательных мероприятий воителя Нрэна встретились недалеко от потайных ворот, ведущих в Сады.

– Досталось, сестричка? – весело подмигнул девчушке Джей, нагоняя ее.

– Ага, – вздохнула Мирабэль, скроив досадливую гримаску. – А тебе?

– И мне, – криво ухмыльнулся принц с таким видом, будто ему было абсолютно на это наплевать.

– Почему он все время ругается? – задумчиво спросила принцесса, надеясь найти ответ на каверзный вопрос у старшего брата.

– Чтоб я знал, малышка, наплюй. Наверное, у него просто такой характер, – пожал плечами бог, подумав: «И что только Элия нашла в этом длинном мрачном зануде? Я куда обаятельнее и веселее».

– Он запретил мне лазить по деревьям, – пожаловалась Бэль.

– Запретил? А как именно он это сказал? – прищурился Джей, распахивая перед сестренкой створку ворот.

– Он сказал: «Чтобы больше я тебя там не видел, накажу», – дословно воспроизвела принцесса, доказав тем самым, что прекрасно помнит все, сказанное братом, и проскользнула во двор замка.

– Отлично! Значит, будешь, малышка, лазить так, чтобы он тебя не видел, – рассмеялся Джей, довольный тем, что нашел способ так легко обойти запрет вредного кузена, не нарушая его буквы.

– Джей, я тебя люблю! – Бэль восхищенно обняла брата. – Это же здорово!

– Я тебя тоже люблю, кроха. – Принц погладил сестру по голове, на несколько мгновений крепко прижал к себе и легонько дернул за кончик длинной косы.

– А мы пойдем в Сады после обеда? – уточнила принцесса. – Я хочу еще полазить по деревьям и позагорать. Загорать мне даже Нрэн не запрещает.

Брат-воспитатель, поняв, что никакими силами ему не удастся сделать кожу эльфиечки столь же нежной и сливочно-белой, как у принцессы Элии (вот уж кого, по мнению наивного Нрэна, никогда не тянуло лазить по деревьям и играть в разбойниц), махнул на загар рукой. В конце концов, бог традиций не был лишен здравого смысла и осознавал, что пребывание на свежем воздухе и активный образ жизни куда полезнее для здоровья Мирабэль, нежели сидение в четырех стенах.

– Если хочешь, конечно, пойдем, – тут же согласился Джей, взбегая по ступенькам к дверям