— Да-да! Я понял! Прилетели. Сперва работа, потом хобби, — твердо проговорил капитан, практически подтаскивая Игната к аппаратуре и закатывая рукав комбинезона.

Парень, то и дело посматривая в сторону отложенной мозаики, грустно выдохнул, но четко выполнил свои обязанности. Еще несколько минут биоматериал обрабатывался. Потом на экран терминала вышел результат — все показатели в норме у обоих. Ни инфекции, ни паразитов, ни аллергенов… Получается, что Стивен с Игнатом — два совершенно здоровых лося с неожиданной патологической тягой к самовыражению.

— Что хоть случилось? — уточнил доктор, увидев, что капитана отличные анализы не порадовали.

Стивен кратко обрисовал ему обстановку. Игнат снова глянул в сторону будущего шедевра, но профессионализм медика все-таки взял верх.

— Ложитесь, сэр, в сканер. Проведем более тщательное обследование.

— Мира, пригляди, пожалуйста, за остальными, — попросил капитан, раздеваясь.

Пилот покинула комнату, а Стивен, ложась на выдвижную кушетку, неожиданно осознал, что у него потеют ладони и частит сердце. Вдруг это стремительно развившаяся опухоль? А они с Мирой даже свадьбу сыграть не успели…

Через некоторое время Игнат задумчиво произнес:

— Знаете, единственное, что я вижу: у вас, говоря простым языком, очень сильно активизирована та часть мозга, которая отвечает за творческую деятельность. Вы никаких… лекарств не принимали?

— Думай, о чем говоришь! — рявкнул Стивен, выбираясь из сканера. — Естественно, нет! А ну-ка, поставь новое обследование и ложись в аппарат сам.

Игнат тяжело вздохнул, но подчинился. Уже зная, что искать, он настроил сканер на автономное обследование мозга. Результат вышел аналогичным.

— Это что же получается… мы попали под неизвестное воздействие?

Капитан секунду подумал, потом включил переговорное устройство и вызвал Питера в медблок. Ждать пришлось дольше, чем рассчитывали, а потом на пороге возник жених Марлен, которого Мира чуть ли не толкала в спину.

— Уф… Еле оторвала от лепки, — подытожила пилот, захлопывая каюту.

Когда клиническая картина повторилась в третий раз, Стивен резюмировал:

— Питер катер не покидал. А это может значить только одно: кто-то что-то прихватил с планеты неучтенное, и оно теперь фонит на всю округу неизвестными нам волнами.

— Ну нет, сэр, все же профессионалы! — возразил Игнат, но уверенности в его голосе не слышалось.

Стивен не стал обсуждать дальше, активировал сигнал тревоги и приказ срочно экипироваться в скафандры. Причем и Питера, и Игната к шлюзовой камере с экипировкой он тянул практически за шкирку. Вскоре появились и остальные. Йети, у которых был один скафандр на двоих, одевать не стали. В конце концов, им не обязательно иметь ясность мысли.

Когда экипаж был готов и в помещении стало необычайно тесно, Стивен заговорил:

— Внутри катера неопознанное воздействие. Оно стимулирует творческие процессы и вызывает несвойственное поведение. Воздух и вода в норме. Поэтому вопрос: кто из вас что-то взял с Зиндота и герметично не упаковал?

Непричастность Игната выяснилась еще в медблоке, так что капитан строго посмотрел на Бобби и Марлен. Механик с биологом переглянулись и одновременно замотали головами.

— Сэр, я запаковываю даже безобидные образцы, потому что хочу умереть в старости в своей кровати в окружении внуков и правнуков! — взмолилась японка.

— А я просто не имею привычки таскать с неизученных планет сувениры, — пожал плечами Бобби.

И… оба разом развернулись к Поночке. Точно! Про нее-то Стивен и вообще забыл! Йетиха выглядела испуганной и зачем-то несколько раз толкнула мехового приятеля. Он-то при чем? Как и Питер, Снежок не покидал катера. Но питомец неожиданно подпрыгнул и быстро скрылся из шлюза. Никто не успел ничего понять, как он уже прибежал назад и, робко оглядывая столпившихся людей, протянул вперед лапку. На ней лежало два маленьких, размером с горошину, осколка цветных кристаллов. Похоже, Поночка прихватила другу в утешение, раз уж ему погулять не вышло.

Стивен, стиснув зубы до скрипа, чтобы грязно не выругаться, забрал трофеи, отнес их в лабораторию и спрятал в специальные колбы, а сами колбы в свинцовый сейф. Теперь оставалось ждать и надеяться, что эффект обратимый. Скафандры капитан запретил снимать до вечера, пока не будут проведены новые исследования. Экипажу же в полном составе по такому случаю Игнат выписал больничный день. Капитан, понимая, что команда действительно не способна работать, не стал этому противиться. Ну а вечером обследования подтвердили, что активность нейронов мозга стабилизируется. Все вздохнули с облегчением. Шедевры — шедеврами, а терять рассудок совсем не хочется.

Вот только, ложась спать, Мира внезапно несчастным голосом проговорила:

— Получается, я самая бесталанная, раз меня меньше всех накрыло…

— Ничего такого не получается! — искренне возмутился Стивен. — Ты зато пилотируешь, словно родилась за штурвалом! Да и, знаешь ли, стать музой для такого сухаря, как я, — это надо не талант иметь, а целую гениальность.

Глава 13

К счастью (или по счастливой случайности?), остальные несколько дней полета до Земли прошли в штатном режиме. Вероятно, не последнюю роль в этом сыграл тот факт, что у Марлен были запланированы работы с биообразцом № 873 с планеты Глизе 667 Ce, в простонародье называемом Снежком. Поэтому оба питомца почти все время находились не только под присмотром, но еще и при деле — проходили различные тесты, обмеры и обследования. В итоге йети занимались крайне увлекательной игрой, биолог не могла нарадоваться, что у нее целых два испытуемых и можно сделать сравнительный анализ, а остальная команда с облегчением переводила дух.

Зато прощание вышло очень трогательным. Снежок с Поночкой обнимались и долго махали друг другу лапками, переняв эту человеческую привычку. Кажется, даже мужская часть экипажа едва не прослезилась. Впрочем, уже было договорено, что Питер прилетит на Новый год и свадьбу на Тигарден-Би вместе с подопечной, так что расставание выходило не таким уж и долгим. А на будущее, когда у Марлен закончится контракт, и вообще договорились, что Снежок переедет к ним. Не всю жизнь же ему мотаться по космосу: повзрослеет, придет время и семью заводить.

Ну а после отлета Мира решила, что пора сделать еще одно большое дело — познакомиться с отцом жениха. Она чувствовала, как Стивену тяжело совершить очередной шаг навстречу, ведь шанс снова наткнуться на родительскую холодность оставался велик. Поэтому девушка решила принимать в разговоре активное участие. Капитан, правда, несколько раз переносил звонок, объясняя тем, что ему некогда. Однако Мира подловила жениха перед сном, не оставив ему ни шанса и дальше