Возможность отрезать противнику пути отхода на восток имелась у подвижных соединений уже за Минском. Поэтому в качестве ближайшей задачи и танковой группе было приказано выйти на рубеж Молодечно – озеро Нарочь.

Решение командующего 3-й танковой группой было сформулировано в его директиве о развертывании от 12 марта 1941 года и в уточняющем приказе от 24 мая 1941 года. Оно сводилось к следующему:

«3-я танковая группа, находясь во временном оперативном подчинении командования 9-й армии и имея целью ускорить продвижение левого фланга группы армий, сбивает вражеское охранение западнее р. Неман и овладевает переправами у Меркине, Алитус и Приенай. Не дожидаясь подхода дивизий второго эшелона, танковая группа наносит удар по группировке противника, которая предположительно сосредоточена в районе Вильнюса, и отрезает ее от Минска. С целью обхода противника у Минска с севера 3-я танковая группа выходит на рубеж Молодечно – озеро Нарочь, находясь в готовности повернуть отсюда на восток в направлении на Борисов с тем, чтобы совместно со 2-й танковой группой, продвигающейся на Минск с юго-запада, уничтожить находящегося у Минска противника или же перейти в параллельное преследование в верхнем течении Западной Двины в направлении Витебск и севернее».

Могут возразить, что такая информация о своем решении, данная подчиненным командирам, была слишком подробной и обширной и что это противоречит указанию Мольтке [ «Военные поучения»]: «План операции не может с некоторой уверенностью простираться дальше первого столкновения с главной массой неприятеля».

По этому поводу следует сказать, что в данном случае это делалось для того, чтобы директива о развертывании, отданная незадолго до начала войны, могла быть изучена во всех подробностях. Эта директива относилась к командирам, часть из которых не имела опыта вождения подвижных войск. Цель директивы – познакомить их с задачей и характером операции. Наконец, командование танковой группы рассчитывало не на «столкновение с главной массой неприятеля», а на прорыв фронта, обороняемого слабыми силами противника.

С учетом этого ставились и задачи корпусам (см. приложение 1а). Правофланговый танковый корпус получил задачу обеспечить прикрытие со стороны Лиды; ему было указано на важность овладения высотами в районе Ошмян. 39-й корпус получил приказ наступать на Вильнюс с юга, отбросить противника за реку Вилия и воздержаться от преследования его в северном направлении.

В директиве о развертывании между прочим подробно указывались порядок и условия совершения маршей как к району сосредоточения и развертывания, так и от него, к районам исходных позиций на границе. Незадолго до нападения (16 июня 1941 года) был отдан приказ о наступлении через государственную границу (см. приложение 1b). Этот приказ был необходим, чтобы внести некоторые изменения в связи с данными проведенной рекогносцировки и дополнительными сведениями о противнике. Наконец, штаб 3-й танковой группы дал «указания по ведению операций», необходимость которых определилась во время штабных и войсковых учений. В «указаниях» обращалось внимание командиров на особые условия ведения боевых действий на востоке (приложение 1b).

Таким образом, было сделано все для того, чтобы компенсировать недостатки, связанные с очень поздним подтягиванием подвижных соединений, обусловленным необходимостью маскировки. Каждому солдату танковой группы разъяснялась цель всех наших действий. Вперед, через Неман! Прорыв к Западной Двине!

Глава 3

Разгром противника в приграничных районах

(22 июня – 1 июля)

Прорыв до шоссейной дороги Лида – Вильнюс. Внезапное нападение 22 июня 1941 года

(схема 2)

22 июня в три часа с минутами четыре корпуса танковой группы при поддержке артиллерии и авиации, входившей в состав 8-го авиационного корпуса, пересекли государственную границу. Бомбардировочная авиация наносила удары по аэродромам противника, имея задачу парализовать действия его авиации.

В первый день наступление проходило полностью по плану. Стратегическое нападение, несмотря на сосредоточение больших масс войск вдоль всей советско-германской границы в ночь перед наступлением, увенчалось успехом. Для 3-й танковой группы явилось большой неожиданностью то, что все три моста через Неман, овладение которыми входило в задачу группы, были захвачены неповрежденными. Пленный русский офицер-сапер рассказал, что он имел приказ взорвать мосты в Алитусе в 13.00. 57-й танковый корпус натолкнулся в этой лесистой и богатой озерами местности на многочисленные обороняемые препятствия и заграждения, которые сначала сильно задерживали продвижение 12-й танковой дивизии. Однако во второй половине дня нам удалось овладеть Меркине и предотвратить разрушение моста через реку Неман. Вечером один из танковых полков уже подходил к Варене.

Обе дивизии 5-го армейского корпуса сразу же после перехода границы натолкнулись восточнее города Сейны на окопавшееся охранение противника, которое, несмотря на отсутствие артиллерийской поддержки, удерживало свои позиции до последнего. На пути дальнейшего продвижения к Неману наши войска все время встречали упорное сопротивление русских. И все же передовому отряду корпуса к вечеру удалось выйти к Неману и форсировать его на участке между Меркине и Алитусом.

Командование 39-го танкового корпуса направило оба танковых полка и часть 20-й моторизованной дивизии вдоль шоссейной дороги Сувалки – Калвария с задачей овладеть высотами южнее Калварии, имевшими важное тактическое значение. Этих сил оказалось слишком много, и такой расход не оправдывался.

Оставив эти высоты и оборонительные сооружения, которые в течение трех месяцев строил целый батальон, противник отошел на север. Уже к полудню танки ворвались в Алитус и захватили мосты неповрежденными. Подтягивание пехоты и артиллерии шло медленно, так как бои в городе продолжались еще вечером. 20-я танковая дивизия, сражавшаяся севернее Калварии, преодолела сопротивление противника и овладела Алитусом.

6-й армейский корпус встретил сильное сопротивление противника и вышел к Неману только 23 июня. Мост в Приенае был разрушен.

Южнее танковой группы действовала 161-я дивизия правого соседа, она вышла к Неману в районе Друскининкая. Северный сосед – 2-й армейский корпус – наступал на Каунас. Севернее Немана на упорно обороняемом противником участке притока Немана – Дубисы наступала 4-я танковая группа. О том, что 56-му танковому корпусу этой группы удалось еще 22 июня овладеть виадуком в Арегале, стало известно позже. О положении 2-й танковой группы пока никаких сведений не поступало.

В штабе 3-й танковой группы, располагавшемся восточнее Сувалок, на основе поступивших донесений и личной оценки положения были сделаны следующие выводы по обстановке.

Захват трех мостов через Неман стал возможен благодаря тому, что нападение явилось полной неожиданностью для противника и что последний потерял централизованное управление своими войсками. Предполагавшееся наличие частей трех дивизий противника на сувалкинском выступе подтвердилось.

Против танкового корпуса, наступавшего на северном фланге, действовал один литовский корпус, многие командиры и комиссары которого были русские. До сего времени корпус оборонялся упорно. Предполагалось, что он попытается удержать левый берег