себя воткнуть свою саблю. Вон даже Енек догадалась, что надо сделать.

Корад едва заметно улыбнулся, вот так рушатся кумиры, он не сомневался, что еще несколько часов назад, Соболь был для них героем. Но Лесная, сама того не желая вскружила головы даже этим мальчишкам. Маг не осуждал их, он прекрасно знал, какая сила привлекательности заложена в нимфах, хоть лесных, хоть речных. Для людей, эльфов, гномов и орков они всегда будут неотразимы, даже сами не замечая этого.

– Лео и ты, Горзах, я не буду спорить с вами, сейчас это бесполезно. Но я ни капли не сомневаюсь, что со временем вы поймете, что мир совсем не такой, каким его видят глаза. Он намного сложнее. И тогда вы оправдаете его.

Корад снова замолчал, обдумывая судьбу этого молодого горца. Сначала кровавая гибель семьи, потом вот еще это – как бы он не сломался. Хотя сейчас главное – как можно скорее доставить его в нужное место.

– Пить хочу, – вступила в разговор «спасительница» мира. – И есть.

– Скоро здесь будут кочевники, – удивил всех волшебник. – У них наверняка есть пресная вода и вяленое мясо.

– Как ты узнал? – взвился Лео. – Я ничего не вижу.

– Лео, ты забыл, что я маг? – мягко спросил Корад. – Не сомневайся, это правда.

Он полез в свою сумку и в этот раз на свет появилось не какое-нибудь колдовское зелье, а два коричневых квадратных пряника.

– Вот погрызите, хорошая штука, хоть и волшебства в них совсем немного, но они утолят голод, и даже пить не будет так хотеться.

Алмаз подтвердила:

– Это точно, нам такие на службе в сотне выдавали.

Корад разломил пряники и раздал всем по кусочку.

– Можно мне тоже кусочек, – раздался сзади слабый голос. Все кинулись к приподнявшей голову Марианне, и дети, и Алмаз с готовностью протянули девочке свои кусочки.

– Подождите, – маг достал еще какой-то предмет, похожий на кусочек коры. – Марианна, а ты пожуй вот это, тебе надо восстанавливать силы.

– Это галейнария, – авторитетно заявил эльф. – Я когда-то этим Горзаха вылечил.

– Спасибо, – прошептала девочка, и протянула слабую руку. Корад отломил маленький кусочек и положил его прямо в рот девочки.

– Разжевывай, – улыбнулся он. – Она неплохая на вкус.

– Я знаю, – кинула девочка. Потом серьезно посмотрела на мага и спросила: – А где Радан?

– Вон он! – обогнал всех Лео. – С той стороны костра лежит. Убийца.

Похоже, объяснение Корада на него не подействовало.

Девочка повернула голову и долго смотрела на безжизненное тело юноши.

– Он жив.

Корад кивнул.

– Но его надо как можно скорее доставить к целителю. Я уже говорил это твоим друзьям.

– Он выживет, я знаю. Он столько раз спасал нам жизнь, что будет несправедливо, если Соболь сейчас умрет.

И вдруг она выдала такое, отчего маг отвернулся и спрятал глаза.

– Я могу умереть за него. Маг, ты же можешь так сделать, чтобы боги забрали меня вместо него?

– Ты, что? – вскочил на ноги эльфенок. – Он же убил Хазимай!

При упоминании об этом, с девочкой что-то произошло. Она выгнулась и захрипела, потом подняла голову и расхохоталась злым довольным смехом, смехом ведьмы.

– Я специально так сделала. Смешно же, мальчишка влюбился в перворожденную. Всегда хотела узнать, а влюбляются ли перворожденные в людей? Когда бы еще такой случай подвернулся.

– Успокойся, Марианна! – Корад и Алмаз бросились к ней и попытались уложить девочку. Приступ у той уже прошел, похоже начала действовать галейнерия, она позволила уложить себя. И уже закрыв глаза проворчала:

– Оказывается и перворожденные могут влюбляться. Она ведь могла убить его, я заколдовала её только против себя, но она решила, что лучше пусть он живет…

Глава 26

Корад, как всегда, оказался прав, не прошло и двух часов, как костер окружили всадники. Это действительно, оказались степняки, те самые, рядом с которыми только вчера они только вчера бились против орков. Никто из них не стал подъезжать к костру, переложив вперед свои кривые луки, они лишь изредка перебрасывались короткими фразами. При этом один из них сразу развернулся и поскакал назад, в степь. Еще один всадник, другой, не кочевник, подъехал чуть позже, отстал от остальных на пару минут. Услышав стук копыт его лошади, от костра поднялась Алмаз. Она секунду вглядывалась в сгущавшуюся темноту и, вдруг, побежала навстречу.

– Алмаз! – с лошади прямо на ходу скатилась ловкая грациозная девушка, в таком же наряде, что и Алмаз.

– Крис!

Радостно восклицая, девушки обнялись и Алмаз потащила гостью к костру, однако на полпути остановилась и спросила:

– Где остальные?

Крис отрицательно покачала головой.

– Все? – поняла Алмаз.

– Да.

– Крис, – маг тоже поднялся от костра. – А как остальные?

– Твои чистильщики погибли все. Эльфы тоже.

– А маги из Стерега?

– Я не могу точно сказать, сама я не видела, но, по-моему, они тоже все. Но вы подождите, почему не говорите, что с ведьмой? Раз я вас вижу живыми, у нее ничего не вышло?

– Правильно понимаешь! – заулыбалась Алмаз. – Вот эти две девицы спасли этот мир.

Она показала на забывшуюся Марианну и гномку, которая как раз подошла к девочке и гладила её руку.

– Слава утренней богине! Значит, все было не зря. Все смерти.

– Да, Крис, – Корад тоже подошел к ним. – Ты права – все было не зря. Каждый из тех, кто погиб, и тех, кто выжил, все внесли свою лепту.

Крис замолчала и прислушалась, потом сказала:

– Вот и остальные. Что сейчас будет! Там сестра этого парня, она все время твердила, что он живой, а тут труп. И не забудьте, она жена главного в племени.

– Крис, – Корад укоризненно глянул на нее. – Радан жив. Просто его ранил вампир.

Крис с опаской посмотрела на лежавшего Соболя.

– А он не превратится?

– Нет. Ты же видела сама, это не обычные кровососы, а Вогалы. Зерги сделала нежитью свою охрану. Но все равно, его как можно быстрей надо отправить к мощному целителю.

– Понятно, – вздохнула Крис. – А где Хазимай?

Алмаз не успела ответить, опять влез эльфенок.

– Её убил вот он! – Лео ткнул пальцем в Радана. Крис вскинула удивленные глаза на подругу.

– Прекрати, Лео! – прикрикнула Алмаз и повернулась к Крис. – Сейчас я все расскажу.

Однако, сделать это она не успела, разговор прервал девичий крик.

– Радан, где ты?

Через строй расступившихся всадников, в освещенный круг ворвалась наездница, в такой же, как у остальных степняков лохматой рыжей шапке. Однако, лицо под шапкой было не настолько загорелое, как у остальных кочевников. При первом же взгляде на нее становилось ясно – это, действительно, сестра