что я ощущала перед тем, как провалиться в пустоту. В ушах еще стоял гул, всё тело ныло, а внутри, в самой глубине, там, куда он вбил себя с такой яростью, тихо тлела мысль:

Побег больше невозможен. Он нашёл меня. И теперь это — навсегда.