– Попробую что-то сделать, но обещать ничего не стану, – ответил я, чтобы закрыть тему, оказавшуюся такой болезненной для моих помощников.

* * *

Новый год отпраздновали с размахом настолько, насколько это было в наших силах. В моём мире тоже отмечается период, когда заканчивается один календарь и начинается виток нового цикла, но в каждом регионе по-своему и мало где это происходит бурно. У нас яркие праздники приурочены к божественным событиям, к дням свадьбы правителей или иных праздничных моментов в их жизни. Ну, и везде всё происходит по-разному, как уже выше сказал. А вот на Земле новогодние праздники чуть ли не в половине стран мира очень сильно похожи друг на друга. Меня пытались подключить к подготовке к этому мероприятию, но потом махнули рукой, когда поняли, что я даже не представляю, для чего всё это нужно и как можно праздновать, когда столько работы не сделано?

Уже второго числа, отоспавшись до полудня после ночного застолья, где лишь пригубил немного клюквенной наливки и немного поел, я приступил к финальному пункту задачи, над которой работал с того памятного разговора с помощниками, когда была поднята тема помощи РККА в районе Ленинграда. К слову, Паша ещё дважды летал туда, отчаянно желая отыскать следы своих родителей. Увы, без какого бы то ни было успеха.

Мне запали в душу собственные слова про невозможность летать. Подумал, а вдруг? Магия же может всё, даже в таком запущенном случае, как мой. Сложность чар можно нивелировать качеством ингредиентов для амулетов. Недаром артефакторика считается эдакими костылями, тем самым намекая, что искалеченный или слабый маг с ней способен приблизиться к уровню полноценного чародея. Исходя из всего этого, я решил использовать мифрил для создания амулета, который поможет мне подняться в небо. Простая левитирующая волшебная поделка меня не устраивала. Такая вещь сильно урезает в скорости и открывает своего носителя всем взглядам. Можно летать ночью, но и тут имеются некоторые нюансы, мешающие полноценно пользоваться плюсами от полёта. Покопавшись в памяти, я остановил свой выбор на метаморфических заклинаниях. Метаморфизм позволял взять от выбранного животного нужные качества: нюх, скорость, острые клыки и когти, толстую шкуру, тёплую шерсть и так далее. Например, крылья. Из-за своей слабости и повреждённому тонкому телу, я не могу использовать эти чары напрямую, лишь через амулеты. И на коленке создать их не смог бы, не имей я Очага. Но с помощью этого уникальнейшего магического сооружения я трансфигурировал нужное количество ингредиентов. За основу был взят мифрил. Из этого волшебного элемента были сделаны два браслета и круглая пластина, диаметром с куриное яйцо. Оставалось достать ещё один важный ингредиент – кровь волшебного летающего создания. Её требовалось несколько литров, и мне стало страшно жалко тратить для её получения жалкие остатки авиационного металла. Зато совсем не жалко пленного немца, того самого пилота, чью жизнь я решил сохранить на, скажем так, особый случай. И он наступил.

– Франц, у меня есть к тебе предложение. Откажешься – умрёшь, – с этих слов начал я разговор с пленником. – Полагаю, ты в курсе про мои особые способности?

– Так точно, герр Киррлис, – кивнул он.

– Я хочу предложить тебе стать моим человеком. После того, как поклянёшься своей кровью верно мне служить, я награжу тебя одним из волшебных даров. К примеру, в любой момент по своему желанию становиться соколом. Паша, продемонстрируй.

Струков, не говоря ни слова, в один миг обернулся в птицу, немного потоптался на месте и взлетел на стол, оказавшись перед немцем. Там несколько раз ударил клювом и когтями по столешнице, выбив из той щепки. После чего вернулся на старое место и вернул себе человеческий облик.

Франц медленно протянул руку к столу и коснулся глубоких царапин, оставленных соколом.

– Как видишь, всё по-настоящему, никакой иллюзии или гипноза. Можешь пощупать щепки, хоть на вкус их попробовать, – продолжил я обработку пленника.

– Я верю вам, герр Киррлис, – быстро сказал он и спросил. – То есть, вы хотите, чтобы я вам служил, и в обмен позволите мне летать вот так?

– Ты против?

– Никак нет, – вновь по-военному ответил он мне. – Я согласен, герр Киррлис! На всё согласен.

Несмотря на его тон и одухотворённое лицо, твёрдый и искренний взгляд, всё же он мне лгал. Аура немца не позволяла толковать его желания как-то ещё, кроме как «да, подари мне возможность стать птицей, и я немедленно улечу отсюда, чтобы рассказать про тебя всё своему командованию».

– Тогда мне нужна твоя капля крови и вот эти слова, – я протянул ему кусочек бумаги со строчками вассальной клятвы на крови, переведёнными на немецкий язык. – Это обязательно.

Было видно, что он боится это делать. Наверное, как и начальник госпиталя в Лепеле пилот опасался потерять свою душу, продать её дьяволу. Но желание обдурить меня и поскорее улететь к своим соотечественникам оказалось сильнее страхов человека, что не особо-то религиозным и был. Дань моде, привычка, унаследованная от родных, суеверия, а не истовая вера, вот что у него находилось в душе. Собственно, тут мы с ним были равны: я точно также имел за пазухой камень, ведь точно знал, что его клятва не сработает.

– Да, герр Киррлис, я всё сейчас сделаю.

Толстой сапожной иглой он проколол указательный палец на левой ладони, сцедил несколько капель крови на стекло и протянул его мне. Потом по моему знаку стал медленно читать слова клятвы. Ни одной ошибки он не сделал, хотя я подозревал, что он попытается слукавить и якобы случайно оговориться. Но итог всё равно был один: клятва не прошла. Что ж, особо расстроенным я не был, в принципе, желая как раз такого исхода. Ведь в ином случае мне пришлось бы искать новую жертву или тратить гору вторсырья на трансфигурацию крови летающего создания. А так, после перерождения я получу сильного оборотня-сокола, в котором хватит крови для создания метаморфического амулета.

– Поздравляю, Франц, – улыбнулся я ему. – И добро пожаловать в наш отряд. Надеюсь… нет, верю, что ты станешь самым достойным его бойцом!

На лицах бывших красноармейцев застыло выражение лёгкого удивления и радости. Радовались они пополнению своих рядов. А удивлялись тому, что я взял не одного из освобождённых бойцов РККА из еврейского лагеря, где люди уже достаточно окрепли после невзгод концлагеря, а бывшего врага. Лишь Прохор был в курсе того факта, что клятва не сработала. Только с ним одним я поделился кодовыми фразами, так как бывший старик обладал большим жизненным опытом и хитростью