подножия холмов, стоял шатер, который сразу привлек его внимание. Он был не самым большим, но самым неправильным. В магическом спектре от него исходило ровное, пульсирующее красное сияние. Оно не было ярким, не било в глаза, но оно было. И оно пульсировало в такт с чем-то.

Олег присмотрелся внимательнее и понял: пульсация шла от шатра и расходилась концентрическими кругами во все стороны. Каждый круг, достигая шатров с алыми силуэтами, заставлял их ауры слегка подрагивать, синхронизируясь с общим ритмом.

— Вот он, -выдохнул Олег. — Компас. Он усиливает их ментальную связь.

Вокруг шатра было пусто. Ни одного патруля, ни одного случайного прохожего. Только у самого входа стоял странный тип, которого Олег не сразу заметил из-за его неподвижности. Это был не солдат и не охранник. На нем был длинный, до пят, красный халат из тяжелой, расшитой золотом ткани. Поверх халата перевязь с какими-то амулетами и ритуальными ножами. Голову его венчал не шлем и не тюрбан. Это была высокая, конусообразная шапка из золотой парчи, унизанная самоцветами, с прикрепленными по бокам двумя перьями. Она больше напоминала корону какого-то древнего жреца или даже фараона, чем военный головной убор. Лицо его, худое, с резкими чертами и длинной, черной с проседью бородой, было бесстрастно. Он стоял, опираясь на длинный посох с навершием в виде полумесяца, и не шевелился. Кровавый жрец.

— Без шума не пройти, -констатировал Олег. — Даже с медальоном. Он меня почувствует, как только я приближусь.

Олег глубоко вздохнул, собирая волю в кулак. Он отключил сокрытие сульки, которое держал включенным все это время, и начал формировать узор. «„Плащ невидимости“».

Заклинание далось тяжелее, чем обычно. Он уже устал морально от многочасового ползания по болоту, от постоянного напряжения, от бесплодных поисков. Но Лэяо подстраховала, ее Искра тоже включилась в работу, деля нагрузку пополам. Узор сплелся, накрыл его плотным коконом, и мир вокруг изменился.

Все стало черно-белым. Краски исчезли, будто кто-то выкрутил регулятор насыщенности на ноль. Звуки приглушились, стали далекими, неважными. Движения собственного тела ощущались чуть замедленными, хотя Олег знал, что идет с обычной скоростью. Пространство перестало давать четкие границы. Камни, кочки, кусты стали зыбкими, колеблющимися, словно марево над костром.

Запас силы начал таять. Тридцать минут. Может, сорок, если не делать резких движений. Олег шагнул вперед, прямо к границе лагеря.

С медальоном на шее сигнальные чары молчали. Он прошел сквозь них, даже не заметив сопротивления. Люди, попадавшиеся навстречу, не обращали на него никакого внимания. Он был для них пустым местом, тенью, ветром. Патруль прошел в двух шагах, и Олег замер, вжавшись в землю. Солдаты даже не повернули головы. Проблема была в другом. Шанши.

Они начали просыпаться. Солнце село, и алые силуэты в тяжелых шатрах зашевелились. Олег чувствовал, как их ауры наливаются силой, как они расправляют затекшие за день конечности, как их голод обостряет все чувства. Они еще не вышли наружу, но некоторые уже выбрались из шатров и бесшумно скользили между палаток, принюхиваясь, прислушиваясь, высматривая добычу.

А добыча была рядом. Один из вампиров с горящими глазами, молодой, судя по не очень плотной ауре, прошел буквально в трех метрах от Олега. Он остановился, повел носом, и на его лице появилось выражение замешательства. Запах. Слабый, едва уловимый запах человека, который не должен был быть здесь.

Вампир еще раз втянул воздух, принюхиваясь, и медленно повернул голову в сторону Олега. Тот замер, стараясь даже не дышать. Его сердце билось ровно, но ци внутри застыла, не производя ни малейшего колебания. Вампир смотрел прямо на него, его мерцающие глаза шарили по пустоте, но ничего не видели. Запах был, источника не было. Он постоял еще несколько мгновений, затем дернул плечом и пошел дальше, списав странное ощущение на игру собственного обостренного чутья. Олег выдохнул.

Время утекало сквозь пальцы. Запас сил таял с каждой секундой. Нужно было действовать сейчас.

Он осторожно, стараясь не создавать лишнего шума и колебаний воздуха, двинулся к шатру с красным сиянием. Обходя стороной патрули, замирая при приближении вампиров, он сокращал расстояние метр за метром. Наконец, шатер оказался прямо перед ним. Метрах в десяти. Кровавый жрец стоял на посту, опираясь на посох, и, кажется, даже не моргал. Охрана. Двое солдат с копьями замерли по бокам от входа. Они стояли неподвижно, как статуи, но Олег видел их ауры, они не спали, были настороже.

Мимо не пройти. Стоит отодвинуть полог шатра, и они увидят, как ткань шевелится сама собой. А жрец, с его магическим чутьем, почует неладное мгновенно. Тревога и тогда все. Лагерь всколыхнется, сотни вампиров бросятся на поиски, и даже «„плащ“» не спасет.

Олег отступил на шаг, прячась за углом ближайшей палатки. Он сбросил невидимость. Бесполезно тянуть дальше, силы понадобятся для другого. Мир снова обрел краски, звуки стали резкими и отчетливыми. Он глубоко вдохнул, выдохнул, собирая ци.

— Лэяо. «„Голубое пламя“».

Ответа не последовало, но он почувствовал, как вторая Искра внутри него вспыхнула ярче. Узор формировался сплетался без задержек. Они делали это десятки раз.

Олег шагнул из-за укрытия, поднимая правую руку. Жрец увидел его. Глаза его расширились, рот приоткрылся для крика. Солдаты дернулись, вскидывая копья. Поздно…

С правой руки Олега сорвался бело-голубой поток. Пламя ударило в шатер, и ткань исчезла, превратившись в пепел, развеянный по ветру за долю секунды. Вместе с тканью исчезли и солдаты. Их тела просто перестали существовать, оставив после себя лишь черные, обугленные силуэты, которые тут же рассыпались.

Кровавый жрец успел вскинуть посох, успел выкрикнуть первое слово заклинания, но пламя достало и его. Красный халат вспыхнул, золотая корона оплавилась и стекла по лицу расплавленным металлом. Он рухнул, даже не успев понять, что произошло.

В центре шатра, на невысоком постаменте, стоял ларец. Деревянный, обитый золотом, с пульсирующим красным свечением внутри. Голубое пламя ударило в него, и артефакт взорвался.

Олег отшатнулся, прикрывая лицо рукой. Взрыв был не физическим, а магическим. Волна чистой, неструктурированной ци выплеснулась в окружающее пространство, ударив по всем чувствам разом. На миг перед глазами все поплыло, в ушах зазвенело. Ауры вампиров в ближайших шатрах дернулись, синхронная пульсация, связывавшая их, исчезла. Они замерли в замешательстве, потеряв ментальную связь с командованием.

Олег стоял посреди разрушенного шатра, на виду у всего лагеря. И лагерь ожил.

Крики, вопли, топот сотен ног. Вампиры, еще минуту назад сонные и дезориентированные, теперь рванули к центру, привлеченные вспышкой и разрушениями. Люди-солдаты хватали оружие, выстраивались в боевые порядки. Патрули на периметре разворачивались,