за собой в кабинет. Тот повесил голову и поплелся за ней, словно настоящий осужденный, для полноты картины заложив руки за спину так, словно на них уже были кандалы.

Тщательно притворив двери, богиня слегка щелкнула по дверной ручке, изображающей стилизованную фигурку золотистого леопарда, и тем самым активизировала сильнейший комплекс заклинаний защиты от прослушивания и наблюдения любым известным физическим и магическим путем.

Джей плюхнулся в кресло, закинув ноги на декоративный столик рядом, подождал, пока Элия наколдуется и сядет, а потом спросил уже совершенно серьезным, деловым тоном:

– Что ты хочешь узнать?

– Расскажи мне кратко о жиотоважской работе. Вопросы потом, – попросила богиня.

– И рассказывать-то нечего, пустячное дело было, – фыркнул принц, но все-таки заговорил: – Источник дал задание принести ему Кристалл с главного алтаря из храма мира Жиотоваж, сказал, что собирается тем самым пробудить к жизни спящий Источник с упорядоченной структурой и получить влияние на той территории, оттяпав ее у Мэссленда. Время выпало подходящее, что-то типа начала Поры Отречения, наступающей раз в несколько десятков лет, когда магическая связь между Кристаллом Жиотоважа и жрицами ослаблялась так сильно, что практически сводилась к нулю.

Силы дали мне точку телепортации в храмовом саду, показали полный план здания и систему охраны. Я в цельной личине, так, чтобы ни физически, ни с помощью первичной магии не подкопаться, перенесся туда ночью. Влез в храм через окно второго яруса, вырубил сонной пылью пяток стражей, правда, они и так бессовестно дрыхли, козлы. Никто ничего не заметил. Обошел или временно обезвредил стандартные ловушки, спрятал Кристалл в кошель с заклятием сокрытия силы, создал на алтаре вещественную иллюзию кристалла и решил проверить, чем там еще можно поживиться. Уж больно все было тихо и муторно, – вяло отрапортовал Джей. (Когда в деле не было изюминки, таинственных преград и опасностей, принц-авантюрист резко скучнел и становился просто невыносимым.) – Пробрался на жреческую половину храма, там обнаружил тех девиц и слегка развлекся. Меня они, конечно, не видели. Темно же было, кроме того, я пришел под личиной. Потом на всякий случай связал жриц, чтобы тревогу раньше времени не подняли, прихватил кое-какие безделушки для компенсации и смотался. Хороший ложный след сделал, даже одежду всю в дикий мир выбросил. Побрякушки потом под новой личиной продал на кочующем по мирам большом базаре Диверии, там никогда не спрашивают, откуда что взялось, а платят хорошо, если торговаться умеешь. Кристалл передал Источнику. Все.

Закончив докладывать, принц демонстративно зевнул, прикрыв рот рукой.

Элия кивком поблагодарила брата за рассказ. Ничего другого она от него услышать и не ожидала. В своей профессии Джей всегда действовал безукоризненно четко, с немалой выдумкой, и заметать следы умел превосходно. Осталось уточнить только пару моментов.

– Ты, конечно, пользовался амулетом против зачатия? – деловито поинтересовалась богиня.

– Разумеется, – хмыкнул Джей и мстительно отпустил шпильку: – В отличие от папы, плодить ублюдков в мирах – не мое хобби. Я еще слишком молод и не готов к такой высокой ответственности!

– Жрицы были девственны? – задала Элия второй вопрос.

– Только одна из трех, младшая, она даже цапнула меня за руку, стерва, вырывалась всерьез, пока я ее хорошенько не скрутил. А двум другим, похоже, это маленькое приключение даже понравилось, – прищелкивая пальцами, с трудом припомнил подробности давно минувшей забавы Джей.

– Ясно, – кивнула богиня, постукивая по подлокотнику кресла. – Благодарю, я узнала все, что хотела.

– Слушай, насчет твоего последнего вопроса, это что, может быть важно? – пощипывая ухо, полюбопытствовал Джей.

– Может быть, а может не быть, – задумчиво ответила Элия. – Боль, страх, отчаянная беспомощность в соединении с резкой вспышкой силы. (Для жрицы любого культа перемена в физиологическом статусе подчас сопряжена с этим.) Последствия подобного сочетания трудно истолковать однозначно. Так что я ничего не предрекаю, просто этот момент следует учесть при дальнейшем раскладе, когда появится побольше информации. Скажи-ка вот еще что, эта девица тебе никого не напоминает?

Принцесса сотворила заклятие иллюзорного зеркала и навела на него изображение жрицы, входящей в состав посольства.

Джей внимательно изучил «фото» девушки и отрицательно покачал головой:

– Нет, не напоминает. А что, должна?

– Эта жрица из посольства Жиотоважа, – просветила брата богиня.

– Я не помню, как выглядели те девицы, слишком темно было, – хмыкнул принц. – Так что опознать никого не смогу, если уж только на ощупь. Да и это сомнительно, все-таки семь лет прошло. Не серчай, сестрица.

– Что ж, хорошо, – смирилась Элия. – Остается надеяться, что и она, если принимала участие в развлечениях той поры, не вспомнит тебя даже на ощупь.

– Что я, совсем кретин, жиотоважских жриц в Лоуленде обжимать? А даже если и так, какая разница! Кто ей поверит без доказательств, – небрежно отмахнулся Джей. – Печать силы снимается только раз, а в этом преуспел покойный чалнурец Тарак, вот уж у кого нюх был лучше чифиного. И как проныра в Жиотоваже это учуял? А без улик под Розу Правды [17] меня не поставишь. Закон превыше всего!

– Особенно когда нам это выгодно, – с легкой улыбкой согласилась Элия.

– Ага. Ну, если у тебя больше нет вопросов, я отправляюсь на поиски Бэль. Как по-твоему, где она сейчас проказит? – спросил Джей.

– Я что, личный осведомитель Творца? – искренне изумилась богиня, всплеснув руками. – Кто же может предсказать, чем занята Мирабэль в данный конкретный момент?

– Что ж, если не найду через полчаса, придется плести заклинание, – хмыкнул принц.

Несмотря на всю свою внешнюю ерепенистость, Джей был почти рад тому делу, которое поручил ему отец. Бог любил играть с младшей сестренкой, частенько делал это совершенно добровольно и питал к ней настоящие родственные чувства. В свои двенадцать лет Бэль все еще оставалась наивной малышкой: романтичной, доброй и ужасно шкодливой. А пошкодить Джей и сам любил, так что брат с сестрой всегда находили занятие по душе. Тем более что сейчас принц был не прочь развлечься и выбросить из головы всех этих жриц.

Джей подождал, пока Элия «размурует» заколдованный кабинет, усыпит охранные чары, и, насвистывая что-то веселое сквозь зубы, удалился на поиски своей шальной трудовой повинности.

Прошло всего несколько минут после того, как принц покинул комнаты сестры, а паж уже побеспокоил принцессу вестью о новом посетителе. Узнав, кто ее спрашивает, Элия отложила маленькую, тисненную серебром кожаную папочку, которую изучала в гостиной, и с улыбкой поспешила навстречу. Она не ждала этого гостя так рано.

– Прекрасный день, королева моя дорогая! – провозгласил Рэт Грей со своей фирменной хитрой ухмылкой на физиономии и отвесил богине придворный полупоклон.

– Прекрасный день, дорогой, – радостно приветствовала друга Элия. – Выглядишь ты просто блестяще.

Сейчас в обаятельном остроносом и низкорослом придворном щеголе, разодетом в разноцветные