— Помогу.

Пент повел меня за дом. Там он долго дымил трубку, взглядом художника осматривая гору одинаковых шершавых досок, потом выбрал одну и показал мне.

— Пойдет?

— Да, но я думала она будет посимпатичнее, — сморщилась, скептическим взглядом окинув доску, с которой даже береста не была снята.

— Не боись, все сделаю.

Я села на пенек и стала зорко следить. Надо сказать, что через полчаса у меня все вопросы по поводу грабительских расценок Пента отпали сами собой. Лесник умел виртуозно обращаться с деревом, и вскоре передо мной лежала гладкая, без единой зазубринки, вывеска причудливой формы, похожей на облачко, которое обычно рисуют дети.

— Писать что?

Я сказала название кофейни и с удовольствием наблюдала за застывшим в недоумении мужиком.

— Еще раз повтори, как?

Пришлось сказать снова. Пент хмыкнул, но притащил из сарая банку золотой краски и каллиграфическим почерком написал на доске название.

Пока краска подсыхала, мы сидели молча. Потом так же молча Пент взял молоток, гвозди, погрузил вывеску в телегу, запряг лошадь и мы отправились ко мне домой.

Спустя еще час, я, расставшись с пятью серебряными монетами, но с чувством полнейшего восторга, стояла напротив своего дома. Взглянула на издательство, с улыбкой прочитала “Серый волк”, а повернувшись к своей вывеске, расхохоталась в голос — “Не кусай за бочок”.

Никто кроме меня смысла не поймет, а мне и не надо. Мне было весело, ведь я вложила в это название всю свою неприязнь к “серому волчку” Райну.

— Любопытно, — раздалось за спиной, и я подпрыгнула от неожиданности.

— Любите вы подкрадываться! — зашипела на журналюгу, пытаясь понять, зачем он опять пришел. — Вам дома не сидится? Идите материал для статьи ищите, чтобы скандал обо мне забылся.

— Я уже все решил.

— Очень на это надеюсь.

— А что за название такое странное? Ты решила дать дому имя?

— Это для моей кофейни, в которой вас обслуживать не будут.

— По закону любое заведение обязано обслуживать всех гостей. Не знала?

Я стиснула зубы. Вообще-то догадывалась, потому что на Земле именно так и есть, закон о защите прав потребителя называется, но не думала, что в Молоте будет то же самое.

— Вам здесь не понравится, будьте уверены.

— Отчего же? Тот пирог, что ты так и не дала мне попробовать, выглядел очень аппетитным. А по рецепту теста, который ты мне все-таки любезно преподнесла, моя кухарка испекла отменные пирожки!

— Вообще-то пирожки из того теста нужно жарить на сковороде, а не печь.

— Да?.. Хм.

— Господин Догрус, если у вас все, то прошу оставить меня одну, — я демонстративно замахала в сторону калитки.

— Буду ждать открытия! — кричал мне отчего-то развеселившийся Райн, переходя дорогу.

“Ждите, ждите”, — злорадно думала я. — “Вряд ли вы когда-то пробовали соленый чай”.

В голову пришла одна гениальная мысль уже почти перед сном, из-за которой мне пришлось подняться с постели среди ночи и пойти на кухню. Напеку печенья, пирожных, каких смогу из имеющихся продуктов, пирог с вареньем, и завтра буду раздавать их на площади вместе с листовками. Думаю, такой ход приведет ко мне гостей, пусть немного, но они точно будут.

На улице давно рассвело, когда я укладывала на тарелки последний пирог, порезанный на маленькие кусочки. Устала, но усталость эта была приятной. Я довольно осмотрела плоды своих трудов, аккуратно сложила все в корзину, и отправилась приводить себя в порядок. Умываясь, даже напевала песенку, так радостно мне было на душе. Всего несколько дней нахожусь в Молоте, а еще ни единого разочка не заскучала! То проблемы решаю, то по гостям хожу, то еще что.

Да, мне определенно нравилась моя новая жизнь!

В дверь постучали. Сначала тихо, потом чуть настойчивее. Наверное, снова чем-то взволнованная Мирелла прибежала проведать меня, едва проснувшись. Я улыбнулась мысли о заботливой старушке, и распахнула дверь.

На пороге стояла женщина. Темные волосы на висках уже были подернуты сединой, чистое лицо покрыто едва заметной сеточкой морщин, а в глазах таилась грусть. Гостья была очень ухоженной, хорошо одетой, а рядом с ней стоял большой чемодан. На меня женщина смотрела с каким-то чрезмерным любопытством.

— Ну здравствуй, дочка, — усмехнувшись, произнесла она.

Теона Рэй

Кофейня на краю мира - 2

Глава 1

Не спрашивая разрешения, женщина мягко улыбнулась и вошла в дом. По-хозяйски огляделась по сторонам, водрузила чемодан на столик, и уселась на диван.

— Что ты как неродная? — спросила она. — Проходи, присаживайся.

Пройти я не могла. На ватных ногах и с шумом в голове вообще сложно было что-либо делать, но план побега вырисовывался прямо перед глазами. Добежать до кухни, забрать книгу с заклинаниями, потом в спальню — не могу же я оставить деньги здесь, и вон из дома, пока за мной не пришли стражи!

Конечно, я понимала, что настоящая Омелия или ее мать рано или поздно объявятся, но чтобы так скоро?

— Вы… к бабушке? — сипло спросила я, вытирая вспотевшие дрожащие руки о подол платья.

— Вообще да, к ней, но по дороге зашла к Мирелле. Давно не виделась с ней, хотелось узнать свежие новости именно от нее.

— Узнали?..

— Да, — кивнула женщина, облокотившись о спинку дивана.

— Простите. Мне, наверное, лучше уйти… Простите, пожалуйста! — я засуетилась, бросилась было в сторону кухни, но окрик гостьи заставил остановиться.

— Омелия! Или как теперь тебя зовут… Почему “Алиса”? Кто дал тебе это имя?

Я медленно повернулась к женщине. Что? Мне не послышалось?

— А вы не знаете?

Женщина поднялась с дивана, сделала осторожный шаг в мою сторону и только теперь я поняла, что в ее глазах не было никакого любопытства — только скорбь. Такая сильная боль, которая пожирает изнутри.

— Понимаю, звать мамой ты меня не можешь или не хочешь, но хотя бы обращайся ко мне на “ты”. Прошу.

Я обалдело кивнула. “Ты”, так “ты”. Но зовут-то ее как?

— Мне жаль, что бабушка умерла. Сама я узнала об этом только сегодня от Миреллы, — она поджала губы. — Но что сейчас об этом. Расскажи о себе? Ты так выросла… Красавица. Помню, была маленькой, тоже любила ходить с распущенными волосами, но теперь ты совсем взрослая, стоит заплести их хотя бы в косу. Я могу помочь тебе, хочешь?

Я мотала головой так, что она чуть не отвалилась. В шоке смотрела на женщину перед собой, и не могла понять — шутит она или нет?

— А вы… Ты меня давно искала? — Нет, Алиса, нет! Хоть сейчас-то