чернота вздрогнула и резко изменила направление. Я внимательно посмотрел на Антипкина: вокруг него появилось целое облако, но оно не причиняло ему вреда, разбиваясь о природную особенность антимага.

Ох, вселенная, все же, умная ты, стерва! Если бы Смирнов не нашел мне такого помощника, то чтобы тогда я делал?

— Я готов, Алексей Николаевич, — поморщившись от неприятной силы посоха, сказал Антипкин. — Куда идти? Приготовить лодку?

— Нет, мы с тобой полетим.

— А может, не надо? — он побледнел.

— Надо, Гриша, надо, — сказал я и подхватил ковер возле его кровати.

Антипкин не отпирался и бодро поспешил на палубу.

— Уверены, Алексей Николаевич? — он с подозрением косился, как я плету воздушную подушку и бросаю ее под кусок ткани.

— Забирайся, не хочу с этим тянуть.

Глава 9

Полет занял всего несколько минут. Антипкин хоть и боялся, но держался стойко. И позволил себе перевести дух, только когда ступил на твердую землю.

— Как странно! Взгляд будто соскальзывает со скал, словно они мне мерещатся. Ничего не понимаю. Видел, как вы их делали, Алексей Николаевич, а потом вроде и нет никакого здесь острова.

— Магия, — я пожал плечами.

— А как тогда мы туда попадем? Или на вас это заклинание не работает?

— Не волнуйся, я все прекрасно вижу. Ты держись рядом, идти след в след, — я пошел вперед, утопая в песке. — Не отставай.

Антипкин покрепче сжал посох и отправился за мной, повторяя каждое движение. Я мог бы и на ковре долететь прямо к нужному месту, однако хотел проверить плетения у самой земли. Делал-то я все на глазок, и теперь нужно заполнить возможные дыры, чтобы скалы выглядели совсем как настоящие.

Впрочем, при ближайшем рассмотрении оказалось, что никаких ошибок я не допустил, и весь пейзаж выглядел единой картиной. А вот с отводом глаз точно переборщил, или поток силы был очень сильным: едва отвлекался, почти мгновенно забывал, зачем мы, собственно, пришли сюда.

Напоминал посох в руках у Григория и темная сила вокруг него. Я даже порой старался отойти от нее, чтобы она, не приведи небо, не коснулось меня. Но, кажется, ее больше занимала атака на Антипкина и до меня ей не было никакого дела.

— Так, сейчас будет подъем, потом пройдем еще немного, и ты его положишь в тайник, — сказал я Григорию.

— А точно не найдут?

— Я запечатаю место слоем заклинания.

— А если найдется умник, который откроет ваш тайник? — допытывался Григорий.

— Записку оставлю, что посох обладает разумом, склочным характером и подчинению не подлежит.

— Вы же понимаете, Алексей Николаевич, что это совсем не отбивает охоту им завладеть?

— Понимаю, — вздохнул я. — Идиотов много, кто ж спорит. Но что прикажешь делать?

— Сломать?

— У меня на такое не хватит сил. Эта дрянь слишком древняя. Да и не факт, что не найдется умник, который не сообразит соединить осколки снова.

— А если разломать и спрятать в разных местах? — он покрутил посох в руках. — Думаю, с моей особенностью, я смогу его на две части тогой… сломать.

Я прищурился и задумался. А почему бы, собственно и не да? Оставлю несколько защитных заклинаний, скрою в двух слоях отвода глаз, чтобы никто, каким бы он удачливым идиотом он ни был, не нашел его.

— Ломай.

Посох словно почуял его намерение, и черный вихрь мгновенно усилился, почти целиком скрыв Григория от моих глаз. Я видел только мысы его сапог, покрытых песком и пылью.

— Зараза! — я дернулся было к нему, но тут же отступил, услышав знакомый шепот Стронгалита. — Антипкин, не слушай его! Борись!

— Борюсь, господин архимаг, борюсь, — его голос звучал глухо и по-человечески устало.

Вдруг раздался треск, кокон силы вокруг моего помощника рассеялся, и я увидел довольного Антипкина.

— Могучий дух, древний, сильный, тьфу! — проворчал Григорий, держа в руках два обломка дерева. — Еще один раз такое повторить не смогу, уж больно характер у этой деревяшки скверный. Все нервы мне вытрепал за полминуты. Я бы на вашем месте, еще бы сжег его.

— Спасибо, Григорий. Увы, сжечь его уже пытались. Два куска — тоже хорошо. Пошли дальше. Только продолжай его держать подальше от меня.

Даже частично лишенный силы, посох все равно оставался весьма неприятной штукой. И мне совсем не хотелось брать посох в руки. Антипкин пожал плечами, связал куски посоха ремнем и забросил себе на плечи. Вокруг него чернота блекла и теперь мерцал сероватый дымок. Надеюсь, его не будет заметно, когда я запечатаю тайники.

Мы прошли еще триста метров вверх по крутой скале — я попутно делал ступеньки, которые потом уберу, — и уже на вершине Григорий спросил меня:

— Так буря ента за нами пришла? Или за посохом?

— Нет, не за нами. Удивительным образом, она совершенно случайно направлялась в ту же сторону, что и наш корабль.

— Но почему?

— Поток сырой силы, я еще не разобрался, откуда он пришел, — уверенно двигался в сторону этих островов. Буря действительно оказалась магической, только вот не создана руками мага. Совершенно новое явление.

— Обязательно нужно рассказать об этом другим морякам. А еще такие могут возникнуть? — он проследил взглядом влево, куда по его мнению, и шла эта буря. — Странное все это.

— Все сейчас странно, друг мой. То острова с места на место переплывают, то духи беснуются, то вот, бури появляются. Дальше будет только хуже.

— Это все из-за магии, да? Ее меньше, а проблем больше.

— Верно подметил. Мы уже очень сильно привыкли, что сила всегда с нами. И когда ее совсем не станет, начнется форменная истерия.

— Но вы это не допустите.

Он не спрашивал, он утверждал. Мне бы такую веру в себя! Я даже близко не представлял, куда Жу меня ведет, а в глубине души был недоволен ощущать себя телком на веревке. Такие мысли стали все чаще появляться у меня в голове после общения с посохом.

Почему кошка так уверена, что именно я должен это сделать? Почему именно я?

Вопросов больше, чем ответов.

— Пришли, — я вернулся к скале, расщелине и двух обломкам посоха. — Один бросай сюда.

Мы с Григорием стояли возле выступа с тремя кривыми сколами, в один