переспать с клиентами других видов. Как и сами клиенты, которых тянет на экзотику. Но родить потомство другому, отличному от тебя виду – такого еще не было…

- И? – не понимаю.

- Вот и я не пойму, либо Сейн-тах настолько глуп, что не понимал очевидного, либо наоборот, он что-то знал и намеренно так ухватился за идею продать тебя тем, кто нуждается в продлении рода, - с задумчивым видом произносит Лейна.

А у меня голова кругом. За последние сутки со мной произошло столько событий, сколько не случалось за всю мою жизнь. Я уже и не знаю, что хуже: попасть в бордель на Онди 111 или же в рабство из-за того, что если кто-то поверит в эту чушь про мою совместимость с другими видами.

- А во-вторых? – напоминаю Лейне пару минут спустя, стараясь не думать о плохом.

- Ах, да. Нейя. Ну, а во-вторых: я не знакома с историей и легендами нагов. Но тот рейн, с которым ты была в камере, точно был не свободен. У него брачные метки на шее и ключице. Возможно, они так называют своих жен, наложниц или нареченных, не знаю даже, - пожимает подруга плечами.

- А с чего ты взяла, что эти татуировки – брачные? – спрашиваю у девушки.

- От Хейгела я слышала некоторые факты о различных видах нашей Вселенной. Про рейнов он говорил, что и мужчины и женщины наносят определенные клятвы или обеты на свое тело. Обычно - брачные. Так каждый из них показывает, что уже занят. Все хотят заклеймить свою жену, чтобы никто чужой на нее не посягался. Их мало, и я их понимаю, - мечтательно улыбается Лейна. - А вот у этого капитана, что к нам заходил, я не заметила ничего, никаких рун. Но у него высокий ворот униформы, а метки могут наноситься на любые части тела. И я точно знаю, что если метки нанесены, то это точно что-то значит, и скорее всего, рейн не может быть с кем-то другим, кроме своей суженой.

Не может. На самом деле, так все и должно быть даже у нас на Земле. Нельзя изменять своей девушке, жене или просто тому, кому клялся в верности. Тут никакие метки не нужны, это должно быть и так очевидным моментом. После измен мужа я проклинала его, негодовала, возмущалась, не понимала. А сейчас чувствую себя грязной, извалявшейся в нечистотах от собственных мыслей о ЧУЖОМ, блин, мужчине! Потому что нехотя вспоминаю его. Он будто бы проник мне под кожу: его смех, запах и удивительные глаза. А мое тело тут же реагирует. Черт бы побрала этого рейна! А у Айшана и правда были какие-то замысловатые татуировки на торсе в виде иероглифов. Значит, у него кто-то уже есть. И не просто кто-то, а жена. Та, кому он обещан и обязан быть верен до конца. Жаль. Я впервые ощущала что-то трепетное к мужчине. Что-то, что не в силах объяснить. Для меня – это не просто вожделение или желание, это что-то большее. Что-то, что я пока не в силах понять или объяснить. Но это что-то греет в груди, расползаясь в давно замороженные уголки моего тела и души, отогревая, растапливая мой лед.

И я не знаю, что мне делать. Потому что от одной мысли о нем что-то ёкает внутри. Не просто ёкает, а разливается кислотой и горящей огнем желчью по всему телу. Он будто бы сам сделал свои метки мне прямо на сердце, которое теперь отчаянно ноет где-то в груди. Но ведь такого просто не может быть! Я ведь даже не была знакома с этим нагом! Рейном. Мужиком, в общем. Бог с ним! Такое со мной было впервые! Это странное желание, настоящие ощущаемые и осязаемые импульсы в пальцах, словно электрический ток, когда я касалась его кожи, и от которых разливалось тепло по всему телу. И его сейчас безумно не хватает, а в груди до сих пор эхом отдается его манящий и рокочущий голос. Так не хотелось верить, что он женат, аж слезы из глаз! Даже не смотря на его надменность и ненависть по отношению ко мне, он сказал своему другу, ну или брату, не важно, кем приходятся друг другу эти двое, что я привлекательна и приятно пахну! Тот сам признался! Возможно, если бы он был мягче и так сильно не презирал меня, между нами могло бы что-то вспыхнуть. Могу поклясться, что так и было! Что-то вспыхнуло! Я это чувствовала! Ощущала! Осязала! Но видимо, этого недостаточно. Эх-эх-эх…

При других обстоятельствах, все могло бы быть по-другому. Хотя, при других обстоятельствах, мы бы даже и не встретились! А теперь я знаю, что инопланетяне существуют! И если мне нет среди них места, значит, нужно уговорить их вернуть меня домой! Там, где меня еще никто не оскорблял, называя существом, и не обвинял во лжи. Но там же меня и не замечали, там я никому не нужна. А здесь? Здесь то же самое. Зато дома не так больно. Дома я забуду это все, как страшный сон. И забуду его.

- Ты куда? – спрашивает у меня Лейна, когда я отстегиваю ремни безопасности и сползаю с кресла, еле-еле передвигая ногами по холодному полу.

- Не знаю, - признаюсь, – пойду искать этих рейнов. Нужно поговорить с ними.

- Я с тобой! – говорит она и следует за мной.

На удивление, Лейна хорошо ориентируется на этом корабле. Он небольшой, даже я это понимаю. Обогнув два узких коридора, мы оказываемся возле огромной железной двери.

- Вот, - говорит Лейна, глядя на меня, - там явно должен быть кто-то из главных.

- С чего ты взяла? – спрашиваю на всякий случай, потому что выглядит подруга крайне неуверенно.

- Мы на небольшом шаттле, - подтверждает она мои мысли, - раз по пути нам никто не встретился, значит, он точно маломестный. А это должна быть капитанская рубка. Видишь знак? – показывает она мне на какой-то иероглиф над дверью. - Главный рейн точно там. Ведь кто-то же должен управлять этим судном? И скорее всего - капитан. А где же ему быть, как не там? – тараторит девушка, задавая вопросы и тут же отвечая на них же. А я только недоуменно лупаю глазами.

- Логика отменная, - улыбаюсь ей. – Как войти туда?

- Если вход не запаролен по отпечатку, то