очарованием. Она и не сопротивлялась. Виктории хотелось понравиться этому городу. Потому что он казался ей живым и разумным. Её сообщником по планам.

Наличие "базы" ставило под угрозу остатки их благоразумия. Там, за закрытой дверью квартиры, они были только вдвоём. Пусть всего час или два. Не каждый день. Тори старательно занимала себя готовкой домашней еды. Взгляд Алекса мешал ей сосредоточиться. Какая там еда, когда он так смотрит.

Алекс много думал над тем, как и когда это может произойти с ними. Их первый раз. Для его Виктории хотелось всего самого лучшего. Первый раз заниматься любовью - это должно быть красиво - шампанское, розы, джакузи. А не раскладной диван съёмной квартиры.

Ответственность свою он тоже осознавал в полной мере. Если они сделают этот шаг, обратно не отыграешь. Это как спрыгнуть на другую сторону с высоченного забора. Обдумывать это одному было сложно. Но обсуждать их с Тори отношения с кем-то, даже с Игорем или Никитой, Алекс не собирался. Провожать Тори в квартиру к Ларионовым, где она ночевала, становилось почти невыносимо. Сам он тоже обязан был явиться в училище.

Тори впитывала атмосферу города как губка. Утром она имела право свободного посещения лекций в университете. Пропуск выдали. Днём ходила по музеям. В одиночестве или в компании сестёр Ларионовых. Запоминала маршруты. Привыкала к ритму, чуть более медленному, чем в Москве. А ближе к вечеру появлялся Алекс. И сердце сбивалось с ритма.

Виктория уже нафантазировал себе их собственный маленький мир. Один на двоих. Они оба утром будут просыпаться рядом, завтракать, учиться, потом встречаться дома или в городе. Гулять, ходить в кино или в кафе. А потом возвращаться вдвоём в какую-нибудь маленькую квартиру. Где будет тепло и хорошо. Дальше фантазии становились на сотню градусов горячее.

Её Алекс - идеальный. Нежный и терпеливый. Да, Виктории было страшновато. Но только Алекса она видела своим первым и единственным мужчиной.

Обсудить ситуацию, наверное, можно было бы с Никой. У них с Никитой хотя бы какой-то опыт есть. Ни Катя, ни тётя Лёля для таких обсуждений точно не годились.

Сомнений, что Алекс хотел бы близости, не было. Чувствовалось, что сделай она пол шага вперёд, он бы уже не остановился. Никакое благоразумие не спасло бы.

Они и между собой вслух не обсуждали это. Будто молча договорились пока подождать, балансируя на грани.

В пятницу в Питер приехала команда вместе с тётей Лёлей. Разместились уже в отеле. Кузьмина смотрела на Алекса и Тори испытующе. Но у обоих были абсолютно безмятежные лица.

- Иди и побеждай, - Алекс коротко поцеловал Тори и отпустил. Она присоединилась к команде.

Атмосфера на финальном туре была искрящая. Нервно было очень. Кинь спичку - рванет к чёртовой матери. Никифоров сидел в ожидании жребия, сжав зубы. На щеках нервный румянец. Захар крутил в руках карандаш и сломал его. Мотя глупо улыбался и теребил воротник. У Андрея ладони были сжаты в кулаки так, что костяшки побелели.

Когда стал известен соперник в турнире капитанов, Стас только вслух не застонал. Новосибирский лицей из Академгородка против московской гимназии с углубленным изучением иностранных языков. Хуже было бы, наверное, только на Физтех-лицей из Долгопрудного нарваться.

- Ну хоть не Воронеж и не нахимовцы, - нервно хихикнул Матвей. Никифоров метнул на него острый взгляд.

- Стас, ты как? - Тори коснулась его ладони. Она была ледяная. А лицо горело.

- Нормально, - капитан отхлебнул воды из бутылки.

Уже потом Тори взахлеб рассказывала Алексу, как всё прошло. Как они решили задания, оказавшиеся неожиданно логичными. То ли организаторы так сознательно сделали, то ли готовы они были очень хорошо. И как Никифорова в середине личного турнира заменил Андрей. У Стаса, оказывается, была высоченная температура. И как Андрей победил новосибирца с перевесом в один балл.

Итоговый рейтинг ждали всего неделю. В школу пришел целый пакет официальных бумаг. Их команда была в числе победителей. Виктория Петровна Свенссон по