— Подданный?

— Так себе называют фанаты Ренеи. — тихо подсказала мне Рея.

— Ясно, а я…

— Да, я тоже подданый королевы. — быстро произнёс я, прерывая парня у которого на лице было явное выражение разочарования.

— Правда? — с явным скептисом в голосе спросил он.

— Конечно. Я фанат…

— Королевы боли. — снова подсказала мне Рея. — Так они её называют между собой.

— … королевы боли. — повторил я.

— Хмм… — задумчиво протянул он, внимательно смотря на меня. Даже немного неуютно от настолько внимательного взгляда.

— Что-то не так? — спустя несколько тягучих секунд игры в гляделки, спросил я.

— А? Нет, конечно, нет! — неожиданно замотал он головой. — Я просто очень рад найти настоящего фаната королевы боли! — улыбнулся он, прежде чем приступить к поглощению еды со своего подноса.

— Какое же всё таки пафосное название… — тихо произнёс я, пока парень ел что-то похожее на шупальце осьминога, ну или на странную змееподобную рыбу без головы…

— А? — поднял он голову от своей еды.

— Я говорю, что тоже рад встретить тут настоящего фаната королевы. — улыбнулся я.

— Да. Согласен, настоящих фанатов не так уж и много. — вздохнул он и одним движением разломал своё «шупальце» на два куска. На два ровных куска, откуда повыподали рыбьи… глаза. Много глаз. Очень много глаз.

— Кхм…

— А? — вопросительно посмотрел он на меня, одновременно «высыпая» глаза из одного куска «шупальца» себе в рот.

— Ничего… — с трудом отвёл я взгляд от этого странно-мерзгого вида.

— Это «Фульдарский фарш». — тихо объяснила мне Рея. Пока я старался сдержать тошнотворные позывы, ведь кроме мерзкого вида, от этой еды шёл очень… уникальный аромат. — Он делается из шупальца осьминога Фульда, которую набивают глазами самого осьминога. Этот осьминог известен тем, что может очень быстро регенерировать свои глаза. Блюдо очень популярно на планете Фульд. Собственно это родина этого блюда. Как и сам осьминог.

— Мерзко…

— А? — моргнул парень, закончив «вытряхивать» себе в рот вторую часть шупальца.

— Приятного аппетита…

— Спасибо. Обожаю это блюдо. — кивнул он, прежде чем всосать само шупальце. — И вам, кстати, тоже.

— Спасибо, но я уже поел…

— Да я, в принципе, тоже. — улыбнулся он, всосав вторую часть шупальца. — Кстати, насчёт настоящих фанатов королевы. Вы помните её выступление на Фульде? Как же она там зажгла! Сколько там было осминожек? Шесть?

— Двенадцать. — мгновенно отреагировала Рея.

— Насколько я помню там их было двенадцать. — усмехнулся я на «топорную» проверку этого парня. Похоже он всё ещё не видит во мне такого же фаната.

— А, точно. Запамятовал немного… — с извиняющимся видом произнёс он. — После той потасовки половина вечера как в тумане…

— Во время своего концерта, Ренея поплавала в бассейне с фульдскими осьминогами. И даже устроила с ними бои, если это можно так назвать, во время которых ножом перебила их всех. После этого «боя» она взорвала борты бассейна и предложила своим фанатам полакомиться рыбкой. И после этого началась всеобщая драка не только за осьминогов, но даже и за воду в которой она плавала.

— Да, говорят славная была потасовка… — грустно вздохнул я. — Жаль я тогда не смог попасть на неё…

— Да, классная. — довольно кивнул парень. — До сих пор помню вкус того дара королевы… Ахх… — аж зажмурился он от одних только воспоминаний. — Лучший день в моей жизни…

— Сочувствую…

— А? — с недоумением посмотрел он на меня, открыв глаза.

— Говорю, что сочувствую всем тем, кто так и не смог получить дара королевы… — на ходу попытался я придумать, что ему ответить. — Да и сам я до сих пор не могу себя простить, что так и не смог тогда быть с вами…

— Сочувствую… — грустно посмотрел он на меня. — И извини, я тут хвастаюсь перед тобой даром королевы, словно мальчишка какой… Тебе, наверное, очень тяжело от этого… И теперь понятно, почему ты так смотрел на мою еду… Прости. — с взглядом полного сожаления, произнёс он.

— Да ничего… — опустил я голову, пытаясь не показать своё отношение к нему и его «королеве». Да и вообще к этому странному разговору…

— Нет. Это очень низко с моей стороны! — внезапно вскочил он со стула. — И я знаю какого тебе! Я сам не могу себя простить за то, что пропустил один концерт королевы! И меня совсем не оправдывает тот факт, что на наш корабль напали пираты! Я должен был успеть! Не смотря ни на что!

— Эмм…

— Так что я тебя понимаю. — печально улыбнулся он. — Я знаю, что такое жизнь с сожалением…

— Эмм… Спасибо? — в каком-то ступоре отреагировал я на его бьющие через край эмоции.

— Нет. Я виноват. — покачал он головой. — Но я знаю, как мне загладить свою вину. Приходи через шесть дней на нашу вечеринку и я заглажу вину. Обещаю.

— Вечеринку?

— Да. Вечеринка только для настоящих подданных королевы. — гордо ответил он. — Там не будет ни одного лжеподданного!

— Лжеподданными называют тех, кто присоединился к фанатам Ренеи после того, как её упоминула Лея. Старые фанаты ненавидят их и считают лжефанатами.

— Ну если ты приглашаешь…

— Приглашаю! — важно кивнул он. — Когда всё будет готово, я зайду за тобой и проведу на вечеринку. Ты же живёшь в той гостинице напротив?

— Да…

— Тогда жди! — важно произнёс он. — Это будет незабываемо!

— Спасибо. — кивнул я, смотря на гордого парня, словно он собирался провести меня не на вечеринку фанатов, а на какую-нибудь сверхсекретную базу…

— Пожалуйста. — важно кивнул он. — Меня, кстати, зовут Нерон.

— Приятно познакомиться, а меня… — на мгновение задумался я. — Меня зовут Август.

— Взаимно, Август! Встретимся завтра! А пока мне пора…

— Да, встретимся… — произнёс я, смотря вслед парню, который с важным видом ушёл прочь. — А?

— Забыл… — смущённо улыбаясь вернулся парень, отойдя всего метров на пять. — Значит до встречи?

— Да, до встречи… — кивнул я, пока парень забрав со стола свой поднос, быстрым шагом уходил прочь. — Рея?

— Да, капитан?

— Там все такие… странные?

— Вы имеете ввиду фанатов Ренеи?

— Да.

— Ну я бы сказала подавляющее большинство.

— М-да…

— Но если вас это успокоит, то хочу заметить, что они не особенные в этом плане. Большинство фанатом «звёзд» из первой тысячи такие.

— Нет. Не успокоила. — вздохнул я. — Психи какие-то…

— Ну вы сами знаете, что в галактике практически культ этих «звёзд». — в очередной раз выделила голосом «звёзды» Рея. — И большинство этих «звёзд» довольно экстравагантые. Подавляющее большинство.

— И сейчас ты мне скажешь, что эта мазохистка, которая сжигает себя на сцене, не самая долбанутая из них? Да?

— Я не собиралась этого говорить. — успокоила меня Рея. — Но раз вы об этом заговорили, то я бы поместила её примерно на двести восьмидесятое