Оставляя его на месте, я срываюсь, бросаясь за Дилан и братом. Меня тошнит от этого дерьма. Утром она сидела у меня на члене, а теперь игнорирует. Я толкаю двери, смотрю в обе стороны и вижу, как слева закрывается дверь на лестницу.

Я бегу к ней, распахиваю и смотрю вниз, слыша, как хлопают другие двери. Ну, они не уходят. Какого чёрта они там делают внизу?

Я скрежещу зубами, чувствуя, что хочу что–то ими разорвать.

Я спускаюсь, открываю двери на нижний этаж и направляюсь к автомастерской слева.

Но тут из мастерской в коридор выходит Кейд и, улыбаясь, идёт ко мне.

– Что происходит? – спрашиваю я.

Он не отвечает. Просто залезает рукой в мой нагрудный карман, что–то ища.

– Ты чего? – выпаливаю я.

Он вытаскивает мои ключи.

– Одолжу твою машину на час, – говорит он. – Ты в ближайшее время никуда не уедешь.

Его глаза вспыхивают в сторону комнаты, из которой он только что вышел – без Дилан – на лице озорная ухмылка.

– Вернусь позже, – говорит он мне. – Веселись там.

Что?

Он уходит, а я смотрю на дверь автомастерской.

Дилан там? Ради меня?

Я почти начинаю улыбаться, но тут до меня доходит, чем он собирается заняться, пока оставляет меня здесь с ней.

– Эй, не трахайся в моей машине! – ору я ему вслед.

Он высовывает голову обратно из двери на лестницу.

– Тогда можно я твою комнату использую?

Я тяжело вздыхаю и направляюсь к автомастерской.

– Трахайся в машине.

– Спасибо!

Я качаю головой и захожу в тёмную автомастерскую, оглядывая машины, верстаки, но не вижу Дилан. Ворота закрыты, но дверь, ведущая в «клетку» с тренажёрами, распахнута настежь. Внутри темноты мерцает свет, я приближаюсь к двери, и у меня перехватывает дыхание, когда появляется Дилан.

Она внутри клетки, между блочным тренажёром и жимом лёжа, прижатая к сетке рабице, запястья скованы над головой. Я смотрю на наручники – мои наручники, которые она, должно быть, стащила у меня из комнаты сегодня вечером – и тихо приближаюсь к нашей заложнице–Пиратке в её последнюю ночь здесь.

– Хантер? – спрашивает она, чувствуя меня.

Волосы струятся по спине, я смотрю на пальцы, сжимающие сетку. Её телефон лежит на тренажёре слева от меня, на экране приложение с мерцающим светом свечи.

Кейд видел её такой? Ай–яй–яй...

Скользя руками вверх по её платью, я прижимаю её задницу к себе и шепчу на ухо:

– А если бы тебя нашёл кто–то другой?

Но, думаю, поэтому она и взяла с собой Кейда. Чтобы заманить меня и убедиться, что до меня сюда никто не войдёт.

Я исследую её тело, вижу, как мурашки покрывают её руки, когда я глажу тонкую ткань между её ног. Её голые бёдра прикрыты только тонкой ниточкой стрингов, и я продолжаю скользить рукой вверх по ее обнажённой спине.

Мой член упирается в штаны.

– Где ключ?

Она стонет, запрокидывая голову.

– Где–то на мне.

Чёрт.

Я опускаюсь на колени, снимаю с неё туфли и переворачиваю, проверяя, не выпадет ли что–нибудь. Оставив её босой, я покрываю поцелуями ее ноги, поднимаясь вверх, и облизываю заднюю поверхность бёдер, касаясь каждого доступного дюйма.

Вставая, я забираюсь руками выше по платью, по животу, прежде чем запустить пальцы в её волосы на затылке. Она тяжело дышит, я сжимаю в кулак ее волосы, оттягивая её голову назад и покусывая её губы. Кусаю и целую, расстёгивая другой рукой молнию на спине.

– Где, чёрт возьми, ключ, детка? – бормочу я.

Она просто улыбается.

Я отстраняюсь от её губ и забираюсь руками внутрь платья, сжимая её грудь.

Она стонет, и я смотрю ей в глаза. Она смотрит в ответ, и я не отвожу взгляда, когда срываю одну из бретелек с её плеча. В её глазах вспыхивает огонь, и я делаю то же самое, чёрт возьми, с другой.

Платье падает, оседая лужей у её ног, и я позволяю глазам скользнуть вверх по её телу, скованному наручниками. Мой член пульсирует.

– Это ужасно опасно, – дразнит она, когда я просовываю палец под нитку её стрингов. – Кто–нибудь войдёт.

– Тогда дай мне ключ.

Я стягиваю трусики вниз по её заднице.

Всё, что она говорит:

– Ты так близко.

Я наматываю нитку на пальцы и дёргаю, срывая стринги с её тела.

Она вздрагивает со всхлипом, я хватаю её за бёдра, прижимая задницу к своему паху, и кусаю мочку уха, массируя грудь.

Кто–то, блин, войдёт. Это не смешно. Правда не смешно. Я точно знаю, что члены команды любят приводить сюда своих подружек, чтобы развлечься. Где, чёрт возьми, ключ? Она голая. Мне просто нужно снять наручники, и я отведу её в одну из машин в автомастерской или в раздевалку, в одну из душевых кабинок.

Я отступаю от неё и выхожу из клетки, любуясь видом её длинных каштановых волос, спадающих на спину, переходящую в красивую талию и великолепную задницу.

Обойдя кругом, я оказываюсь с другой стороны и смотрю на неё, впитывая её тело и влажные губы.

Она прижимается к сетке, соски выглядывают сквозь ромбики узора.

– Мне здесь нравится, – шепчет она. – Мой последний шанс увидеть это, прежде чем ты вернёшь меня завтра.

Я наклоняюсь и облизываю ее сосок, прежде чем поймать его зубами. Она взволнованно ахает, цепляясь за решетку и прижимаясь к ней всем телом. Я целую ее сиськи через металлические отверстия, посасывая, переходя от одной груди к другой.

Присев на корточки, я провожу языком вверх и вниз по ее клитору.

– Хантер, – стонет она.

Я засасываю ее маленький комочек в рот, и он набухает и становится твердым. Я, блять, почти готов заставить ее повернуться, чтобы я мог трахнуть ее через сетку прямо сейчас.

– Я знаю, где я еще не искал, – поддразниваю я, покусывая ее плоть.

Выпрямившись во весь рост, я просовываю пальцы через дырочку в ее киску.

Она постанывает, прижимаясь к металлу, пока я провожу по нему длинными, медленными движениями, и я продолжаю еще долго после того, как понимаю, что там тоже нет ключа.

Прижимаясь к сетке, она сжимает мою руку, и я больше не могу этого выносить. Мне нужно прижаться к ней всем телом.

– Ты такая мокрая. – Я целую и облизываю ее рот через забор. – Я думаю, тебе здесь