Да уж. Детский сад, штаны на лямках, — мысленно выругался я, осуждая безрассудство сестры. Впрочем самое главное, что у похитителей ничего не вышло. Теперь самое главное вернуться в безопасное место, пока к сектантам не приехала подмога.

— Уходим отсюда, быстрее, — строго сказал я, указывая на нашу машину.

Катя посмотрела на наш транспорт, её взгляд сначала сузился, а потом глаза девушки округлились от изумления.

— Юра⁈ Что он тут делает? Это же парень из общаги! — обратилась она к нам, не сводя взгляда с нашего пленника, сидящего на заднем сидении. — И почему он такой побитый?

— Это долгая история, — открыл я пассажирскую дверь, намекая что нам уже пора уезжать. — По пути расскажем кто это такой на самом деле и что он тут делает.

Когда Катя, всё ещё находящаяся в исступлении, села на переднее пассажирское сидение, внезапно раздался голос лысого таксиста:

— Так вообще-то дела не делаются. Поездка была оформлена, нужно заплатить по счёту.

Тут же рядом возник исцарапанный Виталик:

— Не переживайте, мы всё оплатим! Полную стоимость, считайте что уже отвезли пассажирку в пункт назначения.

С этими словами мой друг вложил несколько крупных купюр в руку таксиста.

— Но мы далеко от конечной точки, — строго заявил лысый здоровяк.

— А считайте что вы туда доехали, а потом девушка попросила снова отвезти её сюда, — улыбнулся Виталик, давая таксисту ещё столько же денег.

Такое объяснение явно устроило перевозчика и он по-деловому кивнул головой, подтверждая что удовлетворён решением вопроса.

— А что с этими-то делать будем? — спросил я, указав на разбитый микроавтобус.

Там находились наши враги, но всё-таки мы не звери, чтобы бросать людей в беде.

— Я скорую уже вызвал, — пояснил Виталик.

Таксист поиграл мышцами на руках и произнёс:

— Я скорую подожду. А вы уезжайте, раз за девчонкой такую охоту устроили.

— Спасибо вам большое, — высунулась из окна Катя и помахала рукой перевозчику. — Вы сегодня спасли меня.

* * *

По пути в Комарово Катя ярко и подробно описала детали своего похищения.

Не обошла мимо и причины её побега. Молодая девушка не выдержала тягот строгого режима подготовки ликвидаторов на базе ЧЛК.

— Головин просто издевался надо мной! — возмущалась она, описывая его методы тренировок и предложенный им спарринг.

— Ты ведь понимаешь, что он относится к тебе куда лучше чем к любому курсанту? — с улыбкой спросил я сестру, выслушав все её жалобы.

— Ты издеваешься что ли⁈ — всплеснула она руками. — Да он меня изжить оттуда хочет!

— Да нет, он прав. К тебе действительно особое отношение, — внезапно донеслось с заднего ряда. Это был Женя. — Я бы очень хотел, чтобы где-то были люди, которым я бы был также небезразличен.

Катя недовольно обернулась и начала сверлить его взглядом.

— Мне так и не объяснили что ты тут делаешь, — фыркнула она.

И я рассказал Кате всё. Про сектантов, задумавших выпустить в наш мир множество тварей, чтобы «очистить и перезагрузить планету». Про участие в этом губернатора, пытающегося прикрыть свои хищения и заработать на восстановлении города после нападений. Ну и конечно же ответил на самый главный вопрос: кто на самом деле сидит рядом с Виталиком на заднем сидении.

— Так ты внебрачный сын губернатора? А ещё и шпион сектантов? — удивлённо развернулась сестра и с интересом разглядывала Женю, словно он был диковинной птицей в зоопарке. — Как же тебя угораздила так влипнуть?

Он понуро опустил голову:

— Просто мне всегда хотелось, чтобы рядом были люди, которым я ценен и дорог… А сектанты… я был важен для них!

Ох бедолага, даже жаль этого несчастного. Впрочем он сам принимал все решения, значит и отвечать за всё придётся по-полной.

— Тебе повезло, Катя. Вокруг тебя люди, которые готовы на всё ради тебя. Даже ликвидаторы: ты для них совершенно чужая, но они рискуют жизнями защищая и укрывая тебя. Цени это! — внезапно обратился к ней Женя.

Катя открыла рот, чтобы как всегда что-то возразить, но так и застыла в этой позе. Похоже речь моего бывшего стажера проняла её.

— Я не думала об этом… — тихонько сказала она, отвернувшись от всех и всматриваясь в боковое окно.

— Вот подумай, — воспользовался её состоянием я. — У нас сейчас очень много проблем и забот. И нам очень нужна твоя помощь, чтобы ты была рядом, готовая к любым испытаниям. А не сбегала из под присмотра, подвергая риску себя и всех вокруг.

Остаток поездки прошёл в тишине. Каждый думал о чём-то своём.

* * *

Приближаясь к воротам ЧЛК, мой дар стал трепетать, словно птица, запертая в клетке. Случилось что-то плохое.

У проходной, словно недвижимый колосс, стоял сержант Головин. Он уже был в курсе, что Катя с нами и возвращается на базу. В разговоре по телефону, он по-отечески поругался, обещая устроить две внеочередных тренировки. Но по его тону было понятно, что он очень переживал за мою сестру и просто не мог сказать об этом.

— Коса, — вместо приветствия сказал он, протягивая руку.

Мы не сразу поняли о чём он говорит. Катя ведь сбежала без оружия.

Или…

Её лицо вытянулось, а в глазах мелькнул ужас:

— Ой, мамочки.

— Что значит «мамочки»⁈ — взорвался Головин. Где портальная коса я тебя спрашиваю?

Мы все посмотрели на Катю. Она была бледная как мел.

— Я же это… Уходила от преследования, — начала мямлить она. — Потом была авария. А коса… Она осталась там, в автобусе.

На меня словно вылили ушат холодной воды…

— Что значит «осталась там»⁈ — теперь взорвался уже я. — Как можно было забыть об этом⁈ Сильнейшее артефактное оружие!

Мне страшно было озвучить пришедшую в голову мысль. Что, если иномирец почувствует оружие и доберётся до него первым? Тогда он сможет вернуться в свой мир и привести сюда целую армию себе подобных. И тогда нам ничто не поможет.

— Виталик, мы срочно возвращаемся к месту аварии, — обратился я к другу.

Тот послушно кивнул, готовый уже выезжать.

— Я… я с вами, — послышался голос Кати.

— Нет, — отрезал я. — Из ЧЛК ни ногой. Сержант, заприте её если потребуется, но отсюда не выпускать.

Головин согласно моргнул, беря